Мужчина не по карману - Марина Серова

На подъезде к нужному мне перекрестку все чаще стали встречаться представительницы древнейшей профессии. Погода позволяла им стоять около самой дороги, не беспокоясь за свой внешний вид, — дождь давно прошел. Яркие цвета курток, как ночная иллюминация, бросались в глаза. Девочки все больше группировались небольшими компаниями по три-пять человек, курили, поеживаясь, окоченев на холодном ветру. Порою встречались и одиночки. Они, как на витрине, стояли на самой обочине, выставив одну ногу вперед и задумчиво уставив взгляд в даль.

Шрамированную я не сразу узнала. Увидела еще издали на углу Казачьей и Горького группу из пяти человек и подъехала прямо к ней. От группы сразу же отделилась самая яркая, с огромными стрелками на глазах и с ярко-красной помадой на губах. Она открыла дверцу, оперлась на нее одной рукой, нагнулась и присвистнула.

— Ни хрена себе! С бабой будет дороже. Мы по мужикам специализируемся.

Мне интересно стало, сколько стоит такая любовь. Вдруг в последующих делах пригодится, да и просто любопытно.

— Сколько? — спросила я.

Проститутка отвернулась от меня и спросила у своих подруг, на какую сумму они согласятся. Все обернулись ко мне лицом, и я узнала Шрамированную. Она была в ярко-голубой куртке, настолько длинной, что из-под нее юбки совсем не было видно. Колготки в крупную сетку зрительно искривляли ноги.

Девицы наперебой назвали суммы, каждая свою. Кто-то из них отказался.

— Четыре сотни в час, — выбрала среднее разговаривающая со мной.

— Три, — поторговалась я.

Проститутка недовольно сморщила лицо.

— Но хата твоя, — сказала она.

— Ладно. Только девочку я сама выбираю, — согласилась я.

— Валяй.

— В голубой куртке.

— Лилиана, тебе повезло. — Старшая отошла от машины и обратилась к одной Шрамированной: — Потом расскажешь, как с бабами. Может, и переквалифицируемся.

Все громко рассмеялись, а девица, с которой мне однажды пришлось вместе ночевать в КПЗ, непечатно съязвила. Она подошла к открытой дверце и нагнулась что-то спросить. От неожиданности ее лицо вытянулось удивленно, а потом просияло — она меня узнала.

— Я так и думала, что ты девка умная и от больших бабок бегать не будешь. Решилась все-таки?

— Нет, — я протянула ей отсчитанные заранее три сотни. — Наоборот: это я хочу тебе предложить работу. Вот задаток. После дела еще столько же.

— Упакованная, что ли? — удивленно спросила она. — В чем работа-то заключается? Если группешник, то я пас. Не люблю эту скученность в постели.

— Я тоже, если честно, предпочитаю что — нибудь традиционное. Так что не бойся, в этом плане работа более простая. Но творческая: одной телке нужно будет по ушам поездить и изобразить влюбленность в ее кренделя.

— Крендель прилагаться будет?

— Да, он должен присутствовать. Он, ясное дело, станет отпираться, а ты прыгай на него и изображай любовь. Согласна?

— За шесть сотен и на него прыгну, и на нее тоже. И тебя расцелую, если надо будет.

— Нет, меня не стоит, — усмехнулась я. — Ограничимся кренделем. Теперь слушай, куда ты должна завтра прийти…

* * *

Следующий день я начала с того, что отправилась к Гарику домой. Было воскресенье, а значит, на работе его не найти. Пришлось ехать в гости. Сидя на государственной службе, Папазян за свою сознательную жизнь так и не сумел заработать на квартиру и, будучи уже в солидном возрасте, проживал в коммуналке.