Год обезьяны - Чингиз Абдуллаев

«В год Обезьяны рожденные под этим знаком начинаютиспытывать легкое беспокойство, волнение, тревогу. Но постепенно они обретаютвнутреннюю гармонию. И вся суета вокруг их только развлекает, если смотреть навсе со стороны».

(Из восточного гороскопа)

Наталья приехала к нему в три часа дня. Она сидела в холлепритихшая и понурая, когда он вышел к ней, чтобы провести ее в свой номер.Дежурная неодобрительно покачала головой. Наверно, ей казались странными, еслине сказать больше, эти визиты молодой девушки к поселившемуся здесь гостю сюга. Но Муслим не стал обращать внимание на нарочитые вздохи дежурной. Онпривел Наталью в свою комнату. Она снова уселась на свое место, чтобы начатьрассказывать ему все, что его интересовало.

— Ты заранее сообщала ему о своем приезде? — уточнил Муслим.

— Нет. Мы были с мамой в больнице и оттуда решили сразупоехать к нему. Он даже не звонил Вике. Я оставила маму дома и поехала к немуна Лиговский.

— Начинается ложь, — строго осадил ее Муслим, — а мне нужнатолько правда. Вы сразу поехали к Измайлову, вместе с твоей мамой.

— Откуда вы знаете? — удивилась она.

— Я все знаю, — отрезал Муслим, — рассказывай дальше.

— Вам наш водитель рассказал? Леша?

— Никогда не нужно подозревать людей без особых причин. Обэтом мне сообщила твоя мать.

— Понятно. Можно, я сразу задам вам один вопрос?

— Один можно. Задавай.

— Она была вашей любовницей?

— О ком ты говоришь?

— О моей матери.

— С чего ты взяла?

— Я слышала вчера их разговор. Громкие крики. Они никогда вжизни не кричали друг на друга. Они вообще никогда не спорили, никогда неповышали голос друг на друга. А вчера они кричали. И я слышала, что ониговорили. Получается, что и мать, и бабушка были вашими любовницами.

— Это не совсем так, — поморщился Муслим. — Вернее, совсемне так. У нас были достаточно интересные отношения с твоей бабушкой и оченьинтересные отношения с твоей мамой, которую я просто любил. Тебя устраиваеттакой ответ?

— Нет, не устраивает. Вы ничего не объяснили.

— Другого не будет. Требуй объяснений у своих близких. Атеперь давай продолжим наш разговор. Значит, он не знал, что ты можешь у негопоявиться. Верно?

— Правильно. Но зачем вы задаете мне такие глупые вопросы?

— Нельзя так говорить взрослым людям, — недовольно заметилМуслим. — Раз задаю, значит, есть причины. Итак, ты приехала и подняласьнаверх. Позвонила в дверь. Он сразу открыл?

— Нет, не сразу. Я долго ждала. Потом он наконец открыл. Иповел меня в гостиную.

— Дверь в спальную комнату была закрыта?

— Я не знаю, где у него спальная комната.

— Сразу за гостиной, — пояснил Муслим. — А теперь вспоминай.Дверь была закрыта? Или ты увидела открытую дверь и спальную комнату?

— Нет, я ничего не видела. Дверь была закрыта.

— Ты встречалась с ним несколько раз до этого. Вспомни, какон обычно разговаривал.

— Громким голосом, у него был хорошо поставленный голос. Нов тот день он говорил тише обычного.

— Ты в этом уверена?

— Да. Я даже удивилась и спросила, что с его голосом. Онсказал, что простужен.

— Что было дальше?

— Ничего. Мы с ним немного поговорили, но я поняла, что онне хочет меня послушаться и поехать к Вике. И поэтому я ушла вниз.

— А потом поднялась твоя мама?

— Кто вам это сказал? Ее вообще не было в этой машине.

— Понятно. Она вернулась довольно быстро или нет?

— Я вам не скажу, — упрямо повторила Наталья. — Ее там небыло.

— Предположим, что не было. Но ты знаешь, что следом заматерью туда поднималась и твоя бабушка.

— Глупости. Никого из наших там не было. И никто из моихродственников не мог ударить ножом Измайлова. Это просто невозможно.

— Но кто-то ударил, — задумчиво произнес Муслим.

— Вы не ответили на мой вопрос, — терпеливо напомнилаНаталья. — Вы были любовником моей мамы и бабушки? Это правда?

— Я ответил на твой вопрос. Ответил максимально честно иоткровенно. Я не был любовником твоей бабушки. У нас с ней была случайнаясвязь. Мы даже толком не знали друг друга. Ей тогда было тридцать четыре, а мнедвадцать четыре. Потом мы расстались и никогда больше не виделись.

— А где была моя мать?

— Подозреваю, что в городе. Ей тогда было толькошестнадцать. Она еще училась в школе.