Меценат из ментовки - Александр Чернов

Джип выехал из гаража. Круглолицый и «груда мышц» прикрыли ворота, включили стоявший в углу портативный телевизор и, усевшись на складные стулья, уставились в экран. Показывали шоу Бенни Хилла. Оплывший жирком гладенький мужчина дурачился, за кадром раздавался смех, но ни парням, ни Жорику не было смешно. Все трое сидели с каменными лицами, дожидаясь прибытия хозяина. Час спустя наконец-то раздался звук мотора и круглолицый открыл ворота. В гараж въехал джип. Рядом с водителем сидел Деликатес. Злой как черт. Едва автомобиль остановился, Аверин выскочил из него и, подбежав к Жорику, со всей силы пнул его по лицу. Привольнов охнул ― изо рта у него потекла струйка крови.

― Убью, паскуда! ― в бешенстве заорал Деликатес, вращая глазами, и снова пнул Жорика, на сей раз по ребрам. ― Из-за тебя, гнида, я потерял доверие старика! Я два года добивался его расположения, и вот, когда он поручил мне контролировать большую часть своего бизнеса, влез ты с дурацкой проверкой алиби и все испортил. Я теперь в опале и все из-за тебя!

«Воровать нужно было меньше», ― хотел было сказать Жорик, но сдержался.

― Козел! Падло! Кретин! Убью! ― выкрикивая угрозы и ругательства, Деликатес принялся методично избивать Привольнова, выискивая для удара самые чувствительные места. Бил со знанием дела, долго. Наконец выдохся. ― Пристрелить к чертовой матери и в речку! ― бросил он парням.

Покуда шла экзекуция, водитель, «груда мышц» и круглолицый стояли поодаль и с хмурым видом наблюдали за тем, как бесновался Аверин. Парни, по-видимому, не одобряли действий хозяина, а намерений, тем более. «Груда мышц», перемялась с ноги на ногу, и нерешительно заявила:

― Нет, Деликатес, извини, но мы так не договаривались. Убийство не по нашей части.

Аверин достал из кармана носовой платок и, вытирая потный лоб, бросил в сторону троицы презрительный взгляд.

― Что кишка тонка? ― он сплюнул на пол. ― Хрен с вами, без вас обойдусь!

Намерения Деликатеса были серьезны. Лежавший на полу Жорик понял это. Нужно было спасать свою жизнь. Привольнов с усилием приподнялся, сел и прислонился к стене.

― Не дури, Деликатес! ― произнес он, с трудом выговаривая разбитым ртом слова. ― О том, что я пошел на встречу с тобой знает майор Стражников. Если я не объявлюсь, он возьмет тебя за жабры. У него на тебя давно зуб имеется.

Аверин пристально с ненавистью посмотрел на Жорика.

― Так ты еще с ментами путаешься? ― спросил он с ухмылкой. ― Стукач? Тогда по тебе тем более могила плачет. ― Он обернулся к круглолицему: ― как его взяли?

Тот прислонился спиной к джипу и, сложив на груди руки, поведал:

― Короче, ты же не взял нас к шефу, сказал рожей не вышли и приказал нам поблизости тебя дожидаться. Ну, мы чтобы время зря не терять, решили позагорать. Нашли на озере подходящее местечко и расположились на отдых. Потом ты по мобиле позвонил, описал нам этого мужика и попросил, мол, когда выйдет из ворот, взять его и к тебе на хату отвезти. Мужик как раз от старика и вышел. Пока мы одевались да в машину усаживались, он в автобус сел и укатил. Ну, мы за ним потихонечку и поехали. Сошел он на Дизельной и отправился через массив. Мы следом. За кинотеатром нагнали. Ну, бока немножечко намяли, погрузили в тачку и к тебе в гараж привезли.

― Кто-нибудь видел, как вы козла этого брали? ― полюбопытствовал Аверин.

― Бабка там одна вопила ― милиция! Милиция! Мы на нее гаркнули, старуха и слиняла.

