Красные пинкертоны - Вячеслав Белоусов

Не беспокоя высокое начальство, Турин позвонил в местный розыск давнему знакомому Андрею Шорохову и, поведав насчёт собственного интереса, попросил помощи.

— И за этим ты прикатил? — поначалу порадовавшись приезду приятеля, удивился тот. — У нас сейчас такая горячка, что и захоти я, ни одного агента в отделе не найти. С машиной выручу, если тебе куда прокатиться, а с людьми — извини. К тому же дамочек, накладывающих на себя руки по любви да по ревности, пруд пруди. Небось кокаинчиком забавлялась? Или чего похуже?..

— Чего похуже, — посетовал Турин.

— Особа-то авторитетная?

— Считай, угадал с первого раза — невеста заместителя губернского прокурора, только я тебе не говорил, а ты ничего не слышал.

— Ну, невеста — это ещё не жена, — хмыкнул тот. — Любовница!

— Сколько тебя знаю, а привыкнуть не могу, Андрей Иванович, цепкая у тебя хватка. Ещё и полдела не сделал, а расколол.

— Ладно. Что заладил — Андрей Иванович, да Андрей Иванович? Просить будешь?

— Есть намерения, — замялся Турин.

— В курсе я этого случая, Василий, — хмыкнул Шорохов. — Помогал краевому аппарату кое-какие материалы собирать, выделил из отдела им двух ребят, но решение окончательное они сами принимали. Не нашли криминала. Полный нуль. Так что успокойся. Версия была, что дамочка из состава вашей делегации, что на совещание по наводнению приехала, веселый образ жизни вела. Ты-то сам слыхал об этом совещании?

— Краем уха.

— Услышишь ещё. Вот вернутся ваши делегаты — ошарашат. Наводнение грозит Поволжью. Особенно вам достанется как самому опасному участку на Волге. Вы же на тридцать метров ниже уровня? В самой яме. Туда вода и рванёт.

— Ничего. У нас плавать умеют.

— Я бы не шутил. Слухи такие, что вода может бед натворить великих.

— Ты давай ближе к теме, Андрей Иванович. До мая ещё дожить надо.

— Ну, по делу, так по делу… — замялся тот. — Ездил я к руководителю вашей делегации, интересовался насчёт той дамочки. По паспорту она приехала к нам как раз к началу совещания. Важный он у вас, этот Роберт Янович Мейнц, на козе не подъедешь, еле уговорил его прибыть на опознание. Заладил одно — с нашими делегатками, мол, ничего подобного не может произойти, а когда привёз я его в морг, он в обморок и упал.

— Чего же это он испугался?

— Минут двадцать откачивали, а как очухался, то толком я из него ничего и не выбил. Единственное, признал её, фамилию подтвердил, уверял, что из хорошей семьи она, но про жениха-прокурора ни слова.

— Откуда ему об этом знать, это дело деликатное, — прервал его Турин. — А при нём дамочек не было, Андрей Иванович? Не брал никого он в морг на опознание?

— Нет. Один был.

— И насчёт хозяйки квартиры хотел я тебя побеспокоить.

— Хозяйка нашлась, живёт у бывшей своей прислуги на другом конце города, — сообщил Шорохов. — Неразговорчивой оказалась. С ней мои хлопцы бились несколько часов, лепечет, что про любовника ничего не знала, не видела его. Врёт, конечно. А что с актрисой поделаешь, она в годах… таблетки глотала, то и дело. Хлопцы смекнули, не быть бы второму трупу, и оставили её в покое. Испугалась до смерти, когда они сообщили ей о самоубийстве квартирантки. Доктора пришлось вызывать актрисе-то.

— Погоди, Андрей Иванович, а вот про любовника покойницы ты мне не говорил? — встревожился Турин. — Что за любовник? Откуда?