Информатор - Джон Гришэм

– Вы вчините ответный иск? – спокойно спросила Лейси, заставив его запнуться. Он обжег ее взглядом, но не проглотил наживку.

– Меня заботит конфиденциальность, – заговорила судья Макдоувер. – Сами эти утверждения меня не беспокоят, ибо они беспочвенны, что мы и докажем в кратчайший срок. Но я обязана беречь свою репутацию. Это первая жалоба на меня за все семнадцать лет работы судьей.

– Это ничего не доказывает, – заметила Лейси, у которой чесались кулаки.

– Верно, мисс Штольц. Однако мне требуются гарантии неразглашения.

– Мы вполне осознаем необходимость секретности, – ответил Майкл. – Мы понимаем риск репутационных издержек и по этой причине полностью соблюдаем правила, требующие соблюдения тайны расследования.

– Вам придется опрашивать потенциальных свидетелей, – сказал Килбру. – Это непременно породит слухи. Знаю я, как ведутся такие расследования. Того и гляди развернется охота на ведьм, поползут сплетни, многие пострадают.

– Пострадавшие уже есть, – произнесла Лейси, не мигая глядевшая на судью Макдоувер. Вид у той был совершенно, оскорбительно безразличный.

Казалось, сейчас все задохнутся от нехватки воздуха. Майкл решил разрядить обстановку:

– Такие расследования – наша каждодневная работа, мистер Килбру. Могу вас заверить, что мы умеем соблюдать конфиденциальность. Что до сплетен, то они нередко распространяются другой сто– роной.

– Это вы напрасно, сэр. Мы всегда держим язык за зубами, – возразил Килбру. – В самое ближайшее время мы станем ходатайствовать об отмене этого расследования.

– Я работаю в КПДС почти тридцать лет и не помню случая, чтобы Комиссия отказалась от проверки жалобы до получения ответов на нее. Что ж, попытайтесь, посмотрим, что из этого выйдет.

– Очень рад за вас, мистер Гейсмар. Сколько же раз за все эти годы вы вручали исковые жалобы, в которых не обозначалась личность их подателя?

– Его зовут Грег Майерс. Имя указано на первой странице.

– Благодарю. Но кто такой мистер Майерс, где он проживает? Ни адреса, ни контактной информации – ничего.

– Вам не рекомендуется входить в контакт с мистером Майерсом.

– О контакте нет речи. Мы просто хотим знать, кто он такой, почему обвиняет мою клиентку во взяточничестве. Вот и все.

– Это будет обсуждаться позже, – сказал Майкл.

– Это все? – спросила Макдоувер. Она, судья, владела ситуацией и была готова завершить заседание.

– У нас – да, – ответил Майкл. – Ждем вашего ответа через тридцать дней или раньше этого срока.

Не пожимая рук, даже не кивая, они встали и покинули кабинет. Молча вернулись к машине, молча сели и молча уехали. Когда город остался позади, Майкл нарушил молчание:

– Я вас слушаю.

Первым заговорил Джастин:

– Подозрительно уже то, что она наняла самого дорогого в городе и окрестностях адвоката, еще не зная, в чем дело. Разве она сделала бы это, если бы была совершенно невиновной? И как она может себе позволить оплачивать его услуги на зарплату судьи? Таких, как Килбру, нанимают наркодилеры и прочие главари преступного мира, а не окружные судьи.

– Значит, денежки у нее водятся, – согласилась Лейси.

– Само ее спокойствие свидетельствует о страхе, – подхватил Майкл. – И трясется она вовсе не за свою репутацию. Этот страх один из последних в очереди. Ты согласна, Лейси? Ты сумела ее раскусить?

– У меня нет впечатления, что она боится. Слишком она хладнокровна, чтобы испытывать страх.

– Мы знаем, как она теперь поступит, – сказал Джастин. – Напишет пространный ответ с объяснением, что приобрела кондо много лет назад в инвестиционных целях. Закон не запрещает делать это через оффшорные компании. Выглядит подозрительно, но законов и даже этики не нарушает.

– Как она докажет, что сама за них платила? – поинтересовалась Лейси.

– Отыщутся какие-нибудь документы, – предположил Майкл. – Вонн Дьюбоз тайно варганит бумаги, а теперь появился Эдгар Килбру, чтобы разгонять дым. Но все это – нелегкая задачка.

– Это было ясно с самого начала, – напомнила Лейси.

– Пусть Майерс даст нам больше, – сказал Майкл. – Дымящийся револьвер – вот что нам теперь нужно.

– Нам – да, а что нужно самому Майерсу? – спросил Джастин и сам же ответил: – Залечь и не высовываться – вот что! Сами видите, как им хочется его отыскать!

– Майерса им не найти, – уверенно сказала Лейси, как будто знала больше своих коллег.

Ради пятнадцатиминутного разговора они ехали два часа, обратный путь должен был отнять столько же, но в этом и состояла их работа. Лейси очень хотелось взглянуть на свою разбитую машину и проверить, не осталось ли каких-нибудь ее вещей в салоне и в багажнике. Майкл попытался ее отговорить. Все, что она могла там оставить – старые компакт-диски, зонтик, монеты, – не стоило того, чтобы подвергать себя таким мукам. Ведь там она увидит засохшую кровь, пролитую перед смертью Хьюго.

Но они проезжали совсем недалеко от тех мест, к тому же Майкл был не прочь поприветствовать констебля Гритта и познакомить его с Лейси. Гритт побывал на месте аварии и помог ее спасти, поэтому она считала своим долгом его поблагодарить. К полицейскому участку неподалеку от казино они подъехали около шести часов вечера. Дежурный полицейский сообщил им, что Гритт больше не констебль, а на его место назначен другой человек, который уже ушел домой.

– Почему Гритта уволили? – спросил Майкл, сразу заподозривший неладное.

Полицейский пожал плечами, изображая неведение:

– Спросите у вождя. Только он вряд ли вам ответит.

До аварийной стоянки было всего два квартала. Там стояла дюжина покореженных машин, которыми осталось любоваться через запертые ворота. «Приуса» Лейси и «додж-рама» в скорбной коллекции не оказалось – пропали.

– Вот это да! – пробормотал Майкл. – Гритт клялся, что машины никуда не денутся. Я говорил ему, что они понадобятся для расследования. Я думал, мы с ним союзники.

– Долго ли он был здесь констеблем? – спросила Лейси.

– По его словам, четыре года.

– Кажется, назрел разговор с этим Гриттом.

– Только очень осторожно, поняла, Лейси?