Смерть приходит в конце - Агата Кристи

Ренисенб, бросила на брата благодарный взгляд. Он незаставлял ее спешить с ответом, не принуждал делать то, что ей не по душе.

— Я и вправду не знаю, чего хочу. — И быстро продолжала:

— Глупо, конечно, но я сегодня немного не в себе. Это… Этоот напряжения, в котором мы живем.

— Рядом с Камени ты будешь чувствовать себя защищенной, —настаивал Имхотеп.

— А тебе не приходило в голову сделать Хори мужем Ренисенб?— спросил у отца Яхмос.

— Да, пожалуй…

— Его жена умерла, когда он был совсем молодым. Ренисенбхорошо его знает, и он ей нравится.

Пока мужчины разговаривали, Ренисенб сидела словно во сне.Это ее замужество они обсуждали, и Яхмос старался помочь ей выбрать того, когоей хотелось, но она оставалась безучастной, как деревянная кукла Тети.

И вдруг, не дослушав, что они говорят, она перебила их:

— Я выйду замуж за Камени, если вы считаете, что так будетлучше.

Имхотеп с одобрительным восклицанием поспешно вышел из зала.А Яхмос подошел к сестре и положил руку ей на плечо.

— Ты этого хочешь, Ренисенб? И будешь счастлива?

— А почему нет? Камени красивый, веселый и добрый.

— Я знаю. — Но Яхмос все еще сомневался. — Важно, чтобы тыбыла счастлива, Ренисенб. Ты не должна безвольно следовать настояниям отца иделать то, к чему не лежит душа. Ты ведь знаешь, он всегда стремится настоятьна своем.

— О да. Уж если он вобьет себе что-то в голову, всем намостается только подчиняться.

— Совсем не обязательно, твердо возразил Яхмос. — Если ты несогласна, я ему не уступлю.

— О Яхмос, ты никогда не возражал отцу…

— А на этот раз возражу. Он не заставит меня согласиться сним, я не допущу, чтобы ты была несчастлива.

Ренисенб посмотрела на него. Каким решительным было егообычно растерянное лицо!

— Спасибо тебе, Яхмос, — ласково сказала она, — но япоступаю так вовсе не по принуждению. Та прежняя жизнь здесь, та жизнь, к которойя была так рада вернуться, кончилась. Мы с Камени заживем новой жизнью и будемдруг другу настоящими братом и сестрой.

— Если ты уверена…

— Я уверена, — сказала Ренисенб и, приветливо улыбнувшись,вышла из главных покоев. Потом пересекла внутренний двор. На берегу водоемаКамени играл с Тети. Ренисенб осторожно подкралась и следила за ними, пользуясьтем, что они ее не заметили. Камени, веселый, как всегда, был увлечен игрой неменьше, чем ребенок. Сердце Ренисенб потянулось к нему. «Он будет Тети хорошимотцом», — подумала она.

Тут Камени повернул голову и, увидев ее, с улыбкой поднялсяс колен.

— Мы сделали куклу Тети жрецом «ка», — объяснил он. — Онсовершает жертвоприношения и поминальные обряды.

— Его зовут Мериптах, — добавила Тети. Личико ее было оченьсерьезным. — У него двое детей и писец, как Хори.

Камени засмеялся.

— Тети большая умница, — сказал он. — И еще она сильная икрасивая.

Он перевел глаза с ребенка на Ренисенб, и в их ласковомвзгляде она прочла его мысли — о детях, которых она ему родит.

Это вызвало в ней неясное волнение и в то же время —пронзительную печаль. Ей хотелось бы в эту минуту видеть в его глазах толькосебя. «Почему он не думает обо мне?» — пришло ей в голову. Но чувство это тутже исчезло, и она нежно улыбнулась ему.

— Отец разговаривал со мной, — сказала она.

— И ты ответила согласием?

— Да, — не сразу кивнула она.

Последнее слово было сказано. Все кончено и решено. Нопочему она испытывает такую усталость и безразличие?

— Ренисенб!

— Да, Камени…

— Покатаемся по реке? Я все время мечтал побыть с тобойнаедине в лодке.

Странно, что он заговорил о лодке. Ведь когда она впервыеего увидела, перед ее мысленным взором встала река, квадратный парус исмеющееся лицо Хея. А теперь она уже не помнит лица Хея, и вместо него в лодкепод парусом будет сидеть и смеяться Камени…

И все это натворила смерть. Только смерть. «Мне видитсяэто», — говоришь ты, или: «Мне видится то», но все это лишь слова, на самомделе ты ничего не видишь. Мертвые не оживают. Один человек не может заменитьдругого…

Зато у нее есть Тети. А Тети — это новая жизнь, как водыежегодного разлива, которые уносят с собой все старое и готовят землю длянового урожая.

Что сказала Кайт? «Женщины нашего дома должны быть заодно»?Кто она, Ренисенб, в конце концов? Всего лишь одна из женщин этого дома —Ренисенб или какая-то другая женщина, не все ли равно?

И тут она услышала голос Камени — настойчивый, чутьобеспокоенный:

— О чем ты задумалась, Ренисенб? Ты иногда куда-тоисчезаешь… Покатаемся в лодке?

— Да, Камени, покатаемся.

— Мы возьмем с собой и Тети.

2

Это похоже на сон, думала Ренисенб, — лодка под парусом,Камени, она и Тети. Им удалось уйти от смерти и страха перед смертью.Начиналась новая жизнь.

Камени что-то сказал, и она ответила, не услышав его…

«Это моя жизнь, — думала она, — уйти от нее нельзя…»

Потом растерянно: «Но почему я все время говорю „уйти“? Кудая могу уйти?»

И снова перед ее глазами предстал грот рядом с гробницей,где, подперев подбородок рукой, сидит она…

«Но то только в мыслях, а не в жизни. Жизнь здесь, и уйти отнее можно, лишь умерев…»

Камени причалил к берегу, и она вышла из лодки. Он сам вынесТети. Девочка прильнула к нему, обхватив его за шею руками, и нитка, на которойвисел его амулет, порвалась. Амулет упал к ногам Ренисенб. Это был знак жизни«анх» из сплава золота с серебром.

— Ах, как жаль! — воскликнула Ренисенб. — Амулет погнулся.Осторожней, — предупредила она Камени, когда он взял его, — он может сломаться.

Но он своими сильными пальцами согнул его еще больше исломал пополам.

— Зачем ты это сделал?

— Возьми одну половинку, Ренисенб, а я оставлю себе другую.Это будет означать, что мы две половинки единого целого.