Пускай меня полюбят за характер - Люся Лютикова

– Ты не понимаешь, – терпеливо приняласьвтолковывать подруга. – Никаких баснословных денег у меня нет. Одинмиллионер, кажется, Рокфеллер, сказал: «Я не так богат, чтобы покупать дешевыевещи». Дорогие вещи служат намного дольше, чем дешевые, так что в итогеполучается существенная экономия. К тому же сегодня в московских фирменныхмагазинах цены ниже, чем на рынках.

– Не верю! – воскликнула я.

– Хочешь, сходим и вместе проверим? – предложилаЮлька. – Мне как раз надо купить себе фен и набор полотенец для подарка.

И мы отправились в «Стокманн». У Юльки была карточкапостоянного покупателя этого магазина, которая позволяет приобретать некоторыевещи со скидкой. Первым делом подруга выяснила, на что в этом месяце сниженацена, и чуть не завизжала от радости: в числе прочих как раз фен и полотенца!

Свой фен я купила в каком-то тесном закутке на Тушинскомрынке и пребывала в полнейшей уверенности, что он достался мне по дешевке. Каксейчас помню, продавец курил особо вонючие сигареты, и коробка с феном ещедолго и противно отдавала табаком. Здесь же, в центре Москвы, в просторном исветлом магазине, в окружении улыбчивых продавщиц, точно такой же фен стоил нацелых двадцать долларов дешевле! Правда, с учетом скидки. Я долго не моглаприйти в себя, потрясенная этим открытием.

Юля между тем подвела меня к полотенцам. Мягкие, пушистые,отличного финского качества, и цена действительно ничуть не выше, чем навещевом рынке.

– Хочу купить эту красоту! – тут же воскликнула я.

Для начала пришлось обзавестись фирменной карточкоймагазина. Для этого надо было заполнить анкету и указать в ней телефон идомашний адрес.

– Зачем вам мой адрес? – поинтересовалась я умиловидной продавщицы.

– Будете получать по почте наши бесплатные каталоги.

Так я стала обладательницей карточки «Стокманн». И теперь,когда у меня в руках оказалась такая же карточка Луизы, я знала, как ее можноиспользовать.

Прямо из роддома я поехала в универмаг на Смоленскойплощади. И первым делом нашла отдел сервисного обслуживания клиентов.Разъяренной фурией я налетела на молоденькую брюнетку за стойкой:

– Объясните мне, почему вы так отвратительно работаете?Между прочим, я ваш постоянный покупатель со дня открытия магазина! Позовитеваше начальство! И дайте жалобную книгу!

– Может быть, попробуем сначала самиразобраться? – предложила девушка. – Чем вы недовольны?

– Как это – чем? – Я смотрела на служащую так,будто быть в курсе всех нюансов моей жизни – ее прямая обязанность. – Выне высылаете мне каталоги! Уже второй месяц подряд! Мое терпение небезгранично, я буду жаловаться!

От собственного визгливого крика даже у меня самой заложилов ушах. Девушка поняла, что эта скандалистка просто так от нее не отстанет.Подавив тяжелый вздох вежливой улыбкой, она попросила у меня карточку.

– Вот. – Я протянула карточку Луизы.

Девушка ввела ее номер в компьютер.

– Апестина Луиза Ивановна, правильно?

Я кивнула.

– Телефон… – И девушка назвала ряд цифр, которые ябыла не в состоянии запомнить. Максимум, на что я способна, – удержать вголове адрес. А вот наконец и он: – Улица Ельнинская, дом семнадцать, корпустри, квартира сорок? – Брюнетка вопросительно подняла на меня глаза.

– Угу, – отозвалась я, прокручивая в голове адрес.

– Все правильно, никакой ошибки. Не знаю, почемукаталог не доходит. Возможно, его крадут из почтового ящика. Но я доложукурьерам, чтобы вашему адресу они уделили особое внимание.

– Спасибо, – сказала я и поспешила покинутьпомещение, чтобы записать заветные цифры.

Удивленным взглядом девушка проводила скандальнуюпокупательницу, в одно мгновение ставшую кроткой, словно лань.

А я решила отправиться на Ельнинскую улицу. Если там раньшепроживала Луиза, то теперь, должно быть, обитает Аня Люли-Малина с младенцем.Мне обязательно надо выяснить, не могла ли несчастная Аня убить не менеенесчастную Виолетту Копейкину.

До станции метро «Молодежная», около которой расположенаЕльнинская улица, я добиралась битый час. Этот район считается одним из самыхпрестижных в Москве, цены на недвижимость здесь порой выше, чем в центре.Однако не представляю, как отсюда можно каждый день ездить на работу: поездаметро переполнены, а Рублевское шоссе часто перекрывают из-за движенияправительственных машин. Вот кому здесь хорошо, так это пенсионерам, да и то,пожалуй, лишь персональным, дослужившимся до большой пенсии. Потому что цены напродукты в этом элитном районе тоже кусаются.

Нужный мне дом оказался роскошной высоткой из красногокирпича и белого бетона. Жить в такой красоте необыкновенной могли только оченьбогатые люди. Словно в подтверждение этой догадки на моих глазах в подземныйгараж одна за другой въехали три новехонькие иномарки. Я вошла в единственныйподъезд и остолбенела: убранство помещения могло соперничать с царской палатой.Глядя на мраморные колонны, бронзовые люстры и потолочную роспись, я оробела ив своей скромной одежде сразу почувствовала себя маргиналом.

Ко мне подошел вышколенный охранник в безукоризненномкостюме-тройке. Не удивлюсь, если он мгновенно вычислил размер моего дохода сточностью до рубля. Мужчина разговаривал со мной вежливо, но по егонастороженному взгляду чувствовалось, что с подобными людьми он не склоненособо миндальничать.

– Вы к кому?

– Я в сороковую квартиру, к Анне Люли-Малина.

– У вас с ней договоренность?

Ура, значит, девушка все-таки живет здесь!

– Нет. Я менеджер агентства недвижимости «Метраж», уменя к Анне срочное дело относительно ее сделки с квартирой. Вы можете с нейсвязаться?

Охранник вытащил мобильный телефон и набрал номер:

– К вам менеджер агентства недвижимости «Метраж».Пропустить?

Мужчина выслушал ответ и обратился ко мне:

– Ваша фамилия?

– Бабиченко, – с самым искренним видом сказала я.

Охранник повторил фамилию для Ани и убрал мобильник.

– Поднимайтесь на четырнадцатый этаж, лифт слева.

Лифт был под стать вестибюлю: отделан дубовыми панелями и сзеркалом во всю стену. И, конечно же, никаких обожженных кнопок и надписей изтрех букв.

Едва я вышла из лифта, как отворилась одна из дверей на лестничнойплощадке. В дверном проеме стояла худенькая девушка в белом переднике,темноволосая и смуглая, весьма смахивающая на Пушкина, только, естественно, безбакенбардов. Ага, подумала я, Аня уже успела обзавестись служанкой. Быстро желюди привыкают к бездонному карману! Я подошла к прислуге, однако та недоуменносмотрела на меня и вовсе не собиралась пускать внутрь квартиры.