Рука и сердце Кинг-Конга - Елена Логунова

– Сие нам также ведомо! – уже почти благоговейно молвил мой внутренний голос, от изумления переходя на старославянский.

Четвертый абзац меня добил. Всего несколько часов назад белая «Ауди А-6», приобретенная сами понимаете где, угодила в ДТП на пересечении улиц с запоминающимися плодово-ягодными названиями Сливовая и Абрикосовая!

– Аз вем! – протодиаконом бухнул мой внутренний голос.

И, почти исчерпав наш с ним запас впечатляющих церковнославянизмов, застращал меня расхожим библейским:

– Многия знания таят многия печали!

Я еще раз, уже более внимательно, прочитала справку. Ее составитель не назвал свои источники информации, за исключением теленовостей, и нигде в тексте не привел номера пострадавших автомобилей. Однако в случае с аварией на плодово-ягодном перекрестке этот недостаток мне легко было исправить.

Я открыла в разделе «Мои фотографии» своего мобильника последний снимок и списала цифры и буквы с номерной таблички на заднем бампере белой машины.

– Теперь надо узнать номер «Ауди» Смеловского, – подсказал внутренний голос.

Со слов самого Смеловского мне было известно, что номер его автомобиля знает оператор Саша. Мы с ним знакомы с тех пор, как Макс, хвастаясь своей растущей популярностью, начал приглашать меня на разные телешоу. Мобильного телефона Александра у меня, правда, никогда не было, но я позвонила в студию, и мне ответил удивительно бодрый для середины ночи бархатистый бас:

– Слушаю!

– Спрашиваю! – так же бодро сказала я. – Оператора вашего можно попросить к телефончику? Александра?

– Попросить-то можно, – хохотнул красивый бас. – А позвать, простите, никак! Александр сейчас стоит за камерой, а вы позвонили в прямой эфир ночной программы «Разговор без галстука», так что у вас есть возможность задать вопрос нашему гостю – председателю общественного комитета по вопросам подросткового курения Николаю Петровичу Комарову. Итак, ваш вопрос?

– Скажите, как сотрудничает комитет по вопросам подросткового курения с комитетами по вопросам детского идиотизма и старческого маразма? – с ходу брякнула я первое, что пришло в дурную голову.

Красивый бас восторженно икнул, но ответа на свой вопрос я не услышала. В трубке сухо щелкнуло, а потом послышался усталый женский голос:

– Алло, девушка, от кого звоночек был, представьтесь? У нас будет приз за самый оригинальный вопросик, у вас есть шанс.

– Запишите: звонили из комитета по вопросам женского распутства. Нам ваш оператор Александр членские взносы за прошлый год задолжал. Передайте ему, пожалуйста, что надо заплатить, пока мы его не исключили!

У меня не было сомнений, что при такой постановке вопроса скомпрометированный Александр перезвонит мне сразу же, как только выйдет из студии прямого эфира. Я продиктовала отупевшей от усталости ассистентке свой телефонный номер и стала ждать окончания программы.

Саша позвонил через десять минут. Судя по тому, что его голос в трубке почти заглушило хоровое сопение на заднем плане, у телефона столпилось все мужское население студии.

– Алло, это комитет по женскому распутству?! – с нескрываемой надеждой спросил мой знакомый.

– И мужскому разврату! – подтвердила я. – Саша, это Индия!

– Индия?

Мой собеседник заметно удивился, а в трубке послышалось: «Братва, готовьте рупии, тут интердевочка!»

Назваться полным ФИО после такого комментария было бы неразумно, поэтому я только крякнула досадливо и попробовала зайти с другой стороны:

– Это подруга Максима Смеловского…

– Из Австралии?

В задних рядах немедленно прокомментировали: «Нет, не рупии – австралийские доллары готовьте!»

– Саша! – Я разозлилась от того, что уже не в первый раз стала жертвой собственной шуточки. – У меня к вам очень серьезный вопрос. Вы знаете номер машины Максима Смеловского?

– Где?

Этого вопроса я не поняла.

– Что – где? Где на машине номер?

– Нет, где у него машина? В Австралии?

И тут меня царапнуло. Австралия, упоминающаяся в связи с Максимом Смеловским, – об этом стоило поговорить! Я сменила курс, временно оставила в стороне вопрос о номере Максимкиной «Ауди» и плотно взяла в перекрестье прицела Зеленый континент. Уяснив, что тема интернационального женского распутства продолжения не получит, массовка на том конце телефонного провода быстро рассосалась, и оставшийся на трубке оператор по мере сил удовлетворил мое любопытство.

Оказывается, Максим Смеловский сегодня утром коротким звонком в отдел кадров уведомил руководство телекомпании о своем желании срочно взять очередной трудовой отпуск. При этом коллеги Макса почему-то решили, что тот отправился не куда-нибудь, а в Австралию, и по этому поводу страстно завидовали свободной в своих порывах телезвезде. Я немного умерила эту нездоровую зависть, напомнив Саше о том, что телезвезда недавно понесла убытки в связи с утратой нового автомобиля, и все-таки узнала номерок Максимкиной погибшей «Ауди». С тем номером, который запечатлела камера моего мобильника, он не совпадал.

Отпустив с миром Александра, я с ногами залезла на диван, обхватила руками коленки и задумалась, нанизывая разрозненные факты на общую логическую нить.

Ожерелье получалось интересное.

В качестве первой «бусинки» я взяла ЧП с машиной Смеловского: угон с последующей автокатастрофой. Это событие потянуло за собой другое – бегство напуганного Макса. Убежал он, если верить народной молве, аж в Австралию. И из Австралии бедная Трошкина под угрозой страшной смерти должна была вернуть загадочного ЕГО. А требовали от Алки этого странного подвига два кавказца, угнавшие старенькую машинку пенсионера Кирикова.

– Круг замкнулся, – подытожил внутренний голос. – С угона мы начали, угоном и закончили. И получилось у нас уравнение с тремя неизвестными.

Я подсчитала: неизвестный угонщик Максовой «Ауди» – раз, неизвестный ОН, приговоренный к принудительному возвращению из Австралии, – два. Неизвестные горцы в черных одеждах и с черными же помыслами – два в одном наборе – три. А известных-то всего двое: Трошкина и Смеловский. Алка уже рассказала нам с Зямой все, что знала, – на самом деле совсем немного. Так, может, ключ к разгадке этой запутанной истории следует искать там же, где Макса?

– И вновь мы вернулись к тому, с чего начали, – к вопросу «где Смеловский?» – вздохнул внутренний голос.

– Ну уж точно не в Австралии, – сказала я.

В отличие от завистливых коллег Максима по ТВ, я наверняка знала, что в настоящее время Смеловский не выездной. Его заграничный паспорт в пакете других документов только на прошлой неделе улетел в Москву, в посольство Франции, для оформления шенгенской визы! А знала я об этом по той простой причине, что на Лазурный Берег мы с Максом собрались ехать вместе. Чисто по-дружески, конечно! А что? Если мой сердечный друг Денис Кулебякин никак не может сопроводить любимую девушку в Ниццу, а просто друг Максим Смеловский очень даже может, зачем отказываться от хорошей компании?