Призрак с Вороньего холма. Дружба бандита - Андрей Анисимов

– Я задел кого-нибудь из родственников секретаря райкома?

– Но это всего лишь предположение. Справку КГБ может прочитать уборщица, если придет мыть кабинет раньше хозяина, не исключено, что и сам курьер ознакомится с текстом.

– Неужели не понятно, что подобные документы положено передавать из рук в руки, а не бросать на стол?

– В районных центрах люди живут по-домашнему. Инструкции все знают, но выполнять ленятся. Дело не в этом, дорогуша. Если вы хотите воевать со всем миром, воюйте. Но я как юрист предсказываю вам полную и безоговорочную капитуляцию. Этот мир не вы, дорогуша, создали, и не вам его изменить. А за хорошую жизнь все платят. Так что верните конверты с меченными деньгами их истинному владельцу и подумайте над моими словами. У вас есть неделя времени…

– Спасибо, я очень вам благодарен за ликбез. Позвольте еще один вопрос?

– К вашим услугам. Только, учтите, дорогуша, бесплатные консультация я провожу в исключительных случаях.

– Учел.

– Тогда спрашивайте.

– В списке, который я получил от одного человека, не будем уточнять, вы сами знаете от кого, стоит и ваша фамилия. Как это объяснить?

– Очень просто, Я вам уже представился. Профессия адвоката подразумевает действия по защите права своего клиента. А имя клиента адвокат называть не обязан. Мало того, дорогуша, в ряде случаев за разглашение имени клиента нашего брата наказывают тюрьмой.

Голенев пожал руку Лапочкина, и они разошлись в разные стороны. Через пять минут Олег вернулся в офис, где его уже ждал «электрик» Валя. Он молча уложил деньги и пепельницу обратно в свой чемодан и так же молча покинул кабинет. Голенев проводил его спину взглядом и услышал звонок.

– Олег, говорит Скворцов.

– Слушаю тебя, Сережа.

– Ты интересовался фамилией Лапочкин?

– Да, и продолжаю интересоваться.

– Так вот, девичья фамилия его жены Калымова. Она родная сестра Дмитрия Прокопьевича. Тебе все ясно?

– Вполне. – Олег поблагодарил майора и положил трубку. Дмитрий Прокопьевич Калымов возглавлял Лазоревский районный комитет партии. Теперь имя клиента адвоката Лапочкина для Голенева перестало быть тайной.

Тоня чувствовала себя у милых хозяев по-домашнему уютно. Нина Петровна опекала квартирантку, как родную дочь, и все время пыталась ее накормить. Ей казалось, что молодая женщина выглядит для жены известного в городе кооператора слишком по-детски.

– Тебе надо немного поправиться. – Без конца повторяла она и носила в комнаты постояльцев то голубцы в сметане, то пирожок с творогом, то сладкую булочку. Пекла и готовила Нина Петровна не переставая. Алексей Михайлович не был в состоянии уничтожить столько продуктов, и в Тоне его супруга находила дополнительный стимул для своего кулинарного рвения.

Проводив мужа на работу, Тоня прошлась по пляжу, забежала на рынок, где накупила фруктов, а когда начало припекать, вернулась домой. Прохладнее всего было на террасе. Виноград обвивал ее со всех сторон и загораживал от обжигающих солнечных лучей. Сад у хозяев был ухоженный, но свободного места для прогулок в нем не осталось. Нина Петровна растила перцы, томаты, баклажаны, какие-то особые бобы и самую разнообразную зелень. Все это она умудрялась пропалывать, поливать и консервировать.

Тоня попыталась было предложить свою помощь, но хозяйка категорически отказалась:

– Приехала отдыхать, так отдыхай. – До обеда Тоня два раза поплавала в море, но загорать не стала, слишком жарко. Потом посидела на террасе с книжкой и персиками, немного поспала и к пяти вечера поняла, если «проотдыхает» так еще день, два, то сбесится. Готовить ужин Нина Петровна ей запретила. У нее уже все есть, не выбрасывать же продукты.

Томиться без дела Тоня не привыкла, а торчать целыми днями на пляже не могла. С шести она уже сидела на скамейке и ждала мужа.

Олег приехал в семь и сказал, что они сегодня вечером приглашены в ресторан. Тоня забеспокоилась:

– В чем же я пойду? Я вечерних платьев не привезла, да и нет их у меня.

Нина Петровна, которая все видела и все слышала, тут же пришла на помощь. В ее шкафу сохранился девичий гардероб дочери. Теперь Лина вышла замуж и в свои прежние наряды не влезает. За два часа, что у них осталось до ресторана, Тоня примерила десяток платьев, и то, которое выбрала, они с Ниной Петровной успели немного перешить. Наряд всем понравился, даже бывшему подводнику. Алексей Михайлович был особенно доволен. Это он привез дочери платье из заграничного плаванья и радовался, что оно теперь подошло молодой женщине:

– Я уж думал, так в шкафу и истлеет. – Проворчал он, любуясь на счастливую от успеха Тоню.

До парка Володарского они дошли пешком. Предполагая немного выпить, Олег решил за руль не садиться, а брать частника не захотела Тоня. Она и так почти целый день просидела на одном месте и рада была пройтись.

Моня Корзон встречал гостей на крыльце. В шикарном пожилом франте Олег с трудом узнал старого еврея. Моня вырядился в белый фрак, белоснежную сорочку, отделанную кружевами, и сверкал бабочкой в алмазах.

– Так вы, пожалуй, и до двадцатого внука доживете. – Пошутил Голенев, пожимая дедушке-юбиляру руку. Моня с ног до головы оглядел жену кооператора и почмокал губами:

– Я все те слова уже взял обратно.

В это время Голенева тронули за локоть. Он оглянулся и узнал директора ресторана, которого все звали греком.

– Пойдемте, я посажу вас за очень хороший столик. Оттуда будет не только слышно, но и видно Моню.

– Спасибо, Артур Иванович.

– Не за что, мой дорогой гость. Мне приятно, что вы помните мое имя. Здесь меня больше называют Греком, а как зовут, мало кто знает.

– Я даже помню вашу фамилию, хотя согласитесь, это куда труднее. – И Олег представил жене хозяина «Ласточки»: – Знакомься, милая. Это очень радушный человек и зовут его Артур Иванович Лескопопулос.

Хозяин растаял, и поцеловал Тоне руку.

– О чем говорил тот старик, который нас встретил? Какие слова он взял обратно? – Напомнила Тоня, когда они уже устроились за столиком на веранде.

– Тебя бы в разведку, все сечешь. – Удивился Олег.

– Ты не ответил…

– Я однажды здесь был с девушкой. Она старику понравилась. Он сомневался, не сделал ли я ошибку, женившись на тебе. Теперь он взял свои слова обратно.

– Что еще за девушка? – Тоня не смогла сдержать ревнивого восклицания. Олег расхохотался.

– Чего ты смеешься?

– Спроси еще раз. Мне очень нравится, как ты ревнуешь.

Тоня нахмурилась:

– Я же серьезно.

– Я тоже серьезно.

Официант принес на подносе ведерко со льдом, в котором охлаждалось шампанское, ловко откупорил бутылку и наполнил им фужеры: