Невидимые силы - Евгения Грановская

— И при чем тут я? — не поняла Настя.

Мигель откусил изрядный кусок пиццы и ответил с набитым ртом:

— Думаю, ты способна помешать. Или, наоборот, — помочь. И Келлер это знает. Ты ему нужна, а значит, нужна и нам.

— Кому это вам? — спросила Маша.

— Бюро по контролю за эксами, — коротко ответил Мигель, плотоядно посматривая на последний кусок пиццы. — Судьба любит победителей, а побеждают только смелые и благородные духом. Такие, как ты, Настя. Ну, или как я.

Настя усмехнулась.

— Ты не только благородный, но и очень скромный, — заметила она. — А вообще ты сильно ошибаешься, Мигель. В нашем мире выигрывает не честный и справедливый, а расчетливый.

— Расчетливый ум никогда не сможет подняться над мыслью о корысти и убытках, — возразил испанец. — А что есть смерть, как не убыток? И что есть жизнь, как не корысть? Тот, кем движет корысть, опасается смерти. Значит, такой человек — трус.

Настя посмотрела на рыцаря с сочувствием.

— М-да, — вздохнула она. — Тяжело тебе у нас придется.

Мигель доел пиццу, после чего протянул руку и взял со стола бутылку с недопитой водкой.

— Мигель, это не вода, — напомнил Настя.

— Я знаю. — Он свинтил крышечку и, запрокинув голову, сделал пару хороших глотков.

Настя с Машей переглянулись.

— Он еще и алкоголик, — тихо охнула Маша.

Настя протянула руку к бутылке и с усилием отвела ее от губ испанца.

— Ты выпил уже треть бутылки, — укоризненно сказала она.

— И что? — вскинул брови Мигель.

— Это слишком много.

— Чем больше воды, тем меньше вероятность сесть на мель, — афористично проговорил испанец. — Не бойтесь, милые девушки, я ведь испанец!

И он отхлебнул еще глоток.

— И все-таки тебе хватит. — Настя вынула бутылку из пальцев Мигеля, закрыла ее и поставила подальше.

— Ерунда, — возразил Мигель. — Я в норме. — Потом зевнул и добавил: — У нас в Испании тоже есть крепкие вина. И я… И мы… Мы их…

Веки Мигеля медленно закрылись, а голова опустилась на подушку. Он уснул. Настя посмотрела на него и иронично констатировала:

— Готов. Наше пойло покрепче испанского.

— До рассвета еще часа три, — сказала Маша, с некоторой опаской поглядывая на Настю. — Тебе тоже надо поспать.

— Да, пожалуй.

Маша встала с кресла.

— Я постелю тебе в гостиной.

— Хорошо, — кивнула Настя.

— Только помоги мне достать постель с антресолей.

— Без проблем. — Настя поспешно поднялась и подошла к шкафу вслед за подругой.

— Настя! — хрипло проговорил вдруг Мигель.

Девушки испуганно обернулись. Испанец по-прежнему лежал на кровати с закрытыми глазами, но рот его был приоткрыт.

— Настя, — донесся до Настиного слуха знакомый голос, который не принадлежал Мигелю, — с тобой говорю я, Платон Багратович. Слышишь меня?

Девушка оцепенела, уставившись на рот Мигеля.

— Настя? — вновь шевельнулись губы испанца.

— Я… Да, — пробормотала она. — Слышу. Я вас слышу, Платон Багратович.

— Келлер ищет тебя. Ты нужна ему для совершения ритуала. Прошу тебя, не отходи от Мигеля ни на шаг.

— Я… Да… — Настя сглотнула слюну. — А вы? Где вы сейчас? Мигель сказал, что вы ранены.

Ответа не последовало. Тогда Настя взволнованно спросила:

— Вы будете в порядке?

Снова пауза, а затем негромкое:

— Надеюсь. В любом случае, я постараюсь…

Голос шефа Бюро стих, но почти тотчас же прозвучал у Насти в голове:

…ПОСТАРАЮСТЬ ОБЕРЕГАТЬ ТЕБЯ.

Губы Мигеля сомкнулись. Испанец тяжело вздохнул, перевернулся на бок, пробормотал во сне нечто нечленораздельное и затих. Настя внимательно вгляделась в лицо Мигеля, но оно было спокойно и безмятежно, как у младенца. Тут за спиной у Насти раздался шум — звук рухнувшего на пол тела. Девушка обернулась и увидела, что Маша лежит на полу в глубоком обмороке.