Месть русалки - Марина Серова

На меня уставились восемь изумленных пар глаз. Представляю себе, как эта картина выглядела со стороны: нечто в купальнике, уродской шапочке и очках врывается в мужскую сауну, где Надежду преспокойно угощают именинным тортом…

— Э… — Я судорожно думала, как выкрутиться из столь идиотского положения, в котором оказалась. — Я… дверь перепутала, думала, туалет… Живот прихватило…

Мужчины прыснули, Надежда нахмурилась.

Понимаю, что выглядела я самым дурацким образом, но пока единственное, что пришло мне в голову, это была резкая боль в животе, вынуждавшая меня искать уборную в мужской сауне.

— Женя, больной живот — это не повод выламывать двери в помещениях! — заявила Чекулаева строго. — В женской раздевалке есть туалет, ты что, забыла?!

— Я… Да, забыла. — Я решила, что лучше буду выглядеть посмешищем в глазах окружающих, чем навлеку на себя подозрения тренера. — Простите еще раз, приятного аппетита, счастливо оставаться…

К моему облегчению, Надежда тоже вышла из сауны вслед за мной, и я не переживала, что на нее все-таки совершат покушение.

Мне пришлось сделать вид, что я иду в женскую раздевалку, но на самом деле я несколько минут постояла возле двери, внимательно прислушиваясь. Чекулаева больше не отходила от лавочки, и я со спокойной совестью вернулась в бассейн.

— Женя, больше так не делайте! — строго велела Надежда. Наверное, от злости на мое столь дерзкое вторжение в мужскую сауну она стала разговаривать со мной официальным тоном, на «вы». — В мужскую сауну женщинам заходить нельзя! Даже тренеры не беспокоят людей, если те, конечно, не попросят зайти! И еще раз прошу, постарайтесь не выламывать двери, даже если у вас прихватило, или что там еще… Я думала, дверь вообще с петель слетит!

— Простите, Надежда Викторовна! — изобразила я искреннее раскаяние. — Я не знаю, что на меня нашло… Отравилась, наверное, совсем соображение потеряла от боли…

— Как же ты так? — сменила гнев на милость Чекулаева. — Тошнит? Может, в медпункт сходишь или домой поедешь?

— Нет-нет, сейчас все в порядке! — поспешила я заверить инструктора. — Наверное, воды с хлоркой наглоталась, вот и результат…

— Ты уж поосторожнее давай! — Надежда, похоже, совсем успокоилась, и теперь в ее голосе я слышала искреннюю жалость к себе. — Больше не плавай сегодня, ты и так хорошо все поняла, плывешь без ошибок. Ступай переодевайся, и смотри сама, если плохо себя чувствуешь, ступай домой. Ничего страшного, что сегодня не полный день — ты же детские группы посмотрела, даже помогала мне…

— Нет-нет, я останусь! — сказала я. — Я быстро переоденусь и вернусь!

Конечно же, я злилась на себя. И как мне сразу в голову не пришло, что раз мужчины отмечают что-то, нож им потребовался для того, чтобы разрезать торт! А я вообразила себе невесть что, вломилась в сауну, как какой-то безмозглый головорез, да и выставила себя клоуном…

Ладно, утешает лишь одно: если бы я не стала врываться в сауну и решила бы, что нож нужен для нарезки пирога, то могла бы подставить Надежду под удар.

В конце концов, учитывая ситуацию в бассейне и наличие у Чекулаевой явного недоброжелателя, лучше перебдеть, чем недобдеть…

Я наскоро переоделась, запихнула вещи в шкафчик и вышла в бассейн. Надежда была не одна — она разговаривала с мужчиной средних лет, одетым в белую рубашку и строгие черные брюки.

Раньше я его не видела — внешность человека была мне незнакома. Короткие волосы с залысинами, слегка тронутые сединой, немного усталое лицо…

Интересно, кто бы это мог быть?

Я тихо подошла к лавочке и остановилась, ожидая, когда мужчина закончит разговаривать с Надеждой. В руках у Чекулаевой был лист альбомного формата, на котором было что-то написано от руки. По виду инструктора я поняла, что она расстроена и подавлена — она хмуро перечитывала бумагу, не поднимая глаз на мужчину.

— Я даже не знаю, как такое получилось, Юрий Анатольевич… — наконец проговорила она тихо. — Ведь Саша вроде ушел в тот день здоровым… Слегка прихрамывал, но я не думала, что так все обернется…

— Его мама обвиняет вас в том, что вы отсутствовали в бассейне во время занятия, — проговорил мужчина, который, как я поняла, являлся директором бассейна. — И потому произошел несчастный случай. Но вы же постоянно находитесь здесь, так я понимаю? Или нет?..

— Конечно, особенно когда у меня дети, — кивнула Надежда. — Я прекрасно знаю, что инструктор должен неотлучно следить за учениками, пока те не выйдут из воды и не отправятся в раздевалку…

— Постарайтесь вспомнить, в ту субботу, когда у вас занимался Саша, вы точно не уходили из помещения? — настаивал Юрий Анатольевич.

Надежда задумалась.

— Точно не уходила, — наконец произнесла она. — Я помню, что все дети, которые у меня занимались, пошли в раздевалку, я проследила. Только когда группа ушла, я отправилась вниз, в столовую…

— Кто-нибудь из тренеров был в бассейне? — продолжал спрашивать директор.

Надежда отрицательно покачала головой.

— Как раз было небольшое окно между группами, — сказала она. — Дети уже ушли, взрослые тоже заканчивали занятие. Я дождалась, когда все уйдут, и у меня имелось где-то полчаса. Я собиралась взять из столовой чашку с кофе и творожники, чтобы в тренерской перекусить, поэтому отсутствовала недолго. Я не знаю, как так получилось, что Саша упал. При мне с ним все было в порядке, он точно не поскальзывался в бассейне! И вода вокруг не была разлита, точно вам говорю!

— Я-то вам верю, — проговорил директор. — Но вы видите сами, мама мальчика написала на вас жалобу. Попробуем, конечно, все уладить, но жалоба — вещь серьезная, удар нанесен не только вашей репутации, но и репутации всего бассейна!

— Я понимаю, Юрий Анатольевич! — Надежда опустила голову. — Но я честно говорю вам, что понятия не имею, как все произошло… Уверяю вас, моей вины здесь нет! Произошла какая-то ошибка, может, Саша в душе поскользнулся?

— Почему же он сказал, что упал в бассейне? — справедливо заметил директор. — Зачем мальчику врать?

— Я не знаю… — покачала головой Чекулаева. — Поверьте, это недоразумение какое-то… Я честно, не понимаю, как это произошло…

— Ладно, попробую поговорить с мамой мальчика и объяснить ей, что вашей вины в происшедшем нет, — произнес Юрий Анатольевич задумчиво. — Продолжайте работать, всего хорошего…

Директор бассейна вышел через комнату, ведущую на черную лестницу, а Надежда осталась возле лавочки. Она даже не заметила, что я стою рядом — видимо, ее так расстроило случившееся. С понурым видом Чекулаева опустилась на скамейку, по-прежнему не сводя глаз с заявления.

Я присела рядом.

— Что-то произошло? — тихо спросила я.

Тренер посмотрела на меня и покачала головой.

— Так, обычные неприятности, — пожала она плечами, стараясь не показывать того, что сильно расстроена. — Недоразумение какое-то…