Деликатес дернул одной стороной лица.

― Старуха не в счет. У нее вряд ли хватило мозгов номер автомобиля запомнить. Да и слепы старухи-то бывают. Ладно, братаны, на сегодня все свободны. Я с ним сам разберусь. А о сегодняшнем происшествии помалкивайте.

― Хорошо, Деликатес, как скажешь, ― произнесла груда мышц. ― Ну, мы пошли?

― Валяйте!

Молодые люди были рады ретироваться. Троица дружно погрузилась на этот раз в «Мерседес» и выехала из гаража. Аверин и Привольнов остались одни в полутемном помещении с запахом машинного масла и солярки. Деликатес дождался, когда стихнет шум мотора, затем открыл дверцу джипа и повернул в замке зажигания ключ.

― Ладно, Леха, или как там тебя… счастливо оставаться! ― сказал он со зловещей улыбкой, потом подмигнул и направился к выходу.

Привольнов не сразу сообразил, что задумал Аверин, а когда понял, ужаснулся и возмущенно воскликнул:

― Эй! Эй! Деликатес! Ты что рехнулся?! Неужели ты хочешь оставить меня в гараже с машиной с включенным в ней двигателем?

Аверин повернулся и, шагая спиной вперед, весело ответил:

― А почему бы и нет? Прекрасный способ убийства. Когда ты окочуришься, я проветрю гараж, а твой труп сброшу на одной из улиц города. На твоем теле не будет следов насильственной смерти, а то что ты задохнулся от выхлопных газов именно в моем гараже, будучи прикованным к моему регистру, пусть доказывает твой Стражников. Буду рад утереть ему нос. Ну, бывай! ― Деликатес вышел и прикрыл за собой двери гаража.

Жорик несколько мгновений сидел в оцепенении, потом очнулся. Его охватила паника. Черт бы побрал этого Деликатеса.

Подлец! Мерзавец! Фашист! Устроил в гараже душегубку. Он ясно представил себе как через несколько минут начнет испытывать удушье, потом тело начнет содрогаться от конвульсий и в конце концов он задохнется. Испытывая во всем теле слабость то ли от страха, то ли от побоев Жорик поднялся. Машина стояла рядом. Он потянулся к ней. Открыл переднюю дверцу, но нет, до ключа зажигания не дотянуться. Попробовал катнуть машину, однако она стояла на ручном тормозе. Привольнов оглядел пол в поисках гвоздя или проволоки, с помощью которой можно было бы попытаться открыть замок наручников. Пусто. Поднял голову. Взгляд наткнулся на стеллажи. Может, повезет? Привольнов направился к полкам. Кольцо наручников, проскользнув по трубе, примерно, с метр, уперлось в изгиб. Жорик раскинул руки, расставил ноги. Ширины рук как раз хватило до начала стеллажей. Привольнов вслепую зашарил по полкам. Попадались запчасти. Жорик бегло осматривал их и тут же бросал на пол. Наконец попались кусачки. Пленник обрадовался, но как оказалось преждевременно. Звенья цепи, связывающей наручники, оказались сделаны из толстой стальной проволоки и перекусить ее, держа инструмент в одной руке оказалось невозможным. В гараже все сильнее и сильнее пахло гарью. «Будто паровоз коптит», ― мелькнула в голове Привольнова мысль. Он отбросил бесполезные кусачки и снова потянулся к стеллажам, но уже к нижней полке. В руку попалось нечто длинное, круглое, тяжелое. Монтировка. Жорик повертел ее в руке, потом сунул один конец в кольцо наручника, болтавшегося на трубе, на другой ― надавил. Кольцо слегка изогнулось, но не поддалось. Сунул монтировку с обратной стороны кольца, потянул вверх ― эффект тот же. Привольнов не сдался и с удвоенной энергией принялся выворачивать кольцо. В конце концов он своего добился. В замке что-то лопнуло и кольцо наручника распалось на две половинки.