Покер с акулой - Дарья Донцова

По длинному темному коридору мы добрались докомнаты, большую часть которой занимал рояль. Помещение явно обставляли вначале века. Тяжелый дубовый стол, массивный диван, обитый темно-синим бархатом,и вольтеровское кресло… С потолка свисала бронзовая люстра, и на стенах былоневероятное количество фотографий и картин.

– Слушаю вас, – царственно вымолвиладама, медленно опускаясь в кресло.

– Вы Ева Эдвардовна?

Хозяйка рассмеялась, словно рассыпала горстьвесело звенящих колокольчиков.

– Дорогая, ценю ваше желание сделать мнекомплимент, но я Ольга Васильевна, мать несчастной Евы.

Значит, моей собеседнице восемьдесят два года.

– Ни за что бы не подумала, – решилая льстить дальше, – сначала мне показалось, что говорит девушка.

Ольга Васильевна вновь рассмеялась:

– Милая моя, я певица в прошлом, и голос– все, что осталось от былого величия. Когда-то и впрямь многие мужчинывалялись в ногах, забрасывая букетами… Но… слава проходит, вы, наверное, и незнаете о звезде музыкального театра Ольге Митепаш. Я давным-давно на пенсии ислужу педагогом-репетитором, обучаю молодых людей правильно владеть голосом.Кстати, мне ставили голос в Италии. Было это в начале тридцатых, тогда Молотовсобрал лучших певцов…

Она пустилась в воспоминания, забрасывая менясовершенно ненужными сведениями. Наконец я дождалась в этом потоке паузы ибыстренько вставила:

– У вас такая редкая фамилия.

– Мой муж – прямой потомокдекабристов, – гордо сообщила дама. – Его предок был французскийофицер, де Митепа, женившийся на одной из сестер Волконских. Потом частичка«де» отпала и кто-то приписал букву «ш» в конце фамилии… Эдвард Христофоровичявлялся великим дирижером, его творческий путь…

На меня вновь вылили ушаты информации. С памятьюу дамы был полный порядок. Она в деталях описала свое свадебное платье, поездкус мужем во Францию и минут пять перечисляла знаменитостей, запросто бывавших вее доме.

Обалдев от такого количества сведений, япочувствовала, что задыхаюсь. В комнате пахло пылью, Ольга Васильевна источаласильный аромат старомодных «Мадам Роша», и в горле у меня запершило.

Еле-еле сдерживая кашель, я решила направитьпоток воспоминаний в нужное русло и поинтересовалась:

– Ваша дочь тоже певица?

– Евочка была скрипачкой, – пояснилаОльга Васильевна.

– Была?

– Она умерла, – коротко урониладама.

– Надо же, такая молодая, сердце?

– Нет, – вновь коротко ответилаОльга Васильевна. Она явно не собиралась распространяться на предложенную тему.

Но именно ее неожиданная сдержанность изаставила меня настаивать:

– Что же тогда? Рак?

– Нет.

– Несчастный случай?

– Милостивая государыня, – гордоподняла голову Ольга Васильевна, – моя дочь покончила с собой, она былабольным человеком, слабого душевного здоровья. Любая мелочь сильно ранила Еву,и в конце концов психика не выдержала.

– Простите, – пробормотала я, –и давно это произошло?

– В девяносто седьмом году, –спокойно ответила бывшая певица, – с тех пор я живу абсолютно одна.

– А Таня, она ведь ваша внучка?

Хозяйка сложила на груди руки и заявила:

– У меня нет ничего общего с даннойособой.

Вот те на! Только что вовсю щебетала о своихлюбовниках, а теперь не желает даже слова сказать о внучке.

– Мне нужна Татьяна. Где ее можноотыскать?

Ольга Васильевна гневно сверкнула накрашеннымиглазами.

– Во всяком случае, этот дом – последнееместо, где она появится.

– Почему?

Певица помолчала секунду и спросила:

– Зачем она вам? Что Таня опятьнатворила?

Неожиданно в ее делано бодром, хорошоотлаженном голосе появилась легкая хрипотца, и я вдруг сказала правду:

– Ничего страшного, просто нам кажется,что Таня может пролить свет кое-какую историю.

– И все же, в чем дело? – настаиваласобеседница.

– Некоторое время тому назад в Москвеисчезла девушка, Ксения Федина. В ходе оперативно-следственных мероприятий мыпришли к выводу, что Татьяна Митепаш знает, где находится пропавшая.

– Вам очень надо ее найти?

Я кивнула:

– У Фединой остался муж, который глубокопереживает потерю жены.

– Да, – вздохнула ОльгаВасильевна, – я хорошо знаю, как трудно терять близких. Ладно, если выговорите, что Татьяна в курсе, попробую вам помочь. Только предупреждаю, ничегохорошего вы не услышите. Таня – наше семейное несчастье, хотя сил в еевоспитание было вложено столько, что хватило бы на десяток детей.

Ева Митепаш никогда не была замужем.Выращенная любящими родителями в тепличных условиях, она ждала великой любви ивысоких отношений. Но действительность оказалась жестока. Встреченный ею принцсначала раздавал клятвы и комплименты, потом уложил ее в кровать, не торопясь взагс, а когда Ева с радостью сообщила любовнику о беременности, он моментальнопостарался исчезнуть с горизонта. Правда, не слишком удачно. Ольга Васильевнанашла Ромео и заставила признать новорожденную дочь. Девочка получила отчествоотца, но фамилию оставили материнскую. Неудавшийся папаша два раза прислалалименты и забыл про ребенка.

Ольга Васильевна хотела подать в суд нанегодяя, но рыдающая Ева упросила мать не делать этого.

Танюшу воспитывали две без памяти любящиедевочку женщины. Эдвард Христофорович скончался в 1970 году и не застал внучку.

В те годы семья не слишком нуждалась. У Евыслучались гастроли за границей, а у Ольги Васильевны была слава превосходногопедагога, и поток учеников не иссякал.

Танечку растили в тепличных условиях. Няня,гувернантка, потом учитель музыки. К фортепьяно девочку подвели в пять лет и стех пор заставляли ежедневно упражняться, готовя к профессиональной карьере. Повечерам водили в театры и консерваторию, по воскресеньям – в Третьяковскуюгалерею и Пушкинский музей.