Русалочка в шампанском - Дарья Калинина

– Ну надо же! Даже чехи к вам приедут!

– А то! Чем больше клиентов, тем лучше. Копеечка к копеечке, и рубль наберется. А наш хозяин копеечки считать отлично умеет, уж вы мне поверьте.

Марише почему-то казалось, что и рублики, и миллиончики господин Лопатин тоже считает совсем неплохо. Неизвестно, что у него там в школе было по математике, но правила сложения и умножения он усвоил идеально.

В общем, после процедур Мариша вышла освеженная и физически, и морально. Теперь она знала, какая связь была между Мариной и Наташей. Оставалось лишь понять, что из этой связи вытекало. И Мариша надеялась, что ей и следователю Маркову в этом поможет небезызвестный Костя.

– Ну, берегись, Костя! Не хотел ты со мной говорить по-хорошему, будет тебе по-плохому!

В полицейском управлении Мариша оказалась только во второй половине дня. После процедур ей пришлось еще пообедать, а потом и прилечь отдохнуть. Мариша специально встала раньше из-за стола, чтобы без помех покинуть территорию санатория, но не тут-то было.

Старушки-подружки, видимо, проинструктированные Ниной Александровной, теперь не спускали с Мариши глаз. И Галина Ермолаевна, пренебрегая компотом и свежими фруктами, поданными сегодня на десерт, лично проводила Маришу до ее номера и проследила, чтобы та легла в кровать.

Разумеется, едва за старушкой закрылась дверь, как Мариша тут же вскочила на ноги. Хватит проволочек! Ей срочно надо бежать в полицию!

Но, выглянув в коридор, Мариша обнаружила, что генеральша никуда с их этажа не ушла. Она присела в холле на мягкий диванчик и взяла в руки какой-то журнал. Уходить она явно не собиралась, несмотря на поданную сегодня на десерт свежую клубнику, выращенную не где-нибудь в Египте, а в собственных санаторных оранжереях. Лакомство вкусное, чрезвычайно полезное и, конечно, весьма редкое в это время года. И, несмотря на клубнику, Галина Ермолаевна осталась в холле.

И Мариша запаниковала. Как же ей выбраться из номера?

Побегав недолгое время по номеру туда и сюда, Мариша присела и попыталась рассуждать здраво. Итак, путь через дверь перекрыт бдительной Галиной Ермолаевной. Остается лишь окно. Окно и балкон!

Выйдя на балкон, Мариша придирчиво его обследовала. Вниз прыгать она, конечно, не будет. Не такая уж она дурочка. И спускаться по простыне тоже не станет. Она не в плену. А вот расстояние до балкона соседнего номера показалось Марише совсем небольшим. Можно было при желании дотянуться до чужих перил руками. И будь Мариша не в положении, она бы, безусловно, рискнула это сделать.

– А с другой стороны, что мне мешает рискнуть сейчас? Беременность – это не диагноз, а состояние души.

Мариша уже попыталась лечь на перила, но вовремя остановилась. Зачем она это делает? Чем дверь соседнего номера лучше ее собственной? Они обе выходят в один и тот же коридор, который ведет в один и тот же холл, где устроилась Галина Ермолаевна.

– Черт! Придется все-таки прыгать вниз!

Взглянув вниз, Мариша быстро поняла, что этого делать точно не стоит. Тогда что? Взгляд Мариши обшарил фасад жилого корпуса, и внезапно сердце у нее радостно екнуло. Через три балкончика от нее проходила пожарная лестница. Вот по ней Мариша и спустится вниз. Ура!

Недолго думая, Мариша перекинула ногу через перила. Так, прекрасно, нога дотягивается до соседнего балкончика без особых проблем. Как все-таки хорошо, что судьба позаботилась наградить Маришу высоким ростом и длинными ногами. Теперь надо запрыгнуть на перила целиком, а потом осторожненько сползти на соседний балкончик, и все будет просто прекрасно.

Размышляя на тему того, насколько рослым людям живется легче и проще в этом мире, Мариша еще дважды проделала упражнение по перелезанию с балкона на балкон. Это получалось у нее все лучше и лучше. И Мариша совсем расхрабрилась. От собственной доблести и ловкости у нее буквально закружилась голова. А впереди был еще переход, а вернее, «перелаз» до пожарной лестницы.

– Ну, так это нам вообще раз плюнуть! – воскликнула Мариша и фатально ошиблась.

Расстояние между последним балкончиком и пожарной лестницей было на десять сантиметров больше, чем между самими балкончиками. Но Мариша этого не учла. И совершенно внезапно вдруг обнаружила, что ее нога не имеет нужной опоры, чтобы без помех совершить знакомое акробатическое упражнение.

Вернуться назад Мариша тоже уже не смогла, влекомая силой инерции, а затем и силой притяжения земли.

– Караул! – завопила Мариша, чувствуя, что сползает вниз.

Падать на землю ей совершенно не хотелось, и она отчаянно задергалась, пытаясь ногами зацепиться за ступеньку лестницы. Так как Мариша болталась к лестнице спиной, то сделать это было еще труднее. А Мариша чувствовала, что судорожно сжатые на перилах балкона пальцы уже немеют, а руки слабеют.

– Помогите! Падаю!

Но рассчитывать на чью-то помощь было нечего. Увлекшиеся клубникой отдыхающие не спешили вернуться в свои номера. И Мариша дергалась между небом и землей, можно сказать, в полном одиночестве.

– Сейчас шмякнусь, никто и не увидит.

Из последних сил Мариша принялась раскачиваться, и наконец одна ее нога встала на железную ступеньку лестницы. Раз, и вторая нога устроилась рядом с ней. Теперь Мариша застыла, изогнувшись нелепым крючком. Руками Мариша все еще цеплялась за перила балкончика, а ноги ее стояли на перилах пожарной лестницы.

Если исходить из недавнего прошлого, Мариша достигла кое-какой устойчивости. Налицо был прогресс. Но как выйти из подобного положения, находясь на высоте десятка метров от земли?

О том, чтобы лезть обратно на балкончик, не могло быть и речи. Во-первых, у Мариши элементарно не хватило бы сил, чтобы вскарабкаться обратно на перила. А во-вторых, чего бы она этим достигла?

– Лучше бы я прошла мимо Галины Ермолаевны, – корила саму себя Мариша. – Что за ребячество? Ну, не съела бы меня старуха, в самом-то деле!

Но задним умом все мы крепки. А Марише надо было подумать о будущем.

– А что, если я с силой оттолкнусь назад?

Идея была неплоха уже тем, что она была единственная. Ничего больше в голову Марише не приходило. А тело уже начало уставать.

– Решено! На счет три! Раз! Два! Три!

И немного раскачавшись, а потом резко оттолкнувшись руками, Мариша отпрянула назад от балкончика. При этом она умудрилась не только не сорваться, но еще и в воздухе слегка развернуться и освободившейся рукой уцепиться за перила лестницы. Все-таки кроссовки на прорезиненной подошве – это великое изобретение человечества. Будь Мариша в обычных кожаных туфлях, обязательно бы сорвалась!

– Уф! – выдохнула она, поняв, что находится в относительной безопасности и держится за металлическую лестницу всеми четырьмя своими конечностями. – Повезло!

И быстро перебирая руками, она стала спускаться вниз на глазах у изумленных отдыхающих, которые как раз в этот момент начали выходить из столовой.