Только через мой труп - Рекс Стаут

Нийя судорожно дышала.

– Не упрямьтесь, черт возьми! Только Фред может вынести её отсюда. Отдайте!

Фред протянул руку.

– Давайте же.

– А что он с ней сделает?

– Будет её холить и лелеять как зеницу ока.

Нийя не шелохнулась. Я шагнул вперед, вырвал бумажку и отдал её Фреду.

– Ступай вниз, – велел я. – Отошли прочь такси, садись в мой родстер, поезжай к Вульфу и отдай бумагу ему, если он один. Если у него кто-то есть, пусть Фриц вызовет Вульфа на кухню – передашь бумажку там.

– Сказать ему…

– Я сам ему позвоню. Если тебя будут допрашивать, расскажешь только про то, что здесь видел, а про бумагу не упоминай. В контору я тебя посылаю потому, что полицейские наверняка вцепятся в меня мертвой хваткой и продержат Бог знает сколько, а в мое отсутствие ты будешь нужен Вульфу. Договорились?

– О'кей. – Фред повернулся, чтобы идти.

– Погоди. Задержись на минутку.

Я принялся шарить по комнате. Заглянул за диван и даже под него, проверил стенной шкаф и уже прикоснулся к ручке двери, ведущей в спальню, когда Фред прорычал:

– Эй, ты не забыл про отпечатки?

– Черт с ними, с отпечатками. Имею же я право поискать убийцу. Я продолжил свое занятие и не успокоился до тех пор, пока не проверил все места, где мог затаиться преступник. Много времени у меня это не заняло, поскольку в квартирке была одна ванная, кухня и две спаленки. Я вышел в переднюю и сказал Фреду:

– Все, можешь топать.

Фред поспешно отчалил. Я посмотрел на Нийю.

– Вы уже дрожите. Присядьте лучше.

Нийя помотала головой.

– Со мной все в порядке. но я… я… Карла… Где она?

– Представления не имею.

Я подошел к столу, на котором стоял телефонный аппарат, и снял трубку.

– Но подождите… пожалуйста! Почему нам нельзя просто уйти? Уйти и поискать Карлу?

– О, замечательно! – Я начал накручивать диск. – У вас порой случаются настоящие озарения. Как вчера, например, когда вы засунули эту штуку мне в карман. Просто запереть дверь и уйти, да? Когда эти ребята, которые берут интервью у Милтана, знают, что мы поехали сюда? Да ещё таксист…

– Ниро Вульф слушает, – пробурчала трубка.

Я понизил голос до шепота:

– Привет, босс. Просьба соблюдать осторожность.

– Согласен.

– Кремер там?

– Да.

– Отвечайте одними междометиями, чтобы можно было наврать, будто звонили из Армии спасения. Так вот, мы ездили к Милтану и узнали, что Карла там была, но уехала домой. Тогда мы отправились туда, в дом четыреста четыре по Восточной Тридцать восьмой улице. Адрес запомнили?

– Да.

– Старый дом, без лифта, третий этаж. Нийя отперла дверь своим ключом. На полу лежит Рудольф Фабер без малейших признаков жизни. В пиджаке слева на груди зияет дырка. Рубашка залита кровью. Оружие не обнаружено. Карла тоже отсутствует. Звоню прямо с места преступления, Нийя стоит рядом со мной…

– Одну минуту. Я дал слово, что…

– Тут все в порядке. Фред следил за нами, я послал за ним Нийю, и сейчас бумага уже у него, а он едет к вам. Установить, что она побывал здесь, легче легкого – нас это тоже касается. Кто-то все второпях перерыл ящики выдвинуты, на полу разбросаны вещи и так далее. Телефон здесь такой: Хэммонд три-сорок пять-ноль-пять. Мне продолжать?

– Нет.

– Что теперь? Повесить трубку, чтобы вы пустили в ход свой гениальный мозг, и перезвонить снова через три минуты?

– Нет. Оставайтесь там вместе с мисс Тормик. Здесь у меня мистер Кремер, и я ему все передам. Не вешай трубку.

Я услышал его голос, а потом до меня донеслись громкие звуки – должно быть, Кремер кувыркался от злости. В следующую секунду мне в ухо проорали:

– Гудвин!

– Да, сэр, слушаю вас.

– Оставайся на месте! Понял?

– Да, сэр.

Вот и все, если не считать щелчка брошенной трубки. Я дал отбой, прошагал к Нийе, взял её за локоть, увлек к креслу и усадил.

– Они набегут минут через пять. Или даже быстрее. На сей раз первым подоспеет сам инспектор Кремер. И теперь вы уже точно втянуты в дело об убийстве. Здесь, в собственной передней. Что вы собираетесь рассказать Кремеру?

Нийя подняла голову и посмотрела на меня в упор. Она не моргала, но подбородок мелко дрожал. Девушка пожала плечами.

– А что я могу рассказать?

– Вот уж не знаю.

– Ничего.

– Этого мало. При данных обстоятельствах. Его ухлопала ваша подруга Карла?

– Не знаю.

– Или вы сами?

– Вы же знаете, что нет!

– Не знаю. Много у вас здесь секретных шифров, компрометирующих бумаг про боснийские леса, концессии и плутни «Барретт и Дерюсси»?

– Нет, здесь ничего нет. Я очень осторожна.

– Да, безусловно. Зарубите себе на носу: если вы станете отпираться и утверждать, что никогда и в глаза не видели Фабера, и не представляете, с какой стати его пришили именно здесь, вам придется туго. Если будете говорить правду – другое дело, но если решите лгать, вам нужно быть поизобретательнее. Беда ещё в том, что тот, кто убил Фабера, лишил вас алиби в убийстве Ладлоу. Я не пытаюсь вас запугать, но хочу, чтобы вы…

Зазвонил телефон, я подошел и снял трубку.

– Телефон Хэммонд три…

– Арчи, мистер Кремер приедет с минуты на минуту.

– Ах, какой кошмар!

– Как мисс Тормик?

– Замечательно. Уверяет, что у неё память отшибло.

– Шок?

– Нет, просто ничего не знает.

– Когда её будут допрашивать о том, где она была после десяти утра – в это время Фабер ушел от нас ещё живым, – она обязательно должна сказать, что согласится отвечать только в присутствии своего адвоката. При данных обстоятельствах, эта мера вполне оправдана.

– Я ей передам.

– Непременно. Я договорюсь с мистером Паркером, чтобы он представлял её. А что она говорит про мисс Лофхен?

– Тоже без понятия. Войдя и увидев, кто валяется на полу, она первым делом завопила: «Карла!»

– Понимаю. Что ж, очень скверно. Кстати, куда ты дел последние записи о размножении гибридов онцидиума? Я хотел бы кое-что уточнить.

– Боже всемогущий! – Я всплеснул руками. – Ваша дочь тут сходит с ума от ужаса, я сижу с руками, обагренными кровью Фабера, а вы несете какую-то чепуху о всяких дурацких орхидеях… Почему бы вам вместо этого не поупражнять свои гениальные мозги?