Клеопатра с парашютом - Дарья Донцова

Но Евгений, как многие мужчины, боялся совершить решительный шаг, он мямлил:

– Не хочу расстраивать маму, поступать подло по отношению к ней и сестре. Если ты смоешься из «Нинон», бренд начнет тонуть. Мы же с тобой знаем, на чьем таланте он держится.

Лизочка искренне любит Женю, поэтому, услышав в очередной раз его ответ, вздыхала и замолкала. Но, естественно, она мечтала о белом платье, фате и машине с пупсом на капоте. Скажете, это по́шло? Пусть так, но Семеновой все равно хотелось традиционной церемонии и стандартной свадьбы – с разбитным тамадой, глупыми конкурсами и пьяными в лохмотья гостями. Вслух-то Лизочка говорила:

– Какая глупость все эти тюлевые занавески на голове, одеяние из синтетических кружев, натянутое на абажур и по недоразумению названное платьем, швыряние букетов в толпу и марципановые фигурки жениха и невесты на кремовом торте! Просто свадьба в Ухрюпинске! Фу!

Но в душе ей хотелось того, что она вслух всячески отрицала. А Евгений все увиливал от предложения.

Лиза ждала, ждала и почти отчаялась, но в конце концов парень сказал:

– Милая, я придумал способ легализовать наши отношения.

Конечно, это не совсем то, о чем мечтала Елизавета, но все же лучше, чем ничего.

– Какой? – спросила она.

Евгений изложил свой план. Оказывается, в одной африканской стране с трудно произносимым названием служит послом некий Петр Михайлович Семенов. Жену его звать Елена Ивановна. У них есть дочь Елизавета, которая примерно одного возраста с возлюбленной Жени. Девица немного странная – нигде не показывается, живет на деньги, присылаемые родителями, светской тусовке совершенно неизвестна.

– И что? – не поняла Лизочка.

Женя укоризненно посмотрел на нее.

– Ты по отчеству Петровна, отца зовут Петр Михайлович, а твоя мама по паспорту Елена Ивановна. Сообразила? Скажем моей мамахен, что ты дочь крупного дипломатического работника, и она нас благословит.

– Никогда! – отрубила Елизавета. – Хотя совпадение забавное.

– Совпадение? – подпрыгнул Евгений. – Да я долго такой вариант искал! Посол назначен в Африку недавно, два-три года он в Москве не появится, его дочь затворница, ее никто не видел. Это единственный наш шанс пожениться!

– Делаешь мне предложение? – затаив дыхание, спросила Лиза.

– А ты не поняла? – поразился Женя. – Стал бы я тратить время, разыскивая тебе «папу» и «маму»! Ты и с настоящей-то родней не особенно дружишь.

– Они пьют безостановочно, – вздохнула Елизавета. – Я очень рада, что в свое время от них уехала. Мать в будни почти трезвая, хозяйство кое-как ведет, а в субботу-воскресенье лежит в отключке. Папаша же никогда не просыхает. Я пыталась их образумить, звала в Москву, предлагала закодироваться… Но алкашам нравится в водке купаться, я и отстала. Адрес мой у них есть, телефон тоже, понадоблюсь – найдут. А сама с ними общаться не собираюсь.

Женя долго убеждал Лизу согласиться на аферу, и в конце концов Семенова ответила «да». Не осуждайте ее – она очень любит Евгения.

Художник обрадовался и тут же рассказал матери о своем романе с «дочерью видного дипломата».

– Понятия не имела, что Лизочка из хорошей семьи… – протянула Амалия Генриховна. – Вот почему она сразу производит приятное впечатление – видна порода!

Евгений ликовал. Еще вчера мать сухо именовала его любимую Елизаветой, обращение «Лиза» было крайне редким и звучало в исключительных случаях, а сегодня старшая Ростова сказала: «Лизочка». Радость парня длилась недолго. Днем его любимая поспорила с Ниной о злополучном бантике, и случился грандиозный скандал, о котором уже упоминалось.

Как уже говорилось, Евгений встал на сторону матери. Нину поведение брата разозлило до предела, и она заорала на него:

– Ты завидуешь мне, добившейся такого успеха! Сам ни фига не можешь! Жрешь за мамин счет, поэтому и пресмыкаешься перед ней! Идиот, лентяй и лузер, вот ты кто!

Неконфликтного, тихого мямлю Женю здорово задели злые слова распоясавшейся сестры, и он выложил все, что думал о ней, повторив то, о чем шептались в кулуарах сотрудники. И к тому же сгоряча ляпнул:

– Да вы с мамой по сравнению с Лизой никто! Пользуетесь ее талантом, как черви яблоком!

– Не противно тебе жить за счет тупой гусеницы? – не выдержала Амалия Генриховна. – Может, отправишься к гениальной подружке?

Евгений хлопнул дверью и ушел жить к Лизе, а мадам Ростова на следующее утро рассчитала Семенову. Объявлена война, обе стороны не собирались сдаваться.

После бурного выяснения отношений прошло несколько месяцев. Елизавета так и не смогла устроиться на достойное место. Нет, ее с радостью принимали разные фирмы, но должности, предлагаемые ей, были скромными, соглашаться на такие значит откатиться назад, потерять в статусе и получать мизерную зарплату. А Евгений вообще никогда не имел постоянного заработка. Лиза задолжала Кирюше за жилье, не могла вносить деньги в общий котел, они с Женей фактически существовали за счет Кошечкина и бабы Липы. И Лиза уже готова была согласиться на любую работу. Тем более, что вчера они отнесли заявление в загс, свадьба была назначена на осень, ей не хотелось начинать семейную жизнь в полной нищете.

А сегодня после обеда сыну позвонила Амалия Генриховна и тоном лисы, нахваливающей ворону с куском сыра в клюве, завела:

– Сыночек, мы погорячились. Не стоит рвать семейные узы из-за ерунды. Если я обидела тебя и Лизочку, то простите. Давайте выкурим трубку мира. Нинуша уехала учиться в Лондон. Она, конечно, делает эскизы новой коллекции, прилетает в Москву, но в основном живет в Англии. Может, Лизонька вернется в «Нинон»?

Вот такие сладкие речи вела мать. Женя понял, что после увольнения Лизы дела у них идут не так уж хорошо, Амалия решила вернуть талантливого модельера, и согласился на перемирие.

– Называй время и место встречи, – предложил парень.

– Хочу сегодня приехать к Лизоньке домой. Говори адрес! – с жаром воскликнула Амалия Генриховна.

И вот сейчас дама находится на кухне бывшей общаги.

Упаси бог, если она заподозрит неладное и поймет, что большие апартаменты на самом деле собрание мелких квартирок. Поэтому все обитатели были заранее проинструктированы и обязаны изображать родственников Елизаветы, которые, конечно же, не живут вместе с ней, а примчались в гости, гонимые простым человеческим любопытством – им хотелось посмотреть на будущую свекровь Лизы.

– Значит, я твоя сестра? – уточнила я у Кирилла. – Ты мой старший брат?

– Верно усвоила. Ты понятливая, зая, – похвалил меня стилист.

– А кто нам баба Липа? Старушка не выглядит обеспеченной дамой из семьи дипломата.

– Кормилица, – без тени улыбки сказал Кошечкин, – няня, верная Арина Родионовна, она воспитала нас всех, пока родители за границей пропадали. До сих пор ведет хозяйство.