Принц в неглиже - Елена Логунова

В Сержевой домашней коллекции «веселых» фильмов не было ни одного с толстушками. Полковник Лапокосов покосился на разудалую костлявую дамочку на экране, брезгливо поморщился и еще раз обвел взглядом комнату. Где же может быть дискета?

Вернувшись в Екатеринодар, полковник с капитаном отправились на квартиру Сергея Петровича Максимова, но самого хозяина там не застали. Незваные гости тщательно осмотрели помещение, ничего не нашли, утомились и присели отдохнуть. По всему было видно, что здесь давненько никто не жил: воздух в жилище был затхлый, мебель запылилась, растения в горшках на кухонном подоконнике увяли, только кактус чувствовал себя превосходно. Полковника посетила страшная мысль: а был ли мальчик?

– Что, если бабы не наши, не местные? – забеспокоился Лапокосов. – Если они увезли Максимова вовсе не в Екатеринодар? Где тогда его искать?

– Да наши это бабы, наши, та, что в подштанниках, – уж точно отечественного производства, – успокоил его капитан, в подтверждение своих слов указывая на экран, где уныло резвились худосочные импортные гражданки. – Что я, кубанскую бабу от какой другой не отличу? А формы, а румянец, а темперамент?

Лапокосов глянул на телеэкран, скривился и недоверчиво пожал плечами. Специалистом по бабам полковник себя не считал, зато он обладал опытом другого рода: его самого то и дело принимали то за итальянца, то за грека или грузина – за кого угодно, только не за рязанского парня, каким он был на самом деле. Полковник лучше многих знал, что внешность обманчива.

Поэтому аргументы капитана его не убедили, и все же он принял решение устроить засаду и подождать Сержа – в надежде на то, что тот рано или поздно объявится в своей квартире. Лучше, конечно, рано, чем поздно: полковник и без того непростительно затянул с выполнением особо важного задания…

Шустрый Сидоров еще в ходе осмотра помещения обнаружил в холодильнике початую бутылку водки. Испросив для порядка разрешения у полковника, он экспроприировал спиртное, проворно вымыл пару пыльных рюмок и со знанием дела организовал процесс распития. Сыщики хлопнули по маленькой и приготовились с комфортом ждать, но по второй даже разлить не успели: загремел замок входной двери. Кто-то несколько минут возился, явно подбирая ключи, и спустя несколько минут вошел в квартиру.

Я затолкала Томку в лифт и притиснула его коленом к стене, чтобы жилец, вошедший вслед за нами, тоже мог поместиться. Но рослый румяный малый при виде Томкиной ослепительной улыбки замялся, вежливо махнул рукой и свернул к лестнице.

– Дело хозяйское. – Пожав плечами, я придавила кнопочку с цифрой 3, и лифт пошел вверх.

Томка обнюхал углы кабины и, очевидно, задумался: поднимать лапу или проигнорировать?

– Веди себя прилично, – строго сказала я, не особенно рассчитывая на то, что пес меня послушается.

Лифт остановился, я вышла, а своенравный Томка задержался в кабине.

Двенадцатая квартира была отгорожена от лестничной площадки дополнительной дверью: два номера, два звонка. Я выбрала нужный и позвонила. Дверь не открывали. Странно, чего это Ирка с Монтиком вздумали запираться? Я же предупредила, что мы подойдем минут через десять, как только Том сделает свои собачьи дела!

– Эх, лямур-тужур, – не без зависти сказала я, и тут дверь распахнулась.

– Спасибо, что открыли! – поблагодарила я незнакомого гражданина, принимая его за жильца соседней квартиры. – Не беспокойтесь, я не к вам. Я в двенадцатую.

– Угу, – кивнул незнакомец, протягивая мне руку.

– Спасибо, я сама. Ну, зачем же…

Не слушая возражений, мужчина крепко стиснул мою руку выше локтя, захлопнул входную дверь и быстро повел меня по коридору. Даже не повел – потащил! Ну и манеры!

– Ленка! Ты почему одна? – с дивана мне помахала рукой Ирка. Монтик чинно сидел рядом с ней. Вид у них был напряженный.

Еще одного незнакомого гражданина с пистолетом я заметила не сразу – явно в импортной рубахе типа «гавайка» он почти сливался с пестрой занавеской.

– Что тут происходит? – Обнаружив вооруженного незнакомца, я неприятно удивилась.

– Враги! – одними губами сказала мне Ирка. Я вспомнила наш с ней разговор и кивнула.

– Садитесь, – хмуро скомандовал тип с пистолетом.

Какой-то дешевый гангстер будет мне приказывать? Ну нет! Скрестив руки на груди, я гордо застыла на месте, как бронзовый Пушкин у городской библиотеки.

– Это та, вторая баба, товарищ полковник, – сказал из-за моей спины мужчина, впустивший меня.

– Разберемся, – едва глянув в мою сторону, хмуро произнес бандит по кличке Товарищ Полковник.

– А мы думали, что ты с Томочкой придешь! – с нажимом проговорила Ирка.

Намек я поняла. Да, Том мог пригодиться: даже при наличии у противника пистолета крупная собака, вооруженная до зубов… гм… зубами, же могла обеспечить нам перевес сил.

– Томочка! – Заговорщицки подмигнув Ирке, я фальшиво-ласково повысила голос.

От входной двери донесся характерный энергичный стук: сидящий на коврике Том, услышав мой голос, радостно забил хвостом. Ритмичные удары мускулистого хвоста о железную дверь звучали громко и выразительно.

– Это еще кто? – спросил Полковник, явно недовольный.

– Это Томочка. Пустили бы Томочку, Товарищ Полковник! – умильно улыбнулась я.

– Капитан? – Товарищ Полковник вопросительно посмотрел на подельника.

– Оригинальные нынче пошли бандиты, – шепнула я Ирке. – Звания у них, как у милиционеров!

– Мафия, наверное, – одними губами сказала она. – У них всегда субординация. Я знаю, кино смотрела!

Мафиози Капитан, подумав, определился с ответом:

– Я думаю, лучше не открывать. Постучит, постучит – и уйдет!

Мы с Иркой дружно замахали руками.

– Нет, Томочка не уйдет! Вы ее не знаете! Томочка сейчас такой лай поднимет – все соседи сбегутся!

– Значит, все-таки три бабы было, – сказал Полковнику Капитан. – Эти две и та, Томочка.

– Ладно, – согласился Полковник. – Впусти девчонку!

Капитан удалился в прихожую, и мы с Иркой затаили дыхание. Вот лязгнул замок, вот скрипнула дверь…

– Мама! – На короткий вскрик Капитана моя «девчонка» ответила раскатистым «гау!».

Сорокакилограммовый снаряд в собачьем образе ворвался в комнату, походя опрокинув журнальный столик, кресло и человека с пистолетом.

– Том, сидеть! Ира, Монтик, бежать!

Послушалась меня только Ирка. Она сгребла в охапку Монте и вылетела из комнаты. В прихожей кто-то громко ойкнул, что-то мягко посыпалось на пол, звуки возни переместились в сторону кухни. Зазвенела посуда.

– Взять их! – крикнул Полковник, барахтаясь под перевернутым креслом.