Высокий блондин на белой лошади - Наталья Андреева

– Неужели вам мало?

– Тарас, с недвижимостью не шутят.

– Я написал дарственную. На сына.

– Что?! Ты идиот!

– Оскорбление? А как же родственные чувства? Я твой брат.

– Было у отца три сына. Два умных, а третий – дурак. Как ни странно, старший.

– Зачем тебе деньги?

– Я собрался выкупить долю хозяина ресторана. Часть заведения и так уже принадлежит мне. В данной ситуации мне нужны любые деньги.

– Значит, ты хочешь, чтобы я отсудил свою долю?

– Нашу.

– Хорошо. Пусть нашу. И поделился бы с тобой.

– А что в этом странного? Я же твой брат.

– Как редко ты об этом вспоминаешь. Когда тебе выгодно, тогда и вспоминаешь. Неужели у отчима мало денег?

– Папа стал прижимист, – неохотно говорит Александр. – Стареет. Его уже ничто не интересует. И он начал делать ошибки. Непростительные ошибки. С поставщиками. Чутье ему изменяет.

– А как мама?

– Ничего.

– Как ее здоровье?

– Съездил бы, да проведал, – сердито говорит Александр.

– Я это обязательно сделаю. Виноват.

– Надо бы как-нибудь встретиться.

Он всегда это говорит. Ты уже в курсе: если фраза прозвучала, пора распрощаться до лучших времен. Подняться и сказать:

– Непременно.

И он крепко пожмет тебе руку. За то, что ты его правильно понял.

– Я уверен, Саша, что ты справишься. Что у тебя все будет в порядке.

– Лучше бы ты мне помог, – усмехается он. – Материально. Впрочем, что с тебя взять? Странный ты человек, Тарас.

– Какой есть. Я позвоню маме, так ей и скажи. Пусть не волнуется. Со мной все в порядке.

– Я вижу, – усмехается брат. И как истинный Плотников говорит: – Ну, бывай.

Вот и поговорили. И хорошо поговорили! Ты злишься ровно до того момента, пока порыв ветра не швыряет тебе в лицо ледяную крупу. А потом в твоей глупой голове начинают появляться совершенно другие мысли. Например: как помочь брату Александру? Или: как она несчастна, Маша Васнецова! Что надо сделать, чтобы несчастья было бы на свете гораздо меньше?

Тарас, ты неисправим! Ты не умеешь долго сердиться. И правильно! Скажи на милость, чем виноват Сашка? Он такой, какой есть. И в чем-то он гораздо лучше тебя. Во всяком случае умнее. Вернуться? Увы! Тебе надо ехать в Шереметьево. И не потому, что оттуда улетает твой самолет. Туда прилетел самолет из Гонконга с человеком, которого ты начинаешь тихо ненавидеть. За то, что он сделал с рыжей Дианой.

…Итак, Шереметьево. Сказать по правде, тебе приходилось здесь бывать. Хотя ты и неудачник и все такое прочее. Но твою бывшую жену нельзя отнести к этой категории. Она-то как раз очень ловкая женщина. И предприимчивая. Два раза в год, зимой и летом, она приезжала сюда, садилась в самолет и улетала в жаркие страны. Одарив тебя взамен самым ценным, что только есть на свете: свободой.

Ты не улетал с ней по ряду причин. Во-первых, из-за удовольствия с неделю или больше пожить одному. Удовольствие, кстати, ни с чем не сравнимое. Во-вторых, потому что в далеком детстве мама приучила тебя, плебей несчастный, отдыхать в средней полосе России. А именно, в деревне Пеньки. За удовольствие половить окуньков в пеньковской речке ты продашь все пирамиды мира и все его моря.

В-третьих, как уже было сказано, Боливар не вынесет двоих. Самолет-то может поднять вас с женой в воздух, включая вашего сына, но вот семейный бюджет… Увы! После того как накануне отлета в жаркие страны жена пробежалась по магазинам, у него пустые баки!

И получилось так, что ты стал патриотом родной страны, ее рек, озер и водопадов. Если таковые имеются. Но как устроен мир международного аэропорта и где находится стоянка такси, ты в курсе. Тебе приходилось вывозить отсюда не только жену, но и своих многочисленных родственников, когда у них случались накладки. Два раза маму, три раза отца, четыре – отчима с братом Сашкой и пять раз сестру Анастасию. Только прелестный Эдик ни разу не прибегал к твоим услугам. Не то чтобы ты считал. Но всякий раз отмечал, когда твои «Жигули» превращались в пожарную машину. Разумеется, бензин тебе никто не оплачивал.

Как же ты мелочен, Тарас! Ведь они сделали для тебя гораздо больше! И, кстати, нашли хорошего адвоката. Который тебе вскоре может пригодиться.

К огромному твоему разочарованию, машины с номером, записанным в твоем блокноте и три раза подчеркнутом, на стоянке такси нет. Больше того: тебя принимают за конкурента и начинают коситься. Здесь непринято заруливать на стоянку такси без рекомендаций. Придется парковаться в другом месте. А смысл?

Смысл в том, что ты должен его найти. И лучше бы тебе было спросить номер его мобильного телефона, а не номер машины.

Ты паркуешься там, где тебя никто не тронет, вылезаешь из машины и начинаешь бродить. Бродить – это одно из любимых занятий русского человека. Пока ты бродишь, никто не заподозрит тебя в безделье. Ведь выражение лица у тебя в этот момент ищущее. На самом же деле, ты ищешь не как заработать деньги. Ты ищешь смысл жизни. Занятие, которое, увы, никак не оплачивается.

Еще одно любимое занятие русского человека – маяться. Если же ты одновременно бродишь и маешься, тебе труба. Следующий этап – койка в психиатрической лечебнице, где жизнь теряет всякий смысл, отчего и искать его дальше бесполезно. Но видно, Тарас, не судьба тебе там оказаться. Как только ты, маясь, начинаешь бродить, а лучше сказать, бродя, начинаешь маяться, ты видишь синий «Пассат»-универсал. Пока он заруливает на стоянку такси, тебе еще светит психиатрическая лечебница. От отчаяния и злости на себя самого. Но потом ты соображаешь, что номер «Пассата» записан не только на нем, но и в твоем собственном блокноте. Мало того, три раза подчеркнут. Это та самая машина, из-за которой ты и приехал сюда! И ты кидаешься к ней, словно к спасательному кругу. С таким выражением лица, будто тебя поглощает морская пучина.

Даже водитель «Пассата» напуган.

– Опаздываем? – спрашивает он и кивает обнадеживающе: – Успеем! Садись.

Ты плюхаешься на переднее сиденье, захлопываешь дверцу и переводишь дух:

– Уф! Хорошо!

– Куда? – спрашивает водитель.

– Никуда. Стоим на месте.

Тут уже он думает, что тебе светит койка в психиатрической лечебнице. Людям свойственно ошибаться.

– А ну-ка, мужик, вылезай! – сердито говорит водитель.

– Одну минуту. Сколько стоит поездка?

– То есть?

– Сколько ты берешь, чтобы отвезти клиента в Москву?

– Смотря куда. И смотря когда.

– До ближайшего метро.

– Сто баксов, – сердито говорит водитель, и ты понимаешь, что он хороший человек. Не рвач какой-нибудь. Ведь цены Шереметьева и в самом деле могут свести с ума.