Человек в коричневом костюме - Агата Кристи

У меня мороз по коже прошел. В его словах чувствовалоськакое-то твердое намерение. Я не могла уловить, какое именно, и это меняпугало.

Всю оставшуюся дорогу мы молчали. Приехав, я прямикомнаправилась к Сюзанне. Она лежала в постели с книжкой и совсем не походила надаму, страдающую мигренью.

– Надо прибить к кровати табличку, – усмехнулась Сюзанна. –«Здесь покоится третий лишний», а иначе говоря, тактичная старая дуэнья… Божемой! Анна, дорогая, в чем дело?

Я разрыдалась и рассказала ей про кошек… А про полковникаРейса говорить не стала. Я чувствовала, что это должно остаться между нами. НоСюзанна ужасно проницательная. По-моему, она поняла, что я о чем-то умалчиваю.

– Ты не простудилась, Анна? – спросила моя подруга. – Вадскую жару и предположить такое нелепо, но ты вся дрожишь.

– Пустяки! – откликнулась я. – Это нервы… А может, зловещиепредчувствия. Мне кажется, произойдет нечто страшное.

– Не мели чепухи! – резко оборвала меня Сюзанна. – Лучшепоговорим о чем-нибудь более интересном. Знаешь, Анна, я тут думала про алмазы…

– И что?

– Я не уверена, что держать их у меня безопасно. Раньше –да, никому и в голову бы не пришло искать их среди моих вещей, но теперь…Теперь все знают, что мы с тобой не разлей вода, и я тоже наверняка попала подподозрение.

– Но никому не известно, что они спрятаны в коробочку из-подфотопленки, – возразила я. – Это прекрасный тайник, зачем искать еще что-то?

Сюзанна после некоторого колебания согласилась, но сказала,что мы вернемся к этому разговору, когда поедем в Фолз.

Наш поезд выехал в девять часов утра. Настроение сэра Юстасаоставляло желать лучшего, а мисс Петтигрю выглядела подавленной. Полковник жевел себя совершенно обыкновенно, и мне показалось, что наш разговор по путидомой – только сон.

В ту ночь я плохо спала, ворочалась с боку на бок на жесткойполке, борясь с какими-то смутными кошмарами. Утром проснулась с головной больюи пошла на заднюю площадку, желая полюбоваться видами. Было свежо, чудесно, иповсюду, насколько хватало глаз, зеленели холмы, покрытые лесом. Мне такнравилось тут… ничего красивее я в жизни не видела. «Ах, поселиться быгде-нибудь в зарослях, в маленькой хижине и остаться там навсегда, навсегда!» –мечтала я.

Примерно в полвторого полковник Рейс вызвал меня из «офиса»и указал на клочья тумана, которые, будто цветы, украшали какой-то куст.

– Это водяная пыль, попадающая сюда с водопада, – пояснилон. – Мы почти на месте.

Мной все еще владело то странное чувство экзальтации, чтоохватило меня после тревожной ночи. Я всеми фибрами своей души ощущала, чтоприехала домой… Домой! Но ведь я никогда здесь не была… Или была во сне?

Мы высадились из поезда и двинулись к гостинице, большомубелому зданию, на окнах которого белела противомоскитная сетка. Вокруг нидорог, ни домов – ничего. Когда мы вышли на «ступ» (а попросту говоря, наверанду), я ахнула. Впереди, примерно в полумиле от нас, красовался водопад. Яникогда не видела ничего более величественного и прекрасного… И не увижу!

– Анна, ты сейчас заговоришь стихами, – усмехнулась Сюзанна,когда мы сели за обеденный стол. – Впервые замечаю тебя в таком настроении. – Иона с любопытством заглянула мне в глаза.

– Правда? – рассмеялась я, но сама ощутила, что мой смехзвучит неестественно. – Просто мне здесь безумно нравится.

– Нет, тут еще что-то, больше…

На лбу у Сюзанны появилась маленькая мрачная морщинка…

Да, я была счастлива и при этом чего-то смутно ждала…чего-то, что произойдет очень скоро. Я была возбуждена, не находила себе места.

После чая мы вышли из гостиницы, сели в вагонетку, иулыбающиеся негры покатили нас по узкоколейке к мосту.

Оттуда открывался потрясающий вид: внизу простиралосьгромадное ущелье, по которому несся быстрый речной поток, а туманная завесаперед нами, состоявшая из мириад мелких водяных брызг, на мгновениеприподнималась, обнажая водопад, и тут же снова набрасывала на негонепроницаемый покров тайны. По-моему, главное очарование Фолза именно внеуловимости. Думаешь, что вот-вот он покажется весь… но это «вот-вот» никогдане наступает.

Мы перешли через мост и медленно побрели по тропинке, с двухсторон обложенной белыми камнями. Тропинка вела нас вдоль обрыва, почти усамого края. Наконец мы добрались до большой площадки, узкая тропка слеваспускалась вниз.

– Это Пальмовое ущелье, – пояснил полковник Рейс. – Ну как?Сейчас пойдем или оставим на завтра? Спускаться довольно долго, а подниматься итого трудней.

– Лучше оставим на завтра, – решительно произнес сэр Юстас.

Я заметила, что он не поклонник серьезных физическихупражнений.

На обратном пути сэр Юстас пошел впереди. Мы обогналисимпатичного туземца, гордо шествовавшего по дороге. Женщина, шагавшая позадинего, несла на голове, наверное, весь их домашний скарб, даже сковородку!

– Ну вот, в нужный момент никогда нет под рукойфотоаппарата! – проворчала Сюзанна.

– Не расстраивайтесь, вы такие сцены еще не раз увидите,миссис Блер, – утешил ее полковник Рейс.

Мы приблизились к мосту.

– Хотите взглянуть на Радужный лес? – спросил полковник. –Или вы боитесь промокнуть?

Мы с Сюзанной решили составить ему компанию, а сэр Юстасвернулся в гостиницу. Меня лес немного разочаровал. Радуг было мало, а промоклимы насквозь. Однако порой вдали поблескивал водопад, и становилось понятно, дочего же он гигантский. О, милый, милый Фолз, как я люблю, как боготворю тебя!..И не разлюблю никогда!..

Когда мы появились в гостинице, пора было переодеваться кобеду. Сэр Юстас вдруг за что-то взъелся на полковника Рейса. Мы с Сюзанноймягко подтрунивали над стариком, но без особого удовольствия.

После обеда он ретировался в свою комнату, прихватив с собоймисс Петтигрю. Мы посидели втроем с полковником Рейсом, поболтали, потомСюзанна, широко зевнув, заявила, что пойдет спать. Мне не хотелось оставаться сРейсом наедине, поэтому я тоже встала и отправилась к себе.

Но я была слишком взбудоражена, чтобы заснуть. Я дажераздеваться не стала, а разлеглась в кресле и предалась мечтам. Меня непокидало чувство, что неведомое событие приближается, приближается…

Внезапно раздался стук. Я вздрогнула, вскочила и подбежала кдвери. Маленький негритенок протянул мне записку. Мое имя было написано чьим-тонезнакомым почерком. Я взяла послание и вернулась в комнату. Немного постояла,держа ее в руке… Потом развернула… Записка оказалась очень короткой: