Меценат из ментовки - Александр Чернов

Кореша, вы мои, кореша.

Мы делились куском и судьбою.

Вы с собою не звали меня,

И я вас не зову за собою.

Лесоповал «Кореша».

Майор милиции Олег Владимирович Стражников работал в РОВД Орджоникидзевского района начальником отдела по работе с молодежью. В его ведении находились проститутки, наркоманы, употребляющие слабые наркотики, и прочая молодежь в возрасте до двадцати семи лет.

Стражникову было около сорока лет. Когда-то он служил в войсках специального назначения, а после окончания действия двух сроков контрактов, вернулся в родные места. Мог бы, конечно, еще послужить, здоровья и сил хватало, но семейные обстоятельства заставили уволиться. Отец заболел, да и жениться пора уже было, семьей и детишками обзаводиться. На гражданке бывшего спецназовца с удовольствием взяли в милицию, работая в которой он заочно окончил юрфак. Грамотный, толковый офицер числился в РОВД на хорошем счету.

Был понедельник, в РОВД проводился развод и Стражников пришел на работу пораньше к восьми часам утра. После развода перекинулся несколькими словами с приятелями и отправился к себе в кабинет, который делил со своим помощником старшим лейтенантом Воробьевым. Помощник уже сидел за столом, листал дело.

― Как выходные, Валера, провел? ― называя молодого офицера по имени, поинтересовался Стражников.

Воробьев без всякого энтузиазма ответил:

― Да какой там отдых, товарищ, майор. Стройка у меня дома. Баню сооружаем. Все выходные пахал, как лошадь.

Майор повесил на крючок фуражку и, глядя на себя в зеркало, взъерошил пятерней волосы.

― Банька это класс, ― заявил он, придавая лицу мечтательный вид. ― Завидую я тем людям, что в своих домах живут. И огород, можно развести; и сад, и баню, и гараж выстроить. Люблю попариться. Пригласишь, когда баню отгрохаешь?

― Конечно, Олег Владимирович! ― с готовностью произнес парень. ― Я вам обещаю, вы будете первым посетителем моей бани.

― Ловлю на слове, ― хохотнул Стражников, направляясь к своему рабочему месту. ― А вот я вчера с женой и дочками в парк ездил, ― Возвращаясь к началу разговора, заявил он. ― Давно обещал семье провести с ними выходной день. Катались на каруселях, качелях ели мороженое. В общем, все довольны остались. Обещал и в следующее воскресенье куда-нибудь сходить, да не знаю, получится ли.

Едва Стражников удобно уселся на стуле, как зазвонил телефон.

― На кой черт мне только его шеф поставил, ― проворчал майор. ― Целый день только и звонят, ничего не успеваю сделать. ― Однако трубку с аппарата снял. ― Алло?

― Я говорю со Стражниковым Олегом? ― спросил ужасно знакомый мужской голос.

― Предположим, ― соображая кто бы это мог быть, произнес майор. ― Кто это?

В трубке раздался смешок.

― Дед Мороз.

― А это вы, дедушка? ― язвительно изрек Стражников. ― Извините, я вас сразу не признал. Чего это вы к нам среди лета забрели?

― Да ладно тебе, ― смутился на другом конце провода человек. ― Это Жорик Привольнов звонит.

Стражников пришел в замешательство.

― Кто, кто? ― переспросил он взволнованно и украдкой посмотрел на старшего лейтенанта, листавшего дело.

― Да я это Жора Привольнов, ― несколько удивленный реакцией Стражникова произнес Привольнов. ― Иль не узнал? Привет, кореш! Чего всполошился-то?

Майор механически поздоровался:

― Привет. Чего тебе?

― Поговорить нужно, ― Жорик постарался, чтобы голос его звучал солидно. ― Дело есть. Подъехать можешь?

― Ну, в общем-то… ― протянул Олег, прикидывая нужна ли ему эта встреча. Решил ― нужна. ― Могу. Ты где?

― На шоссе генерала Петрова. Кафе на ней есть частное. «Витязь» называется. Возле него и околачиваюсь.

― Знаю, где оно находится. Это в моем районе. ― Майор взглянул на часы. Было половина десятого. ― Через тридцать минут подъеду. Подождешь?

― Конечно.

― Жди! ― Стражников хотел было положить трубку, однако Привольнов поспешно сказал:

― Ты это, Олег… ― Жорик с трудом подбирал слова. ― Все еще в душе принадлежишь к тому спецназовскому братству или у тебя уже чисто ментовский менталитет?

Стражников усмехнулся:

― Ну принадлежу, принадлежу.

― Тогда о нашей встрече никому не говори. ― Привольнов заметно повеселел. ― И один приходи. Я тебе верю, Олег!

― Верь! ― Стражников положил на рычаг трубку и встал из-за стола. ― Я отлучусь ненадолго, ― сказал он помощнику. ― Если кто будет спрашивать, скажи ушел по делам. Будет через час. ― Прихватив фуражку, майор вышел за дверь.

«Витязь» находился не на самом шоссе, а на тихой улочке, прилегающей к нему. Это было частное кафе, расположенное в обычном частном доме. Такие в наше время встречаются на каждом углу. «Витязь» единственное приличное место известное Жорику. Хотя оно не принадлежало к разряду дорогих, все равно в такие заведения типы, подобные Привольнову, не ходят. Они предпочитают пивнушки, забегаловки и всевозможные злачные места. А в «Витязь» Жорик побывал случайно. Хозяин, у которого он как-то подрабатывал, в этом кафе угощал.

Привольнов занял наблюдательный пункт по всем правилам конспирации, а именно не рядом с «Витязем», а поодаль на противоположной стороне улицы в тени дерева. При малейшей опасности он рассчитывал нырнуть в находившийся за его спиной проулок.

Олег подъехал в старенькой «семерке» белого цвета, остановился рядом с кафе и, выйдя из автомашины, стал оглядываться. Стражников был один. Привольнов на всякий случай выждал пару минут и, покинув наблюдательный пункт, направился к милиционеру. Шагнул навстречу Привольнову и майор. Подойдя вплотную, мужчины остановились и окинули друг друга изучающими взглядами. Да, много воды утекло с тех пор, как они виделись в последний раз. Служили Олег и Жорик в одном спецотряде. Были они из одного города, на почве землячества и сблизились. Вместе ели, рядом спали, бок о бок сражались с бандитами. Но потом судьба развела их. Жорик как-то слышал, что Стражников вернулся в родной город и поступил на работу в милицию, но не встречался с ним. Недосуг было. Сначала быт засосал, потом водка. А вот теперь приспичило.

За то время, что бывшие сослуживцы не виделись Олег из поджарого с волевым подбородком, жестким ртом и острым взглядом молодого человека превратился в вальяжного плотного дядьку с сытым расплывшимся лицом и тусклым взглядом. Произошла метаморфоза и с Жориком. Он наоборот из цветущего, жизнерадостного, накаченного человека обратился в желчного морщинистого доходягу с холодными блестящими глазами.