Операция «Медный кувшин» - Екатерина Вильмонт

– Да, – сказала Мотька немного погодя, –дела!

– Девчонки, спокуха! – произнес вдругВалерка. – Я вас буду охранять!

– Интересно, как? – ухмыльнулась Мотька.

– Я с самого утра буду на велике объезжать поселок, аесли замечу кого-то подозрительного, постараюсь вступить с ним в контакт!

– Но, Валера, Иван Иванович только что не велелвступать в контакт ни с кем! – удивилась Лика, еще плохо знающая Валеркинудеятельную натуру.

– Это он вам не велел! А я человек свободный! Меняникто не ищет! Сами знаете, нападение – лучшая оборона!

Поймите, чудачки, если кто-то приедет сюда по вашу душу, онс радостью разговорится с таким симпатягой, как я, чтобы на голубом глазуузнать, где тут дача Игоря Потоцкого или Наталии Монаховой.

– Ну и что ты скажешь?

– Для начала, что точно не знаю, но слышал, что у нихжутко злая собака!

– Дурак! Это Лорд злая собака? – оскорбиласьМотька.

– Сами дуры! Я пошутил! Я отвечу, что живу тут недавно,где дача Потоцкого не знаю, а сам тут же помчусь к вам, предупредить, чтобысидели, носа не высовывали!

– Это, конечно, неплохо, но где гарантия, что этотчеловек обратится к такому симпатяге, а, например, не к старухе Царьковой,которая враждует с тетей Липой, терпеть не может деда и вообще…

– В принципе такое возможно, но… Старуха Царькова вотличие от меня по улицам так просто не разгуливает, а целыми днями роется вогороде, и огород у нее, к вашему сведению, за домом, так что прохожий ее и неувидит! – выкрутился Валерка. – А вообще-то, девчонки, я думаю, недоберутся они сюда! Иван Иванович, скорее всего, решил нас пугнуть, чтобы нелезли куда не следует! Он нас просто нейтрализовал, как он выражается,"таким макаром ".

– Тебе легко говорить! – проворчала Мотька.

– Да, я думаю, он был прав... насчет щелочки, –поддержала Мотьку Лика. – Ведь узнали же они ваши приметы…

– Хорошо, значит, чем меньше вы будете совать нос наулицу, тем лучше. Но я все равно буду по несколько раз на дню объезжатьпоселок! И начну прямо сейчас!

– Но у тебя же нет велика! А дома мамочка усадит тебяобедать, так что сейчас ни фига не выйдет! – заметила Матильда.

– А вы тоже идите домой обедать! Но не через улицу, ачерез забор! У вас калитки там нет?

– Калитки нет, а дырка есть! – сообщила я. –Это ты правильно придумал! Лика, пошли к нам обедать, чего тебе тут однойкуковать!

– Правда? – обрадовалась Лика. – Мне такстрашно было бы одной…

– Да, Лика! – вспомнил Валерка. – Если твояКрокодила тебя куда-нибудь пошлет, сразу позвони мне! Я приеду и провожу тебя!

– Спасибо! – улыбнулась Лика.

Валерка убежал домой, а мы пролезли через забор к нам на участок.Дверь была заперта. Значит, тетя Липа куда-то ушла. Действительно, на кухнележала записка:

«Асюта! Я у Шульгиных. Обед на плите! Разогрейте! Звониламама. Она уезжает в Киев на три дня с концертами. Ешьте клубнику!»

Мы отлично пообедали втроем, помыли посуду и уселись наверанде.

– Девчонки, а вот вы в нарды играете, этоинтересно? – спросила Лика.

Я удивленно на нее взглянула. Мне сейчас было не до игры внарды.

– Интересно! – ответила Матильда. – Хочешьнаучиться?

– А это трудно?

– Да нет! Надо только освоить поле и набить руку!Хочешь научу?

– Да нет, я так… Где мне играть и с кем?

– Нет, я тебя научу! – закричала Мотька. – Мыже с тобой вместе жить будем, а Аська в свой Париж уедет… – Матильда вмиграскрыла доску.

– Нет, Мотя, я сейчас все равно ничего не пойму… Потомнаучишь…

– Ладно, – согласилась Мотька и убраланарды. – Ну, так чего делать будем?

– Ничего. А что мы можем? – пожала плечами Лика.

– Что, так и дадим себя запугать? – хорохориласьМатильда. – Это, вообще-то, не в наших правилах!

– Ну и что ты предлагаешь? – поинтересовалась я.

– Не знаю, но…

– Нет, Мотька, на этот раз придется нам посидеть тихо…Да оно и хорошо, надоело это все хуже горькой редьки!

– Так-то оно так, но сидеть взаперти…

– Вот что, свободолюбивые вы мои, давайте договоримся!Мы живем спокойно и не говорим только об этом деле! – потребовалая. – Что, у нас поговорить не о чем?

– Но ведь нам грозит опасность! – воскликнулаЛика. – О чем еще можно думать?

– О Федоре! – сказала я. – Ты же влюблена внего, вот о нем и думай!

– И вовсе я в него не влюблена, он мне... немножконравится, и все! Вообще-то, он не в моем вкусе!

– А какой у тебя вкус? – спросила я.

– Ну… Вообще, мне нравятся высокие брюнеты с каримиглазами… А тебе?