Фуршет для одинокой дамы - Татьяна Полякова

Юра высадил меня возле гостиницы и, не попрощавшись, уехал.Вопреки всякой логике, я его отъезду ничуть не обрадовалась, запугали меняосновательно. Куда ни кинь, всюду клин. Там грозят, здесь грозят, вокруг однивраги, и помощи ждать неоткуда.

Я вернулась в номер и первым делом наревелась досыта. Потомпошла в душ. А что еще делать? Детективчик почитать? Так меня от убийств ипрочего уже тошнит. Куплю любовный роман, глядишь, полегчает. Не успела япокинуть душ, как зазвонил сотовый, с полминуты я на него пялилась, потомсхватила дрожащими руками.

— Как дела? — поинтересовался Аркадий, я ажподпрыгнула от такой наглости.

— Вы еще спрашиваете? Да я едва жива от страха.

— Ну-ну, не стоит преувеличивать, — с усмешкойзаметил он, вот ведь свинья.

— Какого черта вы звоните? — рявкнула я. — Аесли б эти были рядом? С ума сошли?

— Значит, они объявились?

Я открыла рот и так замерла, правда, ненадолго, потом эмоциипоперли со страшной силой.

— Что? — по-змеиному зашипела я. — Так выдаже не знаете? Черт… вы же обещали, как же моя безопасность?

— Вы что хотели, чтобы мы поехали за вами следом?

Я испуганно оглядела комнату и вдруг зарычала.

— Перезвоните через пять минут. — И опрометьюбросилась вниз, где был общественный туалет. А ну как эти гады успели подсунутьв номер какую-нибудь штуковину и теперь все слышат? Впрочем, если подсунули,так уже и услышали. Я жалобно вздохнула, призывая своего ангела-хранителя.Напихать всякой дряни в общественном туалете они вряд ли догадались, так чтовыходит, здесь самое безопасное место. Я устроилась с максимальными удобствамии стала ждать. Сотовый опять зазвонил, а я, понизив голос, приняласьвыговаривать:

— Я понимаю, коли речь идет о вашей драгоценнойоперации, так моя безопасность для вас — сущий пустяк. Плюнуть и забыть. Но я…

— Успокойтесь, все под контролем. Я был уверен, высправитесь.

— Вы уверены? А вот я совсем не уверена. Они грозилисьменя поспрашивать, объясните, что это значит? Отправляйте меня в тюрьму, дахоть к черту, я категорически отказываюсь…

— Если бы вам действительно грозила опасность, мы бынемедленно вмешались. Я отвечаю за вашу жизнь, можете быть спокойны.

— Спокойна я буду, когда… Боже, зачем я толькосогласилась.

— У вас не было другого выхода. И сейчас нет.

— Нет, есть. Я хочу в тюрьму. Отправляйте немедленно.

— Пожалуйста, — съязвил он, — только гдегарантия, что вы там переживете ближайшую ночь? — Я вновь замерла соткрытым ртом, а этот мерзавец продолжил как ни в чем не бывало:

— Как прошла встреча?

— На высшем уровне,

— Ну, вот, а вы боялись. Давайте поподробнее.

Превозмогая злость и отвращение, я коротко передаласодержание беседы.

— Отлично, — порадовал Аркадий. — Все идет поплану.

— Да что вы говорите…

— Перестаньте паясничать. Они будут ждать, а нужный намчеловек непременно себя проявит. Этот Юра рассуждает совершенно правильно.

— Рада за вас и за Юру. А мне что делать?

— Ждать. И не нервничать. По возможности. Главное,помните, пока вы честно выполняете свою часть работы, вы в абсолютнойбезопасности.

— Твоими бы устами да мед пить, — проворчала я,отключившись, посидела еще немного и побрела к себе.

Весь вечер я проторчала в номере, даже ужинать не выходила,а перед тем как лечь спать, подперла дверь тумбочкой, хотя разве тумбочкапоможет, когда вокруг такое?

Ночью был шторм. Море шумело и к утру не утихло. Пляжвыглядел мало привлекательно, волнами выбросило на берег всякую дрянь, купатьсяудовольствия никакого, и не позагораешь. Постояльцы гостиницы бродили потерритории с несчастными лицами, я им позавидовала: одно у людей горе —скверная погода, мне бы их проблемы.