Сафари на Жар-птицу - Дарья Калинина

Не успел Саша прилечь и задремать, как его уже разбудила мама.

— Сынок! Пора!

— Можно еще минуточку! — жалобно простонал в ответ Саша, которому страшно не хотелось просыпаться. — Одну малюсенькую минуточку.

— Вернешься и поспишь.

Это уже подключился папа.

— Что ты думаешь? Мы с матерью тоже спать хотим. Но не спим. Сидим, караулим, чтобы время не пропустить. Вставай, лежебока!

С отцом спорить было труднее. Он не стал ограничиваться одним лишь вербальным внушением, а схватил Сашу за шиворот и посадил в кровати.

— Вставай, я сказал!

— Ладно, папа, я сейчас.

Саша с трудом разлепил глаза. Руки и ноги у него были тяжелые, голова пустая. Казалось, конечности отказываются ему повиноваться.

С огромным трудом Саша заставил себя встать с кровати, но почти сразу же повалился обратно.

— Что это за спектакль?

— Не знаю. Не могу встать.

— Сашка, не притворяйся. Мы без тебя не справимся. Давай, надо же помочь матери. Она говорит, там мясорубка размером с хороший станок. Я один не смогу его ворочать.

— Да, да, я все понимаю, — сонно клевал носом Саша. — Я уже встаю.

Но прошло не меньше десяти минут, прежде чем Саша сумел окончательно проснуться. И все равно, даже проснувшись, он чувствовал себя неуютно. Барон вознамерился последовать с ними, но ему велели остаться дома и сторожить. Услышав, что ему поручено, пес тут же уселся в прихожей, всем своим видом давая понять, что если сюда пожалует чужак, то ему придется плохо. Конечно, с его стороны это было чистой воды бахвальство. Для Барона все люди были друзьями. А уж те, кто пришли к ним в дом, почти что родственниками. Единственный раз он облаял водопроводчика, но как показало общение с этим человеком, Барон был совершенно прав в своей антипатии к нему. Более противного типа никому из Сашиной семьи встречать раньше не приходилось.

На улице накрапывал дождь. И по мере того, как троица, прочно вставшая на путь криминала, двигалась к своей цели, дождь становился все сильнее, пока не превратился в настоящий ливень с порывистым, почти ураганным ветром. В небе грохотал гром, сверкали молнии.

— У меня по-прежнему какое-то нехорошее предчувствие, — пожаловался Саша родителям. — И погода соответствующая.

Но мать посоветовала ему не хныкать.

— Не растаем, не сахарные.

А отец просто обозвал Сашу девчонкой. Надувшись на этих черствых людей, которые явно по недоразумению достались ему в родители, Саша оставшуюся часть пути топал молча. У комбината все было тихо и спокойно. Ну, то есть насколько тихо и спокойно может быть, когда в небе гремит гром и блещет молния. Поблизости ненужных свидетелей не наблюдалось, но все равно чувство тревоги никак не хотело оставить Сашу в покое. Он совсем не мог успокоиться и все крутил головой и высматривал что-то или кого-то. Однако вокруг было по-прежнему безлюдно. Да и какой дурак сунется в такую ночь на улицу гулять?

Но папа был доволен.

— Просто идеальная ночь для совершения преступления.

Сашу прямо передернуло. Но мама зашипела на них и указала рукой:

— Вот это окно. Лезьте!

Первым полез отец. Чтобы достать до окна, ему пришлось забраться на плечи сыну. Дождь лил, словно из ведра. Куртка на Саше давно стала мокрой и блестящей.

— Смотри не поскользнись.

— Порядок!

За отцом последовала мама. Саша приподнял ее, насколько смог, а отец принял сверху. А последним забрался Саша. Ему помог подтянуться отец. Было трудно, потому что от дождя все стало скользким. И несколько раз Саше казалось, что сейчас он шмякнется обратно вниз. Но как ни странно, ему все же удалось преодолеть силу притяжения. И вот все трое они уже стоят в мясном цеху и стараются сориентироваться.

— Все-таки без электричества тут темновато.

Тяжелые тучи на улице нагнали на город мрак, и внутри цеха видимость тоже ухудшилась. Саша никак не мог понять, в каком направлении им двигаться, до тех пор пока мама не дотронулась до его локтя и едва слышно не прошептала:

— Нам туда.

В указанном направлении высилась какая-то темная громадина. Оказалось, что это и есть мясорубка.

— Такая громадина способна прогонять огромные объемы мяса.

— Все мелет, — заверила мама. — И жилы, и хрящи. Надо будет, она и кости промелет.

— И где тут искать?

— Не знаю. Может, под днищем? Вы приподнимите, а я посвечу снизу фонариком.

Мясорубка была тяжелая. Просто чертовски тяжелая. И пока они с отцом ее ворочали, у Саши мелькнула на ее счет какая-то мысль.