Персональный миф. Психология в действии - Вера Авалиани

Она уже отплыла метров на двадцать от берега, когда орущий ей что-то своё невразумительное Ваня как-то оттолкнулся ножкой, и прогулочная коляска поехала по небольшому склону пляжа к воде.

Ирина поставила мировой рекорд по скорости, возвращаясь обратно, но к тому моменту какой-то мужчина лет тридцати уже остановил движение и уволок коляску подальше от воды. Ирине понравилось, что сделал он это спокойно, читать ей нотации не стал, понял ситуацию правильно. Да и всё равно затормозила бы коляска до того, как въехала в воду – по кромке воды было много средних валунов и более мелких камней.

– Спасибо вам большое, – искренне сказала Ирина. – А то ещё и ребёнок не мой – оставили, чтоб присмотрела.

– Так вы – няня! – очень явно обрадовался молодой мужчина с простым лицом, на котором выделялся обгоревший на солнце красный нос. – Меня Вадимом зовут. У меня сын двух лет. И срочно нужна няня тут, на отдыхе. Не возьмётесь? Я хорошо заплачу.

Ирина ещё до окончания монолога энергично замотала головой.

– Что вы, просто у молодой пары тут погиб отец, похоронные хлопоты. А так я книгу тут пишу.

Влад скис, вздохнул тяжело.

– Жаль. Тут у меня няня молодая. Устроилась, чтобы парней клеить. Или хотя бы меня к рукам прибрать. К Игорёшке она равнодушна. А вы вон как перепугались за малыша.

Ирина огорчилась вместе с ним.

– Не расстраивайтесь. Я ведь в обращении с детьми совсем неопытная, своих так и не родила. Так что ваша няня и то более опытная, чем я.

Влад пробормотал извинения и пошёл в воду.

Вернулся он к Ирине. Она уже Ваньку раздела и пыталась натянуть панаму на его вертящуюся головёнку.

– Эй, парень, – строго сказал Вадим Иванушке. Тот внимательно уставился в глаза мужчине и перестал вертеться. Ирина повела карапуза за ручку к воде. Тот решительно тянул её на большую глубину, чем Ирина собиралась его продвинуть.

– Ну ты крутой мужик, – вслед ему шутливо крикнул Вадим. И присел рядом, наблюдая, как Ирина пытается положить Ваньку на руку и второй показывая ему, как ножками болтать, чтобы поплыть.

Он пришёл на помощь и тут. Зашёл поглубже, заставил малыша болтать ногами, держа его за руки.

Тот визжал от восторга.

– Слушайте, как вас там, не няня, – Вадим подождал, пока Ирина буркнула своё имя, – а давайте с вами договариваться о времени, когда вы придёте на пляж. И я принесу с собой Игорёшку. И его научим плавать.

– Да вы с няней приходите.

– Нет, она тогда будет меня соблазнять круглосуточно, мамочку изображать, – на лице Вадима проступила брезгливая досада.

– Как это – мамочку? А настоящая где?

– Отобрал я Игоря у настоящей. Она сразу после родов подсела на наркоту. А через год и вовсе умерла от передоза.

– Видно, было ей так плохо с вами двумя, – предположила Ирина.

– Да. У неё были такие болезненные роды – я запретил ребёнка обезболивающим травить, что она мне ещё в роддоме сказала, что никогда меня к себе не подпустит. Да и сына – он так «из неё ломился», что разорвал там у неё много чего. Словом, она закрылась в спальне, постоянно кололи ей обезболивающее, а потом и наркотики пошли. Она на ночь закрывалась от меня на ключ в своей спальне. Ребёнка ни разу не покормила.

Я уж её и психиатрам показывал, и в Европу возил в клинику от послеродовой депрессии лечить. А потом там же лечил от наркомании.

Так что с самого начала Игорь – только мой сын. И меняет няньку за нянькой. А мать на него даже смотреть не хотела. Он к ней подползал, она его ногой отпихивала.

– Господи, – в голосе Ирины прозвучала паника. – Жуткая история.

– Это ещё не всё. Я не стал ей денег давать, чтобы не было соблазна наркотики купить. Так она договорилась с врачом, работающим подпольно, – тот у неё через интернет захотел купить нашего сынишку на органы. И она пошла с ним на встречу. Хорошо ещё в интернете отследили эту сделку – за врачом следили по предыдущей «покупке». Так что я стал ей денег давать. В тюрьму не дал посадить. И она вскоре от передоза.

Ирина промолчала.

– Что, тоже думаете, это я её «убил», как все её друзья мне на похоронах говорили. Но если б я и дальше ей денег не давал, она бы ещё Игорька кому-то продала, чтобы их получить. Не скажу, что по ней горевал, – голос стал жёстким. – Почему я всё это вам рассказываю.

– Наверное, потому, что я написала книгу по психологии. Но там у меня есть другой пример, когда в девяностом году на моих глазах, как журналистки, с крыши шестнадцатиэтажного дома спрыгнула мать с младенцем, потому что отец-наркоман последние из занятых с трудом денег потратил на дозу. Ушёл от них тайком. А возвращаться стало не к кому.

– Боже мой, – Вадим, который сам пережил потенциальную утрату ребёнка, не сдержался и заплакал.

– Да, время было такое.

– Время всегда такое, – Вадим поднялся, оделся и пошёл прочь с пляжа.

– Вадим, я буду тут послезавтра с десяти до половины первого, – крикнула Ирина ему вслед.

На следующий день с десяти началось прощание с Макаром. Ирина подошла к нему первой, пока молодые родители возились с Ванюшей. Она тихо наклонилась над очень белым, как маска, лицом покойного и залилась слезами.

– Прости, прости, я не могла знать, что из-за меня погибнешь ты! – взмолилась она довольно громко. Так что стоявшие в стороне работники ритуального зала навострили уши.

Вторым подошёл Олег.

– Отче, прости. Иди на небеси, как в молитве.

Аня ничего не говорила. Наклонившись, поцеловала в губу и облила слезами. Маленького Ванечку подержали над гробом не то отца, не то деда. Тот внимательно смотрел ему в лицо, будто пытался запомнить.

Поминки состоялись в ближайшем кафе, том самом, что на пляже. Четвёртым взрослым за столом был участковый. Но в штатском. Все трое сильно напились. Олег рассказывал, как гордился отцом в детстве. У того была теннисная ракетка. И на корте ему не было равных.

Аня сказала только:

– Как мужик он был классным.

Участковый, который не был в курсе того, что покойный спал с девушкой сына, явно удивился такому заявлению. Потому что сказала эти слова пьяная Аня так, что понятно, что говорила не о характере.

– Пусть земля ему будет пухом, – от себя добавила Ирина, не ставшая вдаваться в историю своих взаимоотношений с покойным.

Разошлись по домам вечером. Ирина вернулась в свой пустой дом. И решила наготовить еды и помянуть Макара одна. За короткий срок он успел её в себя влюбить, успел обидеть, успел умереть по её вине. Неужели она и правда роковая женщина?! И она своей старательной хозяйственностью себя взялась переубеждать. И приготовила кусочки мяса в соусе ткемали. А также банановый мусс в кухонном комбайне, смешав перемолотые бананы со сливками и сахарной пудрой.