Тень убитого врага - Сергей Зверев

Виктор оторвался от чтива, посмотрел на Артема, на Андрея и, откашлявшись, хрипло спросил:

– Сами как считаете? Правда все это, или нет?

– Да, – сказал Андрей. Артем, поддержав его, кивнул.

– Да он же псих готовый. По нему «дурка» плачет. А эти трое – нелюди, – твердо проговорил Львов.

– Ну кто бы сомневался, – буркнул Михеев.

– Кстати, – приподнял Виктор руку с тетрадью, – откуда это взялось?

– Вот, – движением глаз указал на Андрея Артем, – наш истребитель нечисти добыл.

– Так это вы, – неласково проронил Львов, – незваный-непрошенный помощник правоохранительных органов?

– Видимо, я, – с достоинством ответил Андрей.

– Но к убийствам бомжей, как ты понял, он никакого отношения не имеет! – поспешил вставить Артем.

– Да чего ж тут не понять.

– Вот и хорошо, – с облегчением произнес Михеев. – Ты все прочел?

– Нет, – неожиданно ответил Львов. – Еще немного осталось.

На самом деле немного осталось.

Виктор, брезгливо морщась, пробежался по пьяным излияниям: как Глеб Студенецкий первые часы после убийства продолжал ощущать странную потерю чувств, мир для него лишился большинства красок, мелодий, ароматов… и как он объяснял это защитной реакцией организма. А потом он стал бороться с собой, убеждая себя, что совершил сильный поступок, что переступил барьер, дающийся немногим… и убедил, и ощутил прилив сил, взглянул на мир как победитель, как абсолютно свободная личность, перешагнувшая через табу, созданные для серой массы людишек, покорно несущих свое ярмо. И сломал барьер! В чем-то он покривил душой даже перед самим собой, но в целом… В целом описал как есть. Душа его наполнилась торжеством, он готов был ощутить себя новым Наполеоном… И вдруг началось это загадочное преследование.

Во время встречи с Михеевым Студенецкий не сказал детективу, что душа его суеверно содрогнулась. Когда раздался тот странный телефонный звонок в его доме и из трубки полился бесплотный смех, по спине миллионера потек какой-то совершенно запредельный холод. Не может быть! Этого не может быть!..

Он сразу же вспомнил Андрея: это что же, сам, своей рукой убил одного, и тут же воскрес другой, точно дух первого вернулся, чтобы мстить?! Нет, нет, этого не может быть!..

Конечно, он никому он об этом не сказал, даже виду не подал, все пережил наедине с собой. Но после случая с плакатом «Разыскивается» решил посоветоваться с Хвостенко.

Тот в мистику не верил, но в то, что Тропинин не сгинул в лагере, а как-то ухитрился уцелеть, а теперь живет под чужим именем и мстит – вполне. Впрочем, черт его знает, может быть, это вовсе и не он. Чего только не бывает между небом и землей!.. Но в любом случае рассудительный Геннадий предложил Студенецкому схему двойной слежки, подробно расписал ее… и тот ухватился за это.

А Геннадий, как бы невзначай, тут же сообщил Глебу, что у него, Хвостенко, уже готовится материал для следующего «Суда».

Это еще раз перевернуло все нутро миллионера. Какой-то необъяснимый микровзрыв случился в его мозгу, и он вцепился в мысль, что этот второй приговор и второе убийство окончательно разорвут цепи злых случайностей вокруг него и воспарит он над нашей грешной планетой даже не императором, а неким полубогом…

И все это он постарался излить на тетрадных листах.

– Бред, – с отвращением сказал Львов, отшвырнув тетрадь. – Нет, он маньяк, это точно. Хотя… Хотя, черт его знает, может, нарочно эту дрянь сочинил, чтобы его невменяемым признали. Бывает такое. Ну, ладно, детали уточним потом, а суть мне ясна. Одно неясно: если тот труп, что был в лесу обнаружен, это их работа… то как же они так прокололись? При такой-то постановке дела!

– Что думаешь делать? – нетерпеливо перебил его Артем.

– Ну, что! – усмехнулся Виктор. – А то ты нашу систему не знаешь. Если сейчас все делать официально, докладывать начальству… время потеряем безнадежно, так?

– Так.

– И этого бедолагу в подвале шлепнут… А втроем мы не справимся, не наш профиль.

– Тоже верно.

– Еще как верно… Значит, будем задействовать личные контакты. Вот что, сейчас едем…

– Погоди, – вновь перебил Артем и кивнул в сторону Тропинина: – Но я надеюсь, что Андрей заслужил… отпущение грехов?

– А я почем знаю? – удивился Львов. – Я что, поп, что ли?

– Ну ладно, ладно! Неудачно выразился. Но ты же понял, что я имею в виду!

– Да понял, конечно.

– Ну и?

– Я еще ничего не решил, – холодно ответил Львов.

– Ну, Виктор!..

– Я еще ничего не решил! И все, хватит об этом. Сейчас едем, куда я скажу. Все пересаживаемся в мою машину, и поехали!