Когда отступать некуда, дерутся насмерть - Анна Малышева

– Боже мой… – тихо сказала она. – А если меня обманули? Если она меня бросила?

Настя плотно затворила дверь. Теперь ее все пугало еще больше. Дрожащий свет лампы, вой ветра, скрип пенопласта под ногами. Ей казалось, что к будке кто-то пробирается в темноте и вот-вот откроет дверь, на которой не было даже замка.

«Я опять сделала глупость, – подумала она. – Когда я поумнею? Она, наверное, уже не вернется. Вырвала у меня эти жалкие гроши и убежала. Может, ей был нужен не кокаин, а билет на автобус или телефонная карточка, чтобы связаться с Владом. А Влад… Влад сюда не придет. Какая глупость – думать, что он сюда притащится. Имея в кармане полтора миллиона долларов?! Нет, наверное, вдвое больше – ведь оружие продали еще раз… Боже мой, боже мой…»

Внезапно лампочка замигала. Раз, другой… Огонь исчез, и все мигом погрузилось в темноту. Настя оцепенела от неожиданности, потом сообразила, что, наверное, кончился керосин. Она выползла из-под брезента, нащупала еще горячую лампу, несколько раз ее встряхнула. Ее рука наткнулась на целлофановый пакет, в нем загремели спички. Она впотьмах достала их, попыталась снова зажечь огонь. В конце концов, после долгих и безуспешных усилий, лампа загорелась. Но через минуту опять погасла. На этот раз – без вспышек. Насовсем.

«Стоило так стараться, – Настя сидела, зажав в руке коробку спичек. – Теперь я до утра осталась в темноте. Скоро ли рассветет? Который теперь может быть час?»

Она уже задремала, так и продолжая сжимать спички, как вдруг подняла голову, широко открыла глаза. На побережье раздался громкий, знакомый звук. Отчетливый, короткий, резкий. Потом – еще один и еще.

– Выстрелы! – Настя вскочила и ударилась головой о потолок сараюшки. – Стреляют!

В голове у нее мелькнули Сергей, Лера, Али, Китаец, которого она никогда не видела… Выстрелы прекратились, но ненадолго. Она услышала чей-то далекий крик, еще один выстрел, и только потом наступило затишье. Настя прокралась к двери, прислушивалась несколько минут, потом осторожно просунула голову наружу. Там было все так же темно, но она поняла – теперь на берегу не совсем безлюдно. Из темноты донесся шум мотора, она увидела проблески света – фары какой-то машины.

Неизвестно, какое поведение было бы более умным. Остаться в сарае или бежать? Настя не стала долго думать. Сарай ей уже опротивел выше всякой меры. Она побежала. Увязая в песке, задыхаясь от ветра, она медленно, но упрямо продвигалась по пляжу – туда, где была темнота, прочь от огней машины. Машина, казалось, стояла на месте с работающим мотором. Но, оглянувшись на огни, Настя заметила, что они приближаются. Спрятаться было негде. Сперва осветился песок слева от нее, она даже увидела какой-то кустик, вцепившийся в неприветливую, сухую почву. Потом фары осветили саму Настю. Она замерла, глядя на свою бледную тень, упавшую ей под ноги. За спиной послышались голоса, которые она узнала:

– Она?!

– Она! – это выкрикнул Сергей. – Стой, не двигайся! Побежишь – стреляем!

Настя и не смогла бы убежать. Она стояла, глядя на свою тень под ногами, и в голове у нее не осталось ни одной мысли. За спиной у нее зашуршал песок – кто-то шел к ней. Она ждала выстрела в спину, закрыв глаза, не видя больше даже своей тени. Сильные руки схватили ее за локти, развернули.

– Сумасшедшая, – услышала она голос Сергея. – Психованная дура. Говорил он спокойно, без всяких признаков злобы. В его голосе слышалась даже улыбка. Тогда Настя решилась на него посмотреть. Он и в самом деле улыбался.

– Ты кто такая? – спросил он, слегка встряхнув ее за локти.

И Настя дала блистательный ответ. Ничего другого ей просто в голову не пришло:

– Я?.. Продавщица.

Тут он выпустил ее и захохотал:

– Мать моя женщина! Нет, все-таки есть в наших продавщицах что-то такое! Есть! Как ты уделала Али! Это же ты его пырнула в мягкое место?

– Ножницами, – покорно призналась Настя. – В ногу. Чего вы смеетесь?

– Пошли в машину.

Он вел ее, слегка придерживая за рукав. Но это было лишней мерой предосторожности – Настя не собиралась убегать. В машине оказался толстяк – он занял все заднее сиденье. Настю впихнули к нему, так, что она почувствовала жар его жирного тела. Отодвинуться было некуда, и она смирилась с этим неудобством. Сергей сел рядом с водителем, которого девушка не успела рассмотреть. Машина тронулась дальше по пляжу, то и дело пробуксовывая в глубоком песке. Наконец после серии толчков и прыжков под колесами оказался асфальт. Она выехали на дорогу.

Только тут толстяк заговорил. Он обращался к Сергею:

– Я эту тварь порву! Возьму за ноги и раздерну пополам!

– Успокойся! – Сергей даже не обернулся. Настя сидела тише мыши.

– Это она успокоится! Навсегда! Сука!

Толстяк полез в карман, больно пихая Настю локтем. Она молча терпела, пытаясь вжаться в дверцу – этот человек внушал ей отвращение. Она никогда не любила толстяков. Сергей достал сотовый телефон, набрал номер, дождался ответа и заговорил:

– Его еще нет? Где же вы ждете?

Выслушав ответ, он недовольно крякнул и распорядился:

– С бокового пандуса тоже.

Он сделал еще один звонок, приблизительно того же содержания, спрятал телефон и наконец обернулся:

– Анастасия, как там тебя по батюшке!

– Да? – откликнулась Настя.

– Куда удрала твой подружка?

– Она мне не подружка, – мрачно ответила Настя. – А куда она побежала – вам лучше знать. Вы разве не в нее стреляли?

– Кто стрелял? – удивился Сергей. – Во всяком случае, твою подружку мы не встретили.

– А как вы меня нашли? – осведомилась девушка.

– Просто, милая моя Анастасия. Али запомнил номера машины, на которой вы удрали. Машину эту мы нашли раньше, чем полиция. И вот уже часа два обшаривали пляж. Было ясно, что вы побежали куда-то сюда. Не только мы тут были – вас искало человек двадцать. И не знаю, что бы с тобой сделал Али, если бы нашел первым.

– Он хотел меня изнасиловать, – так же мрачно и немногословно пояснила Настя.

– Потому ты его ударила?

– Да.

– А где взяла ножницы?

Настя замялась – отвечать или нет? И в конце концов неохотно призналась:

– В той квартире, где вы меня прятали. В ванной.

– Али сам дурак, – задумчиво сказал Сергей. – Уж если ты пошла в ванную, он должен был идти с тобой.

Толстяк мерзко хохотнул:

– Он бы тебя потер и сзади и спереди!

Настя замолчала. Она поклялась, что больше не скажет ни слова. Машина давно уже ехала по предрассветному, пустому городу. Наконец она остановилась у дома, где все окна были еще темные. Только на втором этаже, над продуктовой лавкой, светилось окно, полуприкрытое жалюзи.