Отпетые плутовки - Татьяна Полякова

Тут дверь хлопнула с чудовищной силой и влетела Юлька,кстати, очень разгневанная.

— Какого черта ты здесь орешь? — прошипела она,сверля коротышку гневным взглядом. — Вон из моего дома!

— Как бы не так, — хмыкнул тот и устроился вкресле. Выглядел он при этом страшно нахально. — Я хочу получить своиденьги, — заявил он.

— Получишь, — отмахнулась Юлька.

— Когда, интересно?

— Скоро. Убирайся. Нет у меня настроения общаться стобой.

— Серьезно? А у меня есть. — Он вскочил и, силясь,выглядеть грозным, начал тыкать в Юльку пальцем. — Я хочу свои деньги. Иликартину. И я отсюда не уйду, пока их не получу.

— Что? — сложив на груди руки, пропелаЮлька. — Ты не угрожать ли мне собрался? Не советую. Выметайся… и лучше непоказывайся мне на глаза, не то… — Юлька не успела закончить, коротышказасмеялся. Надо заметить, смеялся он препротивно.

— Да неужели? Ох, как страшно… А ты ничего не забыла,дорогая? Твой любовничек тебя вышвырнул, отдубасив как следует. Думаешь, вгороде это для кого-то секрет? И чем ты теперь меня испугаешь? Экс-шлюханесчастная, — презрительно закончил он.

— Скотина! — заорала Юлька и кинулась на обидчика,я тоже заорала и бросилась между ними, тут появился Багров, ухватил коротышкуза шиворот и приткнул в кресло.

— Как ты себя ведешь в приличном доме? — спросилон укоризненно.

— А это еще что? — выпучил глаза наш гость, глядяна Сашку с досадой. Юлька, порадовавшись подмоге, указала на дверь и заявила:

— Убирайся!

— И не подумаю, — насупился коротышка, подозрительноприглядываясь к Сашке. Тот устроился с ним по соседству на ручке кресла ивесело раскачивал ногой, проявляя к происходящему повышенный интерес.

— Убирайся, кому я сказала?! — топнула ногойЮлька.

— Прекрати вести себя как идиотка, — заметноспокойнее сказал гость, пялясь на Юльку. — Да, дела у тебяневажные, — констатировал он, вдоволь насмотревшись на желто-зеленыеразводы на ее физиономии. — Значит, так: пугать меня не советую, ты теперьне в том положении, чтоб кого-либо пугать… разве только мышей вкладовке, — хмыкнул он, радуясь своему остроумию. — Я точно знаю, сденьгами у тебя туго, значит, ты отдашь мне Шагала.

— Что? — презрительно скривилась подружка. —За десять тысяч баксов?

— Точно. Иначе за эти паршивые десять тысяч ты имеешьтвердый шанс умереть в юном возрасте.

— Да ты мне грозишь? — не поверила она.

— Точно. У тебя есть картина, и я видел этогоамериканца, думаю, вы договорились…

— Если договорились, откуда ж у меня картина? —презрительно спросила Юлька.

— Значит, есть деньги. В общем так: завтра я хочуполучить свои деньги… или картину. У тебя ровно двадцать четыре часа. — Онподнялся и пошел к двери.

Несмотря на явную комичность своей внешности, коротышкаумудрился выглядеть очень впечатляюще. Дверь за ним закрылась, и в гостиной наступилозловещее молчание.

Юлька кусала губы, я пыталась хоть что-то понять, Сашка былзанят тем же.

— Это что ж такое? — с трудом смогла вымолвить я,а Юлька заревела:

— Ты же слышала, он меня шантажирует.

— Я сейчас позвоню папе, — решила я прибегнуть к самомупростому выходу из всех затруднительных положений.

— Нет! — взвилась Юлька. — С ума сошла, чтоли?

Тут я разозлилась по-настоящему, сказала:

— Я ничего не понимаю. — Села в кресло и суроводобавила:

— Немедленно объясни, что происходит. Не то… я просточерт знает что сделаю.

Юлька устроилась на диване, хотела зареветь, но передумала.Вытерла нос и сказала:

— Чего ж не понять: я должна этому гаду деньги. Раньшеласковый ходил, спрашивать не решался, а теперь стал отважный… У-у, вражина…

— О Господи, — порадовалась я, что начала хотьчто-то понимать. — Дам я тебе деньги.

— У тебя есть десять тысяч? — с сомнением спросилаподруга.

— У меня? Нет. Зачем мне такие деньги? Я спрошу у папы…

— Не выйдет, — сразу потеряв интерес, покачалаголовой Юлька. — Он не даст. — Я только собралась возразить, какЮлька добавила:

— Твой отец не дурак и сразу поймет. Не даст никопейки… После того, как он взбесился… Извини. В общем, мои неприятности греютему душу. Денег он не даст, а если ты скажешь, что они нужны тебе для покупкимашины и прочую ерунду выдумаешь, отец тебе машину подарит. Но налички ты неувидишь. Это я тебе без гадалки скажу…

— Как же тогда? — растерялась я, заподозрив, что вЮлькиных словах скрыта истина.

— Никак. Твой отец рассчитал все совершенно верно: безнего жизнь у меня будет невеселой. Я тебе больше скажу: вряд ли она вообще меняпорадует в ближайшее время.

Тут я подумала еще кое о чем, а подумав, спросила:

— Слушай, зачем тебе понадобилось занимать деньги уэтого типа? Ты что, у отца спросить не могла?

— Не могла, — обрезала Юлька, кусая губы.

— Чего-то ты, подруга, не договариваешь. Допустим, навсе свои сбережения ты купила Шагала, но этот долг, откуда он взялся?

— От верблюда… — хмуро ответила Юлька, отворачиваясь.

— Либо ты мне все расскажешь, либо…

— Что? — хмыкнула она.

— Либо я не буду тебе помогать.

— Ты и так не будешь, — горько вздохнула она,посмотрела маятно и наконец решилась:

— Меня шантажировали. Деньги нужны были срочно, а отцупришлось бы объяснять…

— Тебя шантажировали? — выпучила я глаза. — Иты ничего не рассказала отцу?

— Расскажи я ему, и он бы еще раньше украсил менясиняками.

Тут я наконец начала что-то понимать.

— Ты ему изменила, а кто-то об этом узнал и грозилсядонести отцу?