Кровавый след бога майя - Юлия Алейникова

Но сейчас в директорском кабинете она вдруг представила себя со стороны. Брошенная жена, обиженная на удачливую соперницу. Обвинения в адрес Ларисы будут выглядеть как обычная бабская склока. А вдруг они ей не поверят и станут подозревать ее саму? Конечно, она ни в чем не виновата, но…

— Наталья Романовна, мне кажется, вы хотели что-то рассказать и вдруг испугались. — Ого, да этот майор Корсаков просто читает ее мысли!

Гладко выбритый, русые волосы, около сорока. Вытянутое лицо, серые внимательные глаза. Если бы он не был следователем, она бы сочла его интересным мужчиной.

Она продолжала молчать, нервно покусывая губу и чувствуя себя полной дурой. Что он о ней подумает? Нет, будь что будет.

— Я пришла поговорить, точнее, рассказать… Только, пожалуйста, ничего не записывайте! — воскликнула она, заметив, что следователь крутит ручку.

— Хорошо. — Он покладисто отложил ручку. — Так о чем мы будем говорить?

— О Ларисе Барановской.

Что ж, прозаично и ожидаемо. Общее представление о семейной жизни покойного Корсаков уже составил, просветили многочисленные доброжелатели — от администрации Дома творчества до отдыхающих. Ладно, послушает еще, от него не убудет. Вдруг у бывшей имеются какие-то факты помимо обычных бабских сплетен.

— Понимаю: все, что я сейчас скажу, будет выглядеть как примитивная попытка сведения счетов с более удачливой соперницей. — Она заслужила одобрительный взгляд Корсакова. — Но, полагаю, вы сможете убедиться в правдивости моих слов, если поговорите с некоторыми знакомыми Юры и Ларисы. Юра собирался с ней разводиться, — выпалила она, наконец, то главное, ради чего пришла сюда.

— С чего вы взяли? Вы близко общались с бывшим мужем?

— Да, мы сохранили нормальные отношения, Юра очень помогал нам с Асей. Это моя дочь, Агнесса Барановская, она сейчас тоже здесь. Вы позволите закурить? Я сегодня перенервничала, плохо владею собой?

— Конечно-конечно. — Он достал зажигалку и пододвинул гостье пепельницу.

Наталья достала сигарету, между прочим, не что-нибудь, а «Мальборо», закинула ногу на ногу, закурила.

— Юра узнал, что у Ларисы роман с его учеником. Довольно бездарный молодой человек, но амбициозный и, кажется, со связями. — Она выдохнула тоненькую ароматную струйку. — Юра часто в разъездах. Командировки, творческие встречи, записи на центральном телевидении, зарубежные поездки. Вот она от скуки и закрутила, а Юра узнал. Может, кто-то просветил, в нашей среде слухи распространяются мгновенно. Лариса, конечно, все отрицала, скандалила, но Юра был настроен решительно. Он человек неконфликтный, но умеет добиться своего. Да и вообще отношения у них с Ларисой складывались непросто. В известной мере их брак был мезальянсом.

Вот здесь Корсаков склонен был с ней согласиться. На фоне утонченной Натальи Лариса смотрелась как рядящаяся в райскую птицу ворона.

— Расскажите подробнее о Ларисе Евгеньевне. Вы хорошо ее знаете?

— Общий портрет могу набросать. Юрий познакомился с ней после встречи со зрителями в каком-то заводском дворце культуры. Лариса была там не то секретарем, не то делопроизводителем в отделе кадров. После концерта подошла с букетом и чем-то ему приглянулась. Посидели в кафе, угостил девушку шампанским, покатал на машине, проводил до дома. Казалось бы, все. Но Лариса проявила настойчивость.

— Откуда вам это известно? Покойный Барановский рассказывал?

— Разумеется, — кивнула она. — В последнее время он часто заезжал, видно, не хватало дружеского общения. В один из визитов вдруг разговорился, вспомнил историю нашего развода. Объяснял, каялся. Просил прощения. — Ее лицо исказила болезненная гримаса. — Тогда и сказал, что собирается оставить Ларису.

— Так. Когда это было?

— Недели три назад. Потом он уехал во Францию. Юра часто там бывает, в Париже готовится к постановке его балет, — не без гордости уточнила она. — Три дня назад он вернулся, заехал ко мне, привез подарки. Ася с бабушкой были здесь, в Репине. Потом мы с Юрой приехали сюда. Ларисе это, конечно, не понравилось, но Юре, кажется, было все равно. Он даже не зашел к себе, сразу направился к Симановскому, приятелю своему. Потом они оба, насколько мне известно, напились в гостинице «Репинская». Это мне Тамара Симановская вчера за ужином рассказала. Лариса жутко злилась, пыталась на меня орать, но я ее осадила и ушла к себе.

— Ясно. Но я просил вас рассказать о самой Ларисе Евгеньевне.

— Ах да, простите. — Она загасила сигарету, скупо улыбнулась. Сейчас, когда она успокоилась и к ней вернулась обычная непринужденность, Корсаков в полной мере оценил ее царственную красоту. Покойный композитор явно промахнулся, предпочтя этой паве вторую жену. О чем, собственно, сам и пожалел.

— Лариса намного моложе Юры, сейчас ей только двадцать шесть, а когда они познакомились, было вообще девятнадцать. С детской непосредственностью она принялась преследовать Юрия. Караулила у дома, где-то раздобыла адрес и телефон. Твердила о вечной любви и прочих глупостях. Я, признаться, не выдержала, решила, что Юрий сам дал повод, и подала на развод. Наша щучка, естественно, была тут как тут. Образования у девушки — три класса, два коридора. Средняя школа и курсы секретарей. Семья