Битый недобитого везет - Марина Серова

— Извините, но я и вправду ничем не могу вам помочь, — «виновато» улыбнулся Петров. — Мне очень жаль… Позвоните в милицию, возможно, они смогут помочь Ольге Геннадьевне.

Сказав это, Петров бесцеремонно поднялся из-за стола с намерением отбыть восвояси. Но я не собиралась предоставлять ему такую возможность. Меня окончательно разозлил и вывел из себя этот наглый, жестокий и алчный человек.

Я схватила Петрова за полу куртки и резко дернула на себя.

— А ну-ка сядь! — приказала я.

Петров испугался, лицо его внезапно побелело, но он постарался не показывать виду. Беспомощно взглянув на Кирю, который, к слову сказать, никак не отреагировал на мою выходку, Олег Васильевич произнес:

— Что вы себе позволяете? Отпустите меня. Я же сказал, что ничем не могу помочь…

— Ты сейчас сядешь и очень хорошо подумаешь, как помочь Ольге Геннадьевне, — раздельно, едва ли не по слогам, произнесла я угрожающим тоном.

Петров невольно повиновался моему беспрекословному тону и опустился на стул.

Я перевела дыхание и заговорила более спокойно:

— Я хотела поговорить с тобой по-хорошему, надеясь на твою порядочность и человечность. Но вижу, это не действует. Я прекрасно понимаю, почему ты так ведешь себя. Тебе не терпится чужими руками избавиться от Ольги, чтобы заполучить «Империю грез». Но ничего у тебя не выйдет. Я все про тебя знаю.

Петров смотрел на меня, часто моргая, усиленно делая вид, что он ничего не понимает. Но по мере того, как я рассказывала ему обо всем, что мне известно, лицо его менялось, а левая щека начала нервно подергиваться.

— Все это выдумки Ольги Геннадьевны, — изменившимся голосом проговорил Петров.

— Я сама сидела за стеной вон в той кабинке, — показала я рукой в сторону. — И слышала все собственными ушами. Так что Ольга Геннадьевна ничего не станет делать в угоду тебе.

— В таком случае она сядет в тюрьму за убийство собственного мужа, — дрожащим голосом сказал Петров, стараясь казаться храбрым. — Я не стану молчать.

— Да пожалуйста! — откинулась я на спинку стула. — Только ты ничего не сможешь доказать. Так что ради бога…

Я состроила равнодушную мину, а Петров принялся лихорадочно вращать глазами. В душе у него поселилось смятение, наверняка он почувствовал, как почва уходит из-под ног.

— А вот, кстати, и представитель закона, — кивнула я на Кирю, и тот в подтверждение моих слов продемонстрировал свое удостоверение. — Так что у вас, Олег Васильевич, как мне кажется, нет никаких шансов выйти отсюда самостоятельно. Если вы откажетесь помочь Веретеневой, то прямо сейчас отправитесь в соответствующее место, где станете давать показания. Так что вам решать… — я пристально посмотрела на Петрова.

Он судорожно соображал, что ему делать. В конце концов здравый смысл возобладал, и Олег Васильевич неуверенно спросил:

— А какие у меня гарантии, если я соглашусь помочь Ольге Геннадьевне?

— Да никаких! — нахально заявила я. — Придется поверить мне на слово. Ты же не потрудился дать Ольге Геннадьевне никаких гарантий. Так какое право ты имеешь требовать их от меня? — увидев, как изменился в лице Петров, я сжалилась над ним и проговорила: — Да не бойся ты так… Для нас сейчас главное — спасти Ольгу Геннадьевну. А до тебя нам, по сути, дела нет.

— Ну хорошо, — после непродолжительного колебания сказал Петров. — Я, кажется, понял, кто эти люди и чего они хотят. Но я могу и ошибаться, — предупреждающе посмотрел он на меня.

— А ты постарайся не ошибиться, — снова с угрозой произнесла я. — Тебе же хуже будет. Слушаю тебя.

— Не так давно, когда еще был жив прежний директор, «Империя грез» намеревалась слиться с одной компанией…

Я невольно усмехнулась. Надо же — «прежний директор». Петров, похоже, уже вообразил себя на месте руководителя фирмы.

— Что за компания? — бесцеремонно перебила его я.

— Турагентство «Калейдоскоп», — пояснил Олег Васильевич. — Может, слышали?

— Слышали, — кивнула я.

Компания «Калейдоскоп» являлась небольшой, но хорошо известной в Тарасове фирмой. Не думаю, чтобы она сильно процветала, но и не бедствовала вроде бы.

— Так вот, — сглотнув, продолжил Петров. — Андрей Семенович задумал слить две компании в одну, чтобы позже на их основе создать крупный холдинг. Он решил соединиться с «Калейдоскопом». Разузнал все об этой компании, навел необходимые справки… Решил, что слияние выгодное, и сделал им предложение. Но «Калейдоскоп» не горел желанием сливаться с «Империей грез». Я так думаю, у них были другие планы. И тогда Андрею Семеновичу пришла в голову интересная, на его взгляд, идея. Он был очень заинтересован в слиянии компаний, а потому решился пойти на хитроумный шаг. Он встретился с директором «Калейдоскопа» и сказал ему, что, как только произойдет слияние фирм, «Калейдоскоп» получит доступ к крупным счетам «Империи грез». У нашей компании есть счета, на которых имеются серьезные депозитные вклады. Андрей Семенович был прекрасным бизнесменом, он сумел каким-то образом добиться того, что деньги на этих счетах крутились, принося огромный доход. И как только владелец «Калейдоскопа» узнал об этом, то сразу же согласился принять предложение Андрея Семеновича. Веретенева это в свою очередь немного насторожило, хотя он заранее проверил материальную базу фирмы, прозондировал все их счета и изучил прочую документацию. Но все же решил перестраховаться, тем более что «Калейдоскоп» начал торопить нас с оформлением бумаг. Но мы успели составить часть договоров, на которых оставалось лишь поставить подписи.

— А для чего Андрею Семеновичу так понадобилось слияние компаний? — спросила я. — Ведь дела в «Империи грез», насколько я понимаю, и так шли неплохо.

— Неплохо. Но Андрей Семенович нашел способ получить крупный целевой транш, а для этого нам был необходим иной статус. Чтобы заполучить такой статус крупной организации, нужны годы и годы. И Веретенев решил, что путем слияния двух крупных компаний он сэкономит и время, и деньги. Если бы слияние произошло, то в скором времени мы должны были получить этот самый транш. А там речь шла об огромных деньгах.

— Так что же случилось? — вернула я Петрова к теме нашего разговора.

— Когда Андрей Семенович начал снова проверять и перепроверять «Калейдоскоп», то накопал кое-что. Он раздобыл сведения, которые тщательнейшим образом скрывались ото всех. Оказалось, что дела у «Калейдоскопа» обстоят совсем не так, как они пытались показать. Реально там налицо были серьезные долговые обязательства перед партнерами, а также громадные задолженности банкам.

— Значит, выходит, что «Калейдоскоп» по большому счету оказался банкротом.

— Да, — кивнул Петров. — И за счет «Империи грез» эта компания намеревалась поправить свое материальное положение. Ведь как только подписи на договорах были бы поставлены, мы автоматически становились бы должниками. И так как финансовые дела «Империи грез» процветают и на наших счетах есть денежные средства, то выходило бы, что мы обязаны были выплачивать налоговые и прочие долги «Калейдоскопа». Прикинув, какие суммы задолжал «Калейдоскоп», Андрей Семенович понял, что при слиянии с ним разорится и «Империя грез». Он тут же передумал заключать с ним договор и хотел было разорвать все с ним отношения, но в это самое время с Веретеневым случился инсульт. А по условиям договора он должен был вступить в силу через некоторое время, даже несмотря на то, что там не хватало нескольких подписей.