Опасный месяц май - Чингиз Абдуллаев

– Видишь, вот мы и встретились. Как только Рамиз сказал мне, что в ведомственной больнице МВД может быть все, что нам нужно, я сразу подумала о тебе. Хотя я тебя и не забывала. Как ты тогда устроил мне номер в гостинице «Россия». Сейчас туда попасть вообще невозможно.

– Я тоже об этом часто вспоминал, хотя с тех пор так ни разу и не был в Москве, – признался Анвер.

– Мама была в таком состоянии, что я просто потеряла голову. Сегодня кошмарный день. Как ты думаешь, что с нами будет? Говорят, что сейчас начнутся аресты и депортации. Неужели все повторится? В Москве в это никто не хочет верить, хотя многие говорили, что подобное возможно. И вот сейчас такой переворот. Как ты думаешь, Горбачев еще жив?

– Меня меньше всего волнует его судьба, – признался Анвер. – Этот непорядочный и непоследовательный тип все развалил. Я о нем даже думать не хочу. Не знаю, что с нами будет. Сегодня один деятель уже был в моем кабинете и открыто мне угрожал. Раньше он не осмеливался даже заходить ко мне, а теперь вон как распоясался!

– Какой кошмар! – Саида вздохнула. – Мне казалось, что возврата к прошлому уже никогда не будет.

– Не думай об этом, – посоветовал Анвер. – Главное, что мы сумели помочь твоей маме. Ты уже защитила свою диссертацию?

– Уже полтора года как я кандидат наук, – не без гордости сообщила Саида. – А ты уже женился?

– Нет, – ответил Анвер. – Не женился. Не нашел женщину, похожую на тебя. Все остальные меня не очень устраивают.

Она улыбнулась.

– Ты тоже не вышла замуж, – понял он. – Почему так? В Москве нет подходящих женихов?

– Сейчас не самое лучшее время для создания семьи, – пояснила Саида. – Ты сам видишь, что творится вокруг. Никто не знает, что с нами случится завтра или послезавтра.

– Сейчас может произойти все, что угодно. – Анвер вздохнул, соглашаясь. – Это правда. Словно все сошли с ума. И у нас, и в Москве, повсюду. Такое количество преступлений, что мы не успеваем регистрировать. Люди спят в своих кабинетах.

– Спасибо тебе за то, что ты приехал, – сказала Саида. – Помнишь, я говорила тебе, что ждала, когда ты постучишься в мою дверь в «России». Но ты так и не постучал. А я даже не знала, как поведу себя в такой ситуации.

– Сейчас знаешь? – спросил он, поднимая голову.

– Знаю. – Она подошла и поцеловала его.

Он теперь не был прежним мальчиком, который стеснялся при ее появлении. Анвер уже застрелил двоих людей или нелюдей, встречался с разными женщинами и даже позволил себе однажды переспать сразу с двумя проститутками. Он ответил на поцелуй. Его руки автоматически подняли ее сарафан.

– Только не здесь, – прошептала она. – Пройдем в другую комнату, чтобы мама не проснулась.

Он поднял ее. В своей жизни Анвер носил на руках только двух женщин. Первой была Саида, второй стала Андриана. Он внес Саиду в спальню, положил на кровать и осторожно начал расстегивать пуговицы на сарафане. Анвер видел как она волновалась, ее тряс непонятный озноб. Саида не помогала ему, но и не сопротивлялась. Он раздел ее, затем разделся сам. Анвер начал ее целовать, она задыхалась от стыда и желания. Через минуту он позволил себе все и понял причину ее озноба и волнения. Саида заставила себя не кричать, но глухие стоны все-таки выдавали ее состояние. Она была девственницей, несмотря на годы, проведенные в Москве. Он с удивлением взглянул на нее.

– Не смотри так, – прошептала она. – Мне стыдно. Пожалуйста, не смотри.

– Ты ни с кем не была? – Анвер не мог поверить очевидному. – Но как ты могла? В твоем возрасте? Это даже вредно. Невозможно.

– Не говори ничего. Я сама понимала, что это неправильно, но не могла себя заставить. Как только я думала об этом, у меня сразу начинался какой-то ступор. Ничего не говори, – простонала она.

Через час он принял душ и ушел. Вечером Анвер приехал снова, и они опять занялись любовью, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить ее мать.

На следующий день обстановка в Москве начала меняться. Он еще раз побывал у Саиды. Двадцать первого члены ГКЧП были арестованы. Когда Анвер снова приехал, он узнал, что младший брат Саиды вернулся домой. Следующие два раза они встречались в пустой квартире его знакомого.

Она улетела в Москву двадцать седьмого августа. Он пообещал приехать к ней в конце сентября, когда получит отпуск.

Но четырнадцатого сентября Анвер принял участие в операции против боевиков в Геранбойском районе и получил тяжелое ранение в грудь. Две недели он провалялся в больнице без сознания. Потом Анвер постоянно пытался дозвониться до Саиды в Москву, но сделать это из больницы было практически невозможно.

Выписавшись из больницы, он первым делом, еще опираясь на палочку, отправился в ее квартиру на Лермонтова. Дверь ему открыл молодой человек, которого Анвер раньше ни разу не видел. Ему было лет тридцать. Красивая белозубая улыбка, светлые каштановые волосы, четко очерченные скулы. Он мог быть киноартистом, но стал прокурором. Это был Рамиз, тот самый сын военкома. Теперь он сидел на кухне, на месте Анвера, и пил чай из той же самой чашки. От него Анвер узнал, что Саида приняла предложение какого-то голландского института и уехала в Амстердам в командировку на шесть месяцев. Она оставила письмо, которое Анверу передал Рамиз. Очевидно, он близко дружил с ее братом.

На листке было несколько строк: «Я долго ждала твоего звонка или приезда, но так и не дождалась. Возможно, ты передумал. Наверное, все так и должно быть. Поэтому я приняла предложение моего научного руководителя и уезжаю в Голландию. Спасибо за все. Саида».

Анвер забрал письмо, вышел на лестницу и только там позволил себе расплакаться. Он рыдал как маленький мальчик. Ребенка незаслуженно обидели, и он никак не мог оправдаться. Письмо Анвер сохранил.

Через несколько дней он вернулся на службу. Это случилось как раз в те дни, когда началось открытое военное противостояние между двумя соседними республиками. Анвер решил подождать возвращения Саиды и потом все ей объяснить. Рассказывать по телефону о своем ранении, толковать, почему не смог приехать или даже позвонить, было сложно, да и не нужно, как ему казалось. На работе было слишком много проблем, чтобы думать еще и о личных делах.

В декабре официально распался Советский Союз и возникли новые независимые государства. В конце февраля произошла страшная трагедия в Ходжалы, где были убиты больше шестисот мирных жителей. Оппозиция потребовала отставки президента. В стране начались новые волнения, за считаные месяцы сменилось несколько руководителей республики.

Именно тогда Анверу предложили возглавить отряд особого назначения, который формировался из самых лучших профессионалов. В апреле девяносто второго он получил звание майора и узнал, что Саида продлила свое пребывание в Голландии еще на полгода.