Пепел сердца - Инна Бачинская

Настя кивает, не глядя на Нию.

– Ешь! – повторяет Ния. – Чего уж теперь… Судьба. От нее не сбежишь. Ешь! – Она снова наливает Насте ликер. – Давай!

Настя выпивает залпом, морщится, жует твердое наперченное мясо; всхлипывает, утирается рукой и жует.

– Ты хочешь уехать с ним… – вдруг говорит она невнятно. – Я слышала, как вы договаривались! Как ты могла!

– Это он договаривался! – кричит Ния, раздувая ноздри. – Он, а не я. Он решил, что теперь я с ним, планы строил, куда пристроить… бабло! Подонок!

– Но ты же с ним трахалась! – Настя отшвыривает вилку.

– Да… сама не знаю как, – говорит Ния устало. – Я ненавижу себя, поняла? Ну вот такая я… Ненавижу!

– Я же его любила! А ты все испортила! Лучше бы ты не возвращалась!

– Любовь? Это любовь, по-твоему? Он бьет тебе морду, говорит гадости, шляется с кем попало, а ты его любишь? Он трахает другую бабу на твоих глазах, а ты его любишь? – кричит Ния, с ненавистью глядя на Настю. – Ты… клуша! Ты же виснешь как гиря, от тебя любой сбежит! Скажи спасибо, что свалил! – Она переводит дыхание; добавляет после паузы: – Считай, повезло… если свалил.

– Да что ты понимаешь в любви? – взвилась Настя. – Ты никого никогда не любила! Тебе все легко! Один, другой… Ты холодная! И подлая! Никогда тебе не прощу! – Настя закрывает лицо руками и начинает громко рыдать.

Ния смотрит на подругу, на лице ее написана брезгливость. Она наливает себе коньяк, выпивает залпом…

– Деньги на продукты, – напоминает Настя, шмыгая носом, утираясь салфеткой.

– Да, конечно, – говорит Ния. – В ящике буфета, я приготовила. Возьми Декстера! Я простыла, сегодня сижу дома.

* * *

Настя с «продуктовой» сумкой уходит. Ния остается. Она стоит у окна и смотрит, как Настя усаживается в машину карсервиса. Пусть проветрится, думает она. Они обе устали… А этот вернется! Он еще не все получил, думает Ния. Сволочь!

Завтра встреча с Рыдаевым, ему снова нужны деньги. Ния идет в кабинет мужа. Ящик письменного стола наполовину выдвинут; Ния рывком выдергивает его, бессмысленно смотрит… деньги исчезли! Конверт, где были деньги, пуст… несколько тысяч евро… Она заглядывает в конверт, ей кажется, что она не заметила, не рассмотрела как следует, что деньги все еще там. Увы! Конверт пуст…

Ния бежит в спальню, открывает шкатулку с украшениями – здесь те, что она носит постоянно. Остальные в сейфе. Шкатулка пуста.

Ошеломленная, Ния усаживается на кровать, в руках – пустая шкатулка. Вот и ответ, почему он свалил! После ночи любви Геннадий ее обокрал! Все очень просто… он ее элементарно обокрал! Он трахал ее и знал, что ограбит… Как только представится удобный случай, он ее ограбит! Она была в ванной, а он сунул в карман ее цацки, а потом рассказывал, что они уедут, а потом они снова…

Ния отшвырнула прочь шкатулку, уткнулась лицом в подушку и зарыдала…

…Она вытерла слезы, высморкалась в полу халата. Сказала:

– Ну и черт с ним!

Она вдруг рассмеялась от внезапной мысли: похоже, этот подонок бросил их обеих.

* * *

– Ты думаешь, он не вернется? – спросил Федор.

Ния свернулась в клубок на диване в гостиной; на журнальном столике перед ней хрустальный стакан с виски и вазочка с соленым арахисом – так делал Володя. Смотрел новости, комментировал и наливался виски. Она вдруг представила себе, что Володя дома…

– Ты думаешь, он не вернется? – повторил Федор. – Ния!

– Извини, задумалась. Нет, он не вернется. Он прихватил деньги из письменного стола и мои украшения. Так что, сам понимаешь…

– Геннадий украл деньги? Хочешь заявить?

– Нет, если это цена за то, что он убрался, я готова платить. Это мелочи. Я до смерти рада… – она хмыкнула, – …что он убрался. Какое заявление, что ты! Я устала, Федя. Если бы ты только знал, как я устала! Спасибо тебе…

– За что?

– За все. Ты вернул меня в прошлое…

– Ния, я хочу тебя видеть.

– Хочешь, я приду к тебе? Завтра…

Она слышит звук открываемой двери, у нее мелькает мысль, что вернулся Геннадий… Но это не Геннадий, это Настя.

– Настя пришла, – говорит Ния. – До завтра?

– До завтра… – Ния слышит разочарованные нотки в его голосе.

Она поднимается навстречу Насте, принимает сумку с продуктами. Спрашивает:

– А где Декстер?

– Декстер? – Настя смотрит непонимающе. – Удрал… я оставила его у магазина…

– Идиотка! – кричит Ния. – Я же просила не оставлять его! Его украли!

– В магазин с собакой не пускают! – кричит Настя. – Я всегда оставляла!

Ния бежит с сумкой в кухню, с силой ставит ее на стол. Звякают бутылки…

– Твой хахаль обокрал меня! – кричит Ния. – Сволочь!

Настя уходит к себе, громко хлопнув дверью…

Ния раскладывает в тарелки копченое мясо, сыр, ветчину; закладывает в тостер хлеб. Достает бутылку «Амаретто» и рюмки. Идет за Настей.

– Эй, вставай, подруга! – она стучит в дверь. – Ужин на столе! Мужики приходят и уходят, а мы, женщины, остаемся!

Не получив ответа, Ния входит в комнату. Настя лежит на кровати, накрывшись с головой. Ния переживает мгновенное ощущение дежавю.

– Подъем! – кричит она, стягивая с Насти одеяло. – Вставай! Я голодная как волк. По-моему, мы сегодня не обедали.

– Не хочу, – говорит Настя безжизненным голосом.

– За компанию! – убеждает Ния. – Пошли, примем за свободу! Ну!

Настя неохотно поднимается. Лицо у нее опухло от слез. Ния с трудом удерживается от бодрящего замечания… что-нибудь вроде того, что мужики мужиками, а морду лица надо беречь… а то вон на кого похожа! Нам еще замуж выходить, хотела сказать Ния, но не решилась…

– Я хочу водки, – говорит Настя за столом.

– Не проблема! – Ния достает из серванта початую бутылку водки.

Настя льет водку в стакан с ликером. Ния молча наблюдает. Настя залпом пьет. Допив, утирается рукой, кашляет. Потом сидит, уставившись в стол. Ния подпихивает к ней тарелку с бутербродами. Настя жует, не глядя на Нию. Ния снова разливает, и снова Настя тянется за водкой. Выпивает. Жует. «Ненавижу!» – говорит невнятно из-за набитого рта. У нее неприятная и раздражающая привычка разговаривать с набитым ртом…

– Кстати, твой женишок прихватил мои вещички, – говорит Ния. – И бабло! Хрен с ними, можешь не возмещать, перебьюсь. Похоже, мы его больше не увидим. Любовь… – она фыркает.

Настя молча жует…

Ния вытаскивает отяжелевшую Настю из-за стола, придерживая за талию, ведет в ее комнату. Укладывает в кровать, укрывает одеялом. Стоит несколько минут, рассматривая Настю. Потом включает ночник и уходит. Комната озаряется тусклым желтым светом…