Отпетые плутовки - Татьяна Полякова

— А мне что делать? — поинтересовалась я.

— Можешь пристроиться рядом. Бока мы отлеживалисвоеобразно. Я еще раз подумала: “Багрова не переделаешь, — и уже спечалью добавила:

— Очень жаль”. Жаль или нет, а начатое дело надодовести до конца. Как ни крути, деньги отца мы свистнули, их необходимовернуть. Это можно сделать очень просто: позвонить папе и все рассказать.Однако Сашке моя откровенность выйдет боком, да и неинтересна мне такаяпростота. Деньги Багров должен принести сам, в противном случае в сидении надаче нет никакого смысла. Радуя себя такими мыслями, я рассматривала потолок, апотом задремала рядом с громко сопящим Сашкой.

Разбудила нас Юлька. Влетела в комнату, забыв постучать, и спорога крикнула:

— Машка, у нас гости!

— Кто? — пытаясь решить, кого черт принес,вскочила я.

— Потом объясню… Слушай, не могу я с этим типомвстречаться, когда я так изукрашена… Придется тебе.

— Встречаться? — растерялась я. — Зачем это?

— Да не встречаться… Иди, скажи, что меня нет дома.Придумай что-нибудь.

— Да кто хоть приехал?

— Потом объясню… Да шевелись ты, окаянная сила!

Я зашевелилась, то есть натянула на себя платье и скатиласьпо лестнице вниз.

К этому моменту Багров тоже вскочил, выставив за дверьЮльку, и кинулся к окну. Там он мог увидеть (если, конечно, не считать переулкаи деревьев напротив): шикарную машину белоснежного цвета, длинную, как трамвай,и двоих типов, которые сейчас направлялись к нашему крыльцу. Сашка, всегдастрадавший любопытством, мигом оделся и спустился вслед за мной.

В дверь как раз позвонили, я торопливо расчесалась и пошлаоткрывать. На пороге стояли двое мужчин в светлых костюмах. В одном наметанныйрусский глаз без труда мог опознать иностранца. Дядька выглядел оченьреспектабельно, голову держал на должной высоте, а глаза из-за стекол очковсмотрели пронзительно, хотя их обладатель ласково улыбался мне. Второй былменьше ростом, посматривал на первого слегка заискивающе и особой солидностьюпохвастать не мог.

— Добрый день, — сказал он мне, я произнесла:

— Здрасьте. — А иностранец кивнул, продолжаяулыбаться.

— Мы хотели бы увидеть Юлию Семеновну, это возможно?

— Нет, — мотнула я головой. Тип моргнул и вродеозадачился, иностранец перевел взгляд на него и улыбаться перестал.

— Почему? — растерялся дядька.

— Потому, что ее здесь нет, — на всякий случайнахмурилась я. Растерянности в нем прибавилось, он повернулся к своему спутникуи заговорил по-английски. Тот нахмурился и, глядя то на меня, то напереводчика, задал какой-то вопрос.

— Извините, — с ноткой истеричности в голосеобратился ко мне переводчик. — Мы договаривались с Юлией Семеновной овстрече.

— Возможно, — согласилась я, не желая ссориться сгостями. — Но… возникли непредвиденные дела, и она уехала.

Тип перевел, а иностранец нахмурился еще больше, затараторилпо-своему, глядя на меня с обидой и подозрительностью. Еще минут пять мывыясняли отношения, стоя на пороге. Сашка, пританцовывая рядом, поглядывал нагостей с любопытством. Все это порядком меня утомило, и я заявила:

— Ее нет, и я понятия не имею, где она может быть.

— Но позвольте… — вдруг рассердился переводчик, а япопятилась и торопливо захлопнула дверь.

Поскучав на крыльце с минуту, гости направились к своейшикарной машине.

— Что за интурист? — спросил Сашка, перебравшись кокну.

— Откуда мне знать? Спрашивай у Юльки.

Тут появилась она сама, выглянула из-за двери с заметнойопаской и поинтересовалась:

— Уехали?

— Уехали, — отрезала я. — Что за люди?

— Так… — отмахнулась Юлька. — Здорово злились?

— Как сказать… выглядели обманутыми в лучших ожиданиях.

— А-а… — Юлька подошла к буфету, извлекла бутылкумартини и лихо выпила полстакана. Затем повертела его в руках и констатировала:

— Полное дерьмо…

— Мартини? — удивилась я.

— Нет. Жизнь.

— Вот что, моя дорогая, — начала ярешительно. — Будь добра, объясни, что это за типы.

— Отстань, — разозлилась Юлька и добавила совздохом:

— Без тебя тошно.

Машина исчезла в переулке, а Сашка от окна перебрался надиван, при этом хитро поглядывая на нас.

— Интурист опечалился, — сказал он весело, огляделЮльку с ног до головы и спросил:

— Может, ты ему чего задолжала?

— Что ты имеешь в виду? — вскинулась моя подружка.

— Ну… Он спешил на свидание и вдруг такой облом…

Юлька полминуты соображала, потом уперла руки в бока и пошлана Багрова.

— Это что за намеки?

— Я к тому, может, ты знаешь, по какой причинеразжилась синяками?

— А ну, убирайся вон из моего дома! — рявкнулаЮлька, повернулась ко мне и добавила:

— Что это он себе позволяет?

— Не обращай внимания, — заторопилась я.

Скандал не успел приобрести угрожающего размаха, потому чтоу нас вновь объявился гость. В дверь позвонили, а мы вздрогнули и посмотрелидруг на друга с заметным испугом.

— Меня нет, — запаниковала Юлька и юркнула вдверь. Багров поднялся до середины лестницы на второй этаж и оттуда сталпоглядывать на дверь. Выходило, что открывать придется мне и объясняться снезваными гостями тоже.

Энтузиазма это не вызвало, и я со вздохом шагнула к двери.Только я успела повернуть замок, как в дом ворвался совершенно немыслимый тип:маленький, юркий, весь какой-то непромытый и извивающийся ужом.

— Где эта стерва? — рявкнул он, не обращаявнимания на мои вытаращенные глаза и робкое желание оттеснить его к двери.

— Какая? — ахнула я. Мужчина решительно отодвинулменя в сторону и залаял, задрав голову и адресуя свои слова потолку:

— Не дури, я знаю, что ты здесь. Я видел их машину.

Я тоже посмотрела на потолок, подождала, будет ли онотвечать, не дождалась и, переведя взгляд на гостя, пожала плечами.