Фокус-покус от Василисы Ужасной - Дарья Донцова

– Да я о ней давно забыла! Совсем одругом типе говорю! Поверь, он страшный человек, – понизив голос, завелаВера, – подлый ужасно! С виду душка, а внутри гад! Получилось так, что япро него кучу дерьма знаю. Если его шантажировать начну, он меня живой неоставит, как Минну!

– Погоди, погоди, Минна…

– Думаю, он ее убил!

– За что?

– За кассету.

– Какую?

– Помнишь, я говорила, что оставила уМинны записи своих песен?

– Ну!

– Вот из-за них!

– Извини, но я ничего не понимаю.

Вера затрясла головой.

– Послушаешь мой с ним разговор иопубликуешь его в «Желтухе». Снабдив таким комментарием: я, такая-то, заснула вкурительной, меня разбудили голоса, я стала свидетельницей разговора, воттеперь и вы о нем, дорогие читатели, узнаете!

– Но к чему такие хитрости?

– Боюсь, что он меня убить велит, еслипоймет, от кого слив пошел, – спокойно призналась Вера, – а так какойспрос с девочки? Беседу журналистка подслушала, с ней и надо разбираться!

Огромное возмущение затопило мою душу.Верочка, однако, милое создание, она согласна пожертвовать писательницей, тоесть мною, для достижения собственной цели. Очевидно, я гневно фыркала, потомучто Вера пошла к двери, приговаривая:

– Ложись, сейчас такую сенсацию узнаешь.

Всем будет хорошо! Тебе гонорар шикарныйвыпишут, Крыжовникова накажут, Сю тоже, а я на сцене окажусь!

– При чем тут один из владельцев«Русского радио»? – изумилась я.

Вера обернулась и широко распахнула глаза.

– Разве я не сказала? Это он главный гад!Ну да ты все сейчас поймешь.

Дверь стукнула, я обвалилась на диван ивжалась в подушки. Сергей Крыжовников при встрече не произвел на менявпечатление гада. Хотя мы частенько обманываемся в людях, а некоторые личности,вроде Алены из «Марко» или Сю, умеют изобразить из себя розовых и блестящих,страшно милых особ.

Дверь опять распахнулась, Вера тенью шмыгнулана другой диван.

– Ты тут? – шепотом осведомиласьона.

– Да, – так же тихо ответила я.

– Слушай и не шевелись!

Дверь скрипнула, появилась какая-то фигура.

– Что за ерунда. Маша, – сказалзнакомый приятный голос, – с какой стати ты позвала меня сюда! Ты здесь?Маш?

– Да, – пискнула Вера, –садись.

Крыжовников сел на диван, мой нос мигомпочувствовал приятный запах дорогого одеколона.

– Маша, ты заболела? – спросилСергей.

– Нет, – ответила Вера.

Крыжовников крякнул.

– Э.., вы не Маша!

– Нет.

– Тут довольно темно.., мы с вамизнакомы?

– Только что виделись в зале, –сообщила Вера, – я та самая официантка, которая передала, вам просьбуМарии Кондрашовой о встрече в курительной.

– И где она?

– Курительная? Мы в ней находимся.

– Нет, Маша, – совершенно беззлобноответил Сергей.

– Ее не будет, я воспользовалась именемпевицы, чтобы поговорить с вами.

– Да? Я предпочитаю вести разговоры виных местах.

– Речь пойдет о хитах!

– Казакова, шестнадцать – адрес офиса,приезжайте туда.

– Я уже была у вас.

– Правда?

– Ага, и вы меня выгнали.

– Прямо-таки выгнал!

– Ну, так интеллигентно выставили, дажепесню слушать не стали.

– Думаю, вы слегка лукавите. Скорейвсего, я отправил вас к Тоне Рябцевой, она занимается новичками.

– Ваша Тоня меня выперла.

– Значит, работайте дальше. Если это всятема, то извините…

– Нет уж, – прошипела Вера, –вы меня выслушаете до конца!

Крыжовников вздохнул:

– До чьего конца? Надеюсь, речь идет не омоей смерти?

– Кирилл Карно!

– Что?

– Имя Кирилла Карно вам известно?

– Конечно!

– И как вы к нему относитесь?

– Если это интервью, – с улыбкой вголосе ответил Сергей, – то я хочу знать, какое издание вы представляете.

– Кирилл Карно взлетел внезапно, –звенящим голосом сказала Вера, – говорят, он сам пишет музыку и стихи.Только четыре песни исполняет, правда, великолепные.

– Мальчик талантлив, – согласилсяСергей, – иначе бы он не попал в наш эфир, но я никак не пойму, о чем мытут сейчас ведем разговор?

– Продюсером у Карно был Волков.

– Да.

– Романа Волкова убили! На вашемконцерте!

Его прирезал Архип Сергеев!

– Послушайте…

– Погодите, это вы меня послушайте. УВолкова было еще несколько проектов, не слишком-то оригинальных. Он всем песнипокупал. Роман предпочитал работать с зависимыми певцами, чтобы иметьвозможность выжимать из них соки, так?

Или я ошибаюсь?

Крыжовников снова крякнул.

– Странная беседа, но ты права. Я нелюблю говорить о людях плохо. Никто не назовет Крыжовникова злопыхателем, но оРомане ничего хорошего я не скажу. Он был из когорты продюсеров-рабовладельцев.Такие не берутся работать с настоящей творческой личностью. Им хочется«капусты» побыстрей нарубить, вот и катают по провинции «проекты», для которыхпокупают «кассовые» песни, чем проще, тем лучше. Ля-ля, та-та, ура, ура – мызвезды. Живет такая группа пару лет, потом разваливается, примеров могупривести много. Отработанный материал выбрасывается, набирается новый. Волковникогда не смог бы работать с Ильей Лагутенко, группой «Би-2», БорисомМоисеевым и иже с ними. Этих не заставишь петь что-то чуждое их душе.Вышеперечисленные исполнители обладают яркой харизмой, вот они настоящиезвезды. Роман был отвратителен, он бил своих подопечных, обманывал их, в общем,он мерзавец, каких мало. «Русское радио» предпочитало не иметь с ним дела!

– Но Карно-то вы ротируете!