Как в страшном сне. Шоу ужасов - Марина Серова

Бобрик кивнул на Сергея, который даже не смотрел в их сторону. Ему крепко досталось – нижняя губа разбита так, что вспухла, словно сдобный пирог.

– Чего вы хотите? – спросила я.

– Сейчас закончится концерт, и мы с девочками поедем к нам в гости, – сказал щекастый. – Они нам понравились. Покуралесим ночку, они будут довольны.

– Вы девушек спросили? – поинтересовалась я. – Может быть, у них совсем другие планы, а вы об этом пока не знаете?

– Сейчас они придут, и мы спросим, – произнес щербатый. – Волноваться не надо – ничего страшного с ними не случится, к тому же заплатим как положено.

– И все-таки, – настаивала я, – вдруг они не захотят поехать с вами?

– Этот вопрос решен, и никого спрашивать мы не собираемся, – был категоричный ответ.

И тут я вспомнила разговор с Новиковым.

– Позвольте, это вы подходили к продюсеру во время перерыва?

– Уже успел рассказать? Он нас крупно обидел, а мы этого не любим.

– И все равно я хочу знать, кто вы такие. Ваши лица мне ни о чем не говорят.

Мужики расхохотались.

– Ты что же, такая деловая, что всех авторитетов в лицо знаешь?

– Не всех, но многих, – заявила я с полной ответственностью. – Приходилось сталкиваться по долгу службы. А вот вас я вижу впервые в своей жизни.

– Это ничего не значит, и вообще, не суй свой нос, куда тебя не просят. Пока что мы добрые, а потом и разозлиться можем.

Я призадумалась. Девушек ни в коем случае нельзя отпускать с этими жлобами. Известно, чем могут закончиться такие попойки, – четыре трупа в чужой квартире. Может быть, конечно, ничего страшного не произойдет, но рисковать, надеясь на авось, нельзя.

Надо как-то выпутываться из положения, заговорить им зубы, что ли…

Попробуем.

– Вас трое, а девушек четверо, – сказала я. – Как я поняла, одна свободна.

Бобрик покачал головой.

– Нет, ошибаешься, с нами поедут все четверо. Можем и тебя прихватить с собой.

– С удовольствием, – подхватила я. – Только одно условие – двоих девушек мы оставим здесь.

– Если будешь работать за двоих, то вопрос можно решить положительно, – захохотал щекастый.

Я оглянулась на дверь. Угрюмый стоял и улыбался. С таким типом по одной улице идти неприятно, не то что ложе делить.

В этот момент распахнулась дверь, и в гримерку влетела Ира.

– Я пока могу отдохнуть! – радостно провозгласила она, но тут же осеклась, увидев в комнате странную компанию. Она успела надеть бюстгальтер и короткую юбочку, выгодно подчеркивавшую ее бедра.

Вот черт!

Присутствие в гримерке артистки значительно осложняло обстановку: если придется действовать силой, то девушке может не поздоровиться.

– А вот и первая! – воскликнул щербатый. – И уже почти раздетая.

– Здрасте… – пискнула Ира и вопросительно посмотрела на меня.

– Это ваши поклонники, – медленно сказала я. – Хотят поговорить.

– Иди сюда, детка! – радостно заржал щекастый.

С такой поразительной наглостью я еще не встречалась. Эти паразиты вообще ничего не боятся – в центре города устраивают насильственное похищение.

– Чего стоишь, – произнес угрюмый, прикрывавший дверь, и толкнул Иру в спину своим волосатым кулаком. Наконец-то я услышала его голос: низкий, невыразительный.

Девушка качнулась вперед, но я удержала ее за руку.

– Еще раз прошу вас – подумайте, что делаете. Мы сейчас же сообщим в милицию, и у вас будут крупные неприятности.

– В милицию? – злобно рявкнул щекастый, поднимаясь со стула. – Я тебе башку отшибу сейчас, потому что ты мне надоела. Да и моим друзьям тоже.

Он направился ко мне с явными намерениями осуществить свою угрозу.

Я отпустила руку Ирины, одновременно думая о том, что позади меня стоит этакий монстр со взглядом убийцы и не замедлит всадить мне нож в спину или стукнуть по голове кастетиком размером с капустный вилок.

Щекастый уже стоял передо мной и испепелял меня взглядом. Еще один момент – и его рука пройдется по моему лицу, и я стану похожа на бедного Сергея, получившего синяк под глазом ни за что ни про что.

– Чего вы хотите?! – дрожа как осиновый лист спросила Ира. Она стыдливо сложила руки на полуобнаженной груди, словно пыталась защитить себя.

Щекастый перевел на нее свой взгляд и хотел что-то сказать.

Спасибо девочке, она, сама того не ведая, отвлекла внимание бандита, а я мгновенно повернулась к тому дяде, что маячил сзади, и приложила ему носком ботинка между ног.

Монстр согнулся пополам и получил от меня удар локтем по четвертому позвонку, что заставило его рухнуть на пол гримерки.

– Ах ты сука! – заорал щекастый, не ожидавший от меня такого вероломства.

Я не стала ждать, пока его кулак коснется моих губ, потому что тяжелая пухлая рука уже взметнулась в воздух и, пригнувшись, нанесла удар в солнечное сплетение, вложив в него всю свою энергию.

Ира завизжала и бросилась к выходу, но никак не могла открыть дверь, потому что растянувшийся на полу угрюмый прижался к ней спиной. Она дергала за ручку, обливаясь слезами, но эти рывки смогли сдвинуть тушу бандита лишь на десять сантиметров, что было явно недостаточно для успешного бегства.

На помощь щекастому, который, превозмогая боль, застыл на месте, спешил разъяренный бобрик, но к нему бросился СС. Он отделился от стены, поняв, что надо действовать.

Они с бандитом сцепились, словно два кота, озверевшие от валерьянки.

Я же не стала дожидаться, когда щекастый придет в себя, оправившись от удара, и изо всех сил ударила его в подбородок снизу вверх. Бандит качнулся и рухнул навзничь, а я поспешила на помощь Сергею, который оказался под толстым бобриком, придавившим парнишку своей огромной тушей. Рука бандита уже тянулась к кадыку СС, но я, схватив стул, опустила его на загривок бандита, отчего тот свалился на бок, но сознание не потерял.

– Как ты? – спросила я Сергея.

– Нормально, – зашевелил СС разбитой губой.

И в этот момент раздался истошный крик Ирины.

Я обернулась.

Лежавший на полу угрюмый схватил девушку за лодыжку и резко дернул, отчего Ира упала на пол как подкошенная.

Неожиданно в руке бандита оказался пистолет. Кривясь от боли, которую я причинила ему не далее как несколько секунд назад, он поднялся с пола рывком, поставил Иру на ноги и уткнул ствол ей в бок, не забыв передернуть затвор.

– Я прошью ей кишки! – зашипел он. – Быстро оба подняли лапы кверху. Ну, кому говорят!