Дефиле над пропастью - Ольга Володарская

Родители Нины были гостеприимны. Она пошла не в них.

Дэн попил пустого чая. Нина составила ему компанию.

– Ты когда на работу устроишься? – спросила мать.

– Сразу, как найду ее.

– А ты ищешь?

– Просматриваю объявления.

– Деньги сейчас понадобятся, Данила.

– Они всегда нужны.

– А сейчас – особенно. Тебе, возможно, адвоката придется нанимать. Его услуги стоят ой-ой сколько!

– Ты же сказала, что к завещанию не подкопаешься.

– Мало ли, – пожала плечами Нина.

– Мне предложили в фотосессии для журнала поучаствовать. Вот думаю, соглашаться или нет.

– Если не для порножурнала, то нечего и думать.

– Мама! – с упреком протянул Дэн.

– Нина, – поправила его та. – Так не порно?

– Конечно, нет. Журнал выпускает сын Элены Оскар. Помнишь его?

– Щекастый брюнет на «БМВ», да. – Нина тоже присутствовала на похоронах, но держалась на расстоянии. – А что за журнал у него?

– Называется «Модистка».

– Видела такой в киосках. Но ни разу не покупала.

– Я тоже. В следующем номере будет большая статья о свадебной моде с кучей фотографий.

– Ты, значит, женихом будешь на них?

– Да.

– Как здорово! А невестой кто?

– Я не спрашивал. Мне в общем-то все равно.

– Какой ты нелюбопытный. А мне было бы интересно, кто станет моим мужем, пусть и ненастоящим. – Она встрепенулась. – Слушай, а ты спроси, им возрастные невесты не нужны? Ведь замуж выходят и в пятьдесят, правильно? Я согласна даром сниматься. Только бы в платье походить свадебном. Так и не пришлось мне, увы…

– Какие твои годы, еще походишь.

– Скажешь тоже, – фыркнула Нина. – Я только за твоего отца замуж хотела. Он был мужчиной моей жизни. Остальные – так.

– А последний? Ты же с ним несколько лет вместе жила.

– Он грелкой моей был.

– В смысле?

– Которую на больное место кладут, чтоб не болело. С ним я забывалась и меньше горевала об Андрее. К тому же я у него жила, а эту квартиру сдавала. Отличная прибавка к зарплате.

Нина до сих пор работала на предприятии, куда ее устроил Андрей. Платили ей там немного, зато стабильно. Плюс квартирку дали (тут тоже не обошлось без помощи отца Дэна). Да и коллектив Нине нравился – мужской. Она в гараже работала диспетчером. Можно сказать, она неплохо устроилась в столице. Но Нина мечтала о большем:

– Вот вступишь ты в права наследования, продашь квартиру, поделим мы деньги пополам, и я заживу…

– Как? – поинтересовался Глеб. Она еще не делилась с ним своими конкретными планами.

– Хата твоей бабки стоит минимум два миллиона долларов. Выходит, по ляму на человека. На свой я куплю две квартиры…

– Не хватит.

– Хватит, – заверила его Нина. – Потому что одну в Москве, но не в центре, а вторую в Анталии.

– Зачем тебе квартира в Турции? Сдавать будешь?

– Жить. А сдам я две московские квартиры. Мне через четыре года на пенсию. Что я тут прозябать буду? Нет уж, увольте. Уеду к морю, буду там жизнь прожигать. А пенсия пусть копится… – И фыркнула: – На смерть.

– Надо же, как ты все распланировала. Поделила, если точнее, шкуру неубитого медведя.

– Никуда он от нас не денется, медведь этот. В крайнем случае сделаем генетическую экспертизу. Свое я в любом случае не упущу. Не для того… – И осеклась.

– Что – не для того?

Ее глаза лихорадочно забегали.

– Нина, что?

– С нотариусом в преступный сговор вступала, – выпалила она. – И платила ему за печать. Между прочим, кучу денег отдала.

– Моих денег, – напомнил Дэн.

– Моих, – возразила Нина. – Если учесть, что тебе их дала Коко. Все ее – мое. Я ее дочь.

– Иногда ты бываешь такой неприятной, – поморщился Дэн.

– А я не рубль золотой, чтоб всем нравиться.

– Я не все. Вроде бы…

И, отодвинув чашку, резко встал.

– Ой, только не надо этих капризов, Даня! Ты уже не ребенок.

– Я тебе их с детства задолжал, – огрызнулся он.

– Опять начинаешь?

– Слушай, я вообще значу для тебя что-то?

– Конечно, да. Что за идиотские вопросы?

– Мне порой кажется, что я… – Он задумался, подбирая подходящее сравнение. – Вот ты последнего своего мужчину грелкой называла. А я… стремянка, что ли? Которую подставляют, чтоб добраться до сочного плода. – Нина протестующе взмахнула рукой и попыталась возразить, но Дэн не желал ее слушать. – Вот скажи мне, в твоей радужной антальской жизни мне место есть?

– Я всегда буду рада тебя видеть у себя в гостях.

– Но не дольше нескольких дней? Я у тебя на одну ночь остался, а ты не знаешь, как меня поскорее выпроводить.

– Но уже день. А у меня свои планы.

– Не волнуйся, я уже ухожу.

И заспешил в комнату, чтобы собраться.

Нина явилась следом за ним. Встав за спиной Дэна, начала его тыкать пальцем и хихикать. Именно так, по-детски, она заминала конфликты. Могла еще мизинчик протянуть и прогнусить: «Мирись, мирись и больше не дерись!» Обычно Дэна это умиляло, а сегодня раздражало. Отмахнувшись от матери, он схватил куртку, сунул ноги в ботинки и выскочил за дверь.

Он знал, что отойдет уже к вечеру и сам ей позвонит. Как бы сильно он ни обижался на Нину, все ей прощал…

И она этим пользовалась.

Дэн покинул подъезд, сбежав по ступенькам, так как лифт был занят, а ждать, когда он освободится, не хотелось. Район, где обитала Нина, трудно было назвать престижным, но ему он нравился. Тихий, спокойный, с хорошей инфраструктурой. Да, очень удален от центра, но в этом тоже есть плюс – пробки не такие плотные.

До метро надо было ехать на автобусе. И Дэн, перед тем как направиться к остановке, решил перекусить. К счастью, поблизости стояла палатка с шаурмой и какой-то выпечкой. Дэн подошел к ней, осмотрел ассортимент. Мясо на вертеле, с которого повар срезал кусочки, выглядело аппетитно, но Дэн решил не рисковать и взять то, чем точно не отравишься. Его выбор пал на печеные пироги с картошкой. Чтоб запить их, Данила взял баночку спрайта и стакан чая, дабы согреться, если станет зябко после лимонада. Получив желаемое, встал за столик, чтобы поесть.

Пироги оказались вкусными, и он два смолотил за несколько минут. Оставался еще один, уже поостывший. Взяв его, Дэн отломил кусочек и сунул виляющему хвостом перед его столиком псу. Тот схватил угощение, но тут же выплюнул. Не пожелал тесто есть.