Зашифрованное сердце - Елена Вавилова

В задачу Краснова не входило участие в боестолкновении. Более того, Холмогоров строго запретил ему лезть на рожон, а приказал дождаться, когда спецназ закончит работу, а затем изъять документы и допросить пленных. Но главная его задача – вместе с Крючиным доставить улики в Москву.

Эта командировка стала для Юрия Александровича неожиданной, хотя он не раз просил руководство отправить его куда-нибудь в горячую точку для выполнения особо важного задания. После теракта на Дубровке Краснов рвался в бой в прямом смысле этого слова. Как только он вспоминал те чудовищные события, его охватывала ненависть к бандитам. И вот наконец представилась возможность принять участие в реальной боевой операции.

Сотрудники внешней разведки и ФСБ были уверены, что у боевиков обнаружатся документы, доказывающие, что Азербайджан является одной из перевалочных баз снабжения террористов. Роль Краснова в допросе пленных и изъятии этих документов трудно было переоценить. В этом присутствующие на совещании офицеры были единодушны.

– Коллеги! – докладывал перед собравшимися Холмогоров. – Наш источник в Гонконге установил связь между счетами, открытыми в этой стране частными лицами из России, и Международным благотворительным фондом в Азербайджане. Через наших агентов в Баку мы узнали, что фонд действует под видом благотворительных организаций, существовавших в США до 2001 года. Этот фонд финансирует закупку оружия и обучение боевиков в лагерях Грузии, Чечни. Он же переправляет чеченским боевикам деньги, шифровальные машины, армейское снаряжение. По информации, полученной одновременно от двух ценных агентов, большая партия долларов пять дней назад направлена в Ингушетию…

Зал замер и затих, слушая представителя разведки. Затем слово взял заместитель руководителя антитеррористического комитета Крючин:

– По сообщениям нашей агентуры, деньги будут доставлены в село Барсуки Назранского района буквально на днях. Агентура почти круглосуточно на связи. Основные силы уже на месте в получасовой готовности. Выставлены скрытные посты наблюдения за подходами к селу. Наша задача – взять эмиссара живым и допросить его, потому что нам не удалось отследить дальнейший маршрут денег. Предположительно конечным пунктом может стать место пребывания Басаева либо другого главаря, который получает финансирование из-за рубежа. Но рисковать не будем, на лидеров организации пока выйти не удается. Юрий Александрович, – обратился он к Краснову. – Я тебя попрошу все бумаги, документацию и деньги немедленно переправить в Москву. По номерам на купюрах мы попробуем определить, где их вносили на счета и где получали. Я правильно говорю, Сергей Петрович?

– Именно так. Наши агенты немедленно получат рекомендации на этот счет, – кивнул Холмогоров и добавил: – И еще, Владимир Васильевич, я тебя попрошу, ты вот этого бойца, – указал он на Краснова, – попридержи. Он после Дубровки очень злой на них. Я бы его не отпустил, но, кроме него, некому…

…Вертолет наконец вырвался из гористой местности на равнину и, резко снизившись, пошел на бреющем полете вдоль реки Сунжа. Краснов вытащил из рукава камуфляжа платок, поставил между колен автомат и, не снимая пуленепробиваемый шлем, вытер со лба пот. Военный фельдшер, который в этой местности бывал уже не раз, большим пальцем показал на часы, а затем выбросил перед собой пятерню. Юрий понял, что до места осталось лететь не более пяти минут.

Кроме Краснова, Крючина и фельдшера в салоне были еще три человека. Лица у всех пассажиров были серьезны и сосредоточенны. Полная военная экипировка, включая оружие и бронежилет, вынуждали мобилизоваться любого, независимо от того, предстоит ему идти под пули или нет. Юрий Александрович давно не испытывал такого волнующего чувства. Ровно с тех пор, как покинул Рязанское военно-десантное училище.

Нынешней ночью стало достоверно известно, что эмиссар прибыл в деревню Барсуки. Его появление там осталось почти незамеченным – наблюдательные посты не помогли, однако агент среди местного населения указал дом, где тот скрывается, и теперь участь всех троих боевиков была предрешена.

Вертолет завис в воздухе, и Краснов глянул в блистер. На улицах и в узких проулках вокруг большого дома из красного кирпича стояла военная техника, а чуть поодаль – два трактора и штабная машина.

Вертолет чуть дрогнул, начал медленно опускаться, шасси коснулись вспаханного поля. Бортмеханик распахнул дверь. Пока Крючин и Краснов выгружались, подъехал бронетранспортер, громко рыча и пуская из выхлопной трубы клубы дыма.

– Товарищи офицеры! – обратился к ним сидевший на броне боец. – Садитесь. Меня к вам отправил полковник Иванов.

Крючин ловко забрался наверх. За ним последовал и Краснов.

– А ты куда? – попытался остановить Краснова полковник. – Оставайся здесь. Тебя позовут, когда все закончится.

– Я боюсь один оставаться, – сердито буркнул Юрий Александрович. – Стреляют…

Не обращая внимания на запрет начальника, все же поднялся на броню и сел рядом с бойцом. БТР грозно заревел и тронулся с места.

Боевая машина быстро преодолела пашню, пересекла проселочную дорогу и, переваливаясь с боку на бок, двинулась в сторону села. Затем, с трудом протиснувшись по узкому переулку, замерла возле двухэтажного дома, обнесенного со всех сторон высоким кирпичным забором.

– А тракторы зачем? – удивился Краснов, заметив боевую машину и два трактора.

– А развалины чем разгребать? Руками? – засмеялся сопровождающий.

Как только офицеры спешились, к ним подошел один из бойцов «Альфы» и представился:

– Руководитель операции полковник Иванов.

– Давно начали работу? – спросил Крючин, пожимая полковнику руку.

– В четырнадцать часов тридцать минут.

– Когда планируете завершить?

– Без спешки работаем, но до темноты надо успеть!

Иванов указал стволом «Винтореза» в сторону дома, вдоль забора которого стояли вооруженные и экипированные с ног до головы бойцы, и добавил:

– Пока вычисляем, где они там затаились. Сдаться отказались. Открыли ответный огонь. Один наш боец получил ранение в ногу. Рикошетом от противоположного забора.

– Серьезное ранение? – уточнил Крючин и осторожно двинулся в сторону дома.

– Нет. Щиток принял на себя удар, раскололся, но удар смягчил.

– Сколько их там? – спросил Владимир Васильевич.

– Вроде, трое…

Дальнейшие слова руководителя операции заглушили автоматные очереди. Через несколько минут все опять стихло. Металлические ворота во двор уже были выломаны и валялись на земле. Два бойца, выставив впереди себя бронированные щиты, стояли рядом друг с другом. Один из них, не высовываясь, открыл беглый огонь из автомата, его тут же поддержали другие бойцы, засевшие в доме напротив. Вновь завязалась ожесточенная перестрелка. В это время второй спецназовец через противопульное окошечко в щите внимательно наблюдал за домом, где находились боевики. Бойцы «Альфы» по команде разбежались в разные стороны и укрылись за кирпичным забором.