Ночные волки - Фридрих Незнанский

– Нас в честь дедов назвали, – ответил Филимон. – Его – в честь маминого папы, а меня – в честь папиного.

– А каскадер вам много хлопот доставил? – как говорится, врасплох задал вопрос Грязнов.

Филимон пожал плечами.

– Да нет, – сказал он. – Сидел дома сначала. Потом к вам поехал. Ну а когда Бизон доложил Семену Сергеевичу, что он к вам подался, тот приказал сначала подождать, а где-то через час велел больше каскадера не пасти, а ждать вас и следить за вами.

– Вот ведь какой этот Семен, – усмехнулся Грязнов. – Все знать хочет, любознательный. Он все там же проживает, в Крылатском?

Чистый блеф. Понятия не имеет Грязнов, где живет этот Семен Сергеевич.

– Я его в глаза никогда не видел, – признался Филимон. – Может, и в Крылатском, кто его знает. Бизон с ним общался, а для нас он слишком крутой был.

– Ну хорошо, – кивнул Грязнов. – А чего за мной-то следить?

– А я знаю? Мне куда говорят, туда я и еду.

Он посмотрел на меня и попросил:

– Отправьте меня в камеру. Я ничего не знаю. Все уже сказал.

– Сейчас отправим, – пообещал Грязнов и вызвал контролеров из внутренней тюрьмы. Когда парня уводили, он сказал ему на прощание: – За брата не волнуйся, если у него что-то серьезное, мы отправим его в больницу.

Оставшись наедине, мы долгое время молчали. Прервал молчание Грязнов.

– Ты не виноват, – сказал он. – С этими бандюгами мы поступили правильно. Тут не рассчитаешь силу удара. Ты ему здорово врезал, товарищ самбист, но жить он, думаю, будет.

Я молчал и изо всех сил сдерживал себя. Никто не знает, как чувствует себя человек после того, как бьет – пусть даже врага – в пах, по черепу, по ребрам. Плохо он себя чувствует, даже если это суровая необходимость в его работе.

Меркуловская машина, слава Богу, как я уже говорил, не была ни угнана, ни ограблена. А вот бандитский «мерседес», законспирированный под милицейский, оказался оружейным арсеналом.

В нем обнаружили четыре автомата Калашникова, пол-ящика патронов к ним, два пистолета Макарова и один – системы «Магнум». Такая штучка может проделать в голове дырку величиной с кулак.

Похоже, они так были уверены в хорошем исполнении роли ментов, что особо и не прятались. Интересно, долго ли они так разъезжали по улицам Москвы? Филимона Грязнов об это не спросил. Ничего, пусть отдохнет. Успеется.

Врач доложил, что Алику предстоит операция, а Бизон чувствует себя относительно нормально, во всяком случае о летальном исходе речи нет. Но допросить его лучше завтра.

Да пусть оно все катится к чертям собачьим, думал я. Зачем мне это все нужно? Я уже давно на этой работе, ловлю и ловлю этих бандитов, и что – стало их меньше? Наоборот, их больше становится. Какой-то огнедышащий дракон: я срубаю одну голову, а вырастают две. Или три.

Они сами себя, как скорпионы в банке, уничтожают – и тоже не до конца. Это все равно что воду решетом черпать.

Бывают у меня такие минуты слабости. Эдак минута-две в месяц.

Приехал Стас и заявил с порога:

– Козлов исчез. Вместе с сыном.

Рассказал, что, когда они приехали и позвонили в квартиру Козлова, никто им не открыл. Взломав дверь, они увидели, что опоздали. В квартире никого не было.

– Ну надо же… – расстроился Грязнов и посмотрел с надеждой на меня. – Увезли?

В голосе его было такое отчаяние, что я решил дать ему шанс.

– Или сбежал, – подсказал я.

Минута слабости прошла.