Можно ли умереть дважды? - Лейф Г. В. Перссон

— Но ты же все равно решил отправить ее в Линчёпинг, — предположил Бекстрём.

— Естественно, — подтвердил Ниеми. — Все уже в пути. И банка, и пакет. Об этом я позаботился, как только услышал, что у них имеется особый отдел по исследованию колбасы. Он располагается через стену от отдела по пластиковым пакетам. В одном коридоре с тем, который занимается шнурами.

— Если это колбаски Буллена, их наверняка еще можно есть, — заметил Бекстрём.

— Чем мы займемся сейчас? — спросила Анника Карлссон. — Помимо попыток вернуть назад банку с колбасой для Бекстрёма, я имею в виду.

— Обычным расследованием убийства, пожалуй, — сказал Бекстрём.

— В таком случае нам, конечно, надо поговорить с Тойвоненом, чтобы он позаботился о прокуроре, — предложила Анника Карлссон.

— Да, к сожалению, все столь плохо, — вздохнул Бекстрём. — Ты должна расстараться по максимуму, Анника. Попытайся обеспечить кого-то, кто хоть в состоянии завязывать шнурки на обуви самостоятельно. Пожалуй, нам пора закругляться, — продолжил он. — Что думаете об этом?

«Самое время Гению вступить в разговор, — подумал Бекстрём. — Чистый аперитив для меня перед обедом».

— Что касается непоняток с идентификацией, они, бесспорно, сбивают, — заметила Анника Карлссон. — По крайней мере, это беспокоит меня.

— Забудь пока об этом, — предложила Надя.

— В таком случае у нас обычная история, — констатировала Анника Карлссон. — То есть ее парень сделал это. Они ведь зачастую прячут тела с целью выиграть время, по крайней мере.

Если мы сейчас не будем обращать внимание на это дело, — сказал Ниеми и кивнул одобрительно Наде, — то я сам склоняюсь в ту же сторону, что и Анника. — Даже если не стоит зацикливаться на чем-то. Как раз когда речь идет о подобном, статистика говорит сама за себя. Если наша жертва женщина, то сделал это ее парень. Пожалуй, проводя отпуск в лодке на озере Меларен десяток лет назад.

— После цунами, — вставил свое слово Бекстрём, явно не сумев сдержаться.

— По мнению судмедэксперта, составлявшего нам компанию на острове, женщины, похоже, знающей свое дело, все могло произойти еще позднее. Где-то от десяти до пяти лет назад. Она определила это исходя из места, где лежало тело, и состояния костей. Пожалуй, скорее пять, чем десять лет назад.

— Но не позднее того? — уточнил Бекстрём.

— Нет, по ее мнению. Отпуск в лодке на озере, мужчина и женщина, занимающиеся любовью, обычное дело, а потом они начинают ссориться, и все заходит так далеко, что он в конце концов стреляет ей в голову из старой мелкашки, имевшейся у него на борту. Примерно так, — подвел итог Ниеми.

— Но зачем таскать с собой ружье, когда речь идет об отдыхе на воде? — возразила Кристин Олссон. — Спиннинги и обычные удочки — это ведь можно понять, но зачем оружие? Этого я не понимаю.

— Пожалуй, чтобы отгонять чаек, которые гадят на палубу, — предположил Ниеми и улыбнулся дружелюбно.

— Почему-то мне кажется, мы сейчас не продвинемся дальше, — проворчал Бекстрём и поднялся.

— Наверное, все дело в твоем обеде, — сказала Надя и тоже встала.

41

На пути в ждавший его кабак Бекстрём заглянул к Утке Карлссон.

«Пожалуй, стоит сказать ей несколько слов по пути», — подумал он, шагнул прямо к ней в кабинет и опустился на стул перед ее письменным столом.

— Интересно, почему Надя была столь раздраженной? — сказал Бекстрём, изучая свои отполированные до блеска ногти. Нигде и намека на грязь под ними. Во всяком случае, с тех пор как у него появилась маленькая сирийка, взявшая заботу об этом на себя. Когда она не распаривала ему лицо и не выдавливала угри у него, конечно.

— Нет ничего странного. Проблема с идентификацией напрягает и меня тоже. Причем очень сильно, да будет тебе известно.

— Ну, я в принципе понимаю причину, — сказал Бекстрём. — Все, конечно, точно так, как ты говоришь. Но, наверное, просто произошла какая-то путаница. Подобное случается постоянно. Все решится.

— Я не слишком уверена в этом, — покачала головой Анника Карлссон. — Во всяком случае, после того, как познакомилась с материалами. Теперь я скорее верю, что все обстоит так, как там указано. Джейди Кунчай погибла во время цунами.

— Конечно, — сказал Бекстрём, — а потом она приехала в Швецию, и ее застрелили и засунули в старый погреб на острове озера Меларен. Крайне интересная гипотеза. Как смотришь на то, чтобы нам пригласить архиепископа в качестве эксперта?

— Этого я не говорила, — парировала Анника. — По-моему, мы просто нашли совсем другую женщину. Возможно, таиландку по происхождению.

— У которой случайно оказалась такая же ДНК, как у Джейди, — буркнул Бекстрём и ухмыльнулся. — Еще одна сенсационная гипотеза. Прямо запредельная по своей сенсационности.

— А что ты сам думаешь? Расскажи мне, Бекстрём.

— Не знаю, — пожал плечами Бекстрём. Мне кажется, все решится. Зато меня беспокоит другое дело. И очень сильно беспокоит.

— И какое же?

— То, что Ниеми, пожалуй, слишком легкомысленно отнесся к банке с колбасой. Этого я не понимаю. Как можно просто так сбросить ее со счетов?

— Зато мне все понятно. Ты ведь в восторге от консервированной колбасы Буллена. Пусть это еда для свиней, и если кто-то должен поостеречься есть подобное, так именно ты, Бекстрём. Я говорю это исключительно из заботы о тебе.

— Сейчас я подумал не о содержимом.

— Вот как, а о чем же тогда?

— О самой банке с колбасой, — ответил Бекстрём. — Мне почему-то кажется, что она может стать решением всего этого дела.

— Банка с пивными колбасками Буллена? И она, значит, решение нашего дела?

— Да, — подтвердил Бекстрём и поднялся со стула.

— Слушай, а может, тебе записать твои теории и вложить их в секретный конверт и запечатать? Точно как делает толстяк профессор в телепрограмме «Преступление недели»? Чтобы потом могли открыть его и посмотреть, насколько ты был прав.

— У меня никогда такой мысли не возникло бы, — покачал головой Бекстрём. — Этот профессор совершенно чокнутый. Ты никогда не размышляла о том, почему он обычно не открывает свои секретные конверты? Когда они сидят там с решением, я имею в виду.

— Нет.

«А ведь он прав», — поняла она, когда сейчас задумалась над этим.

— Сей господин чистый шарлатан, если хочешь знать мое мнение. Я же говорю тебе о том, что известно только мне. Не спрашивай меня откуда, но я уже сейчас могу видеть это передо мной.

— А может, ты просто плохо себя чувствуешь? — спросила Анника Карлссон. — Или перебрал со спиртным, завтракая теми смертоносными вещами, которые ты обычно запихиваешь в себя?

— Нет, ни в коем случае, — возразил Бекстрём. — Я чувствую себя просто замечательно. И лишь хочу убедиться, что ты не забудешь об этой банке с колбасой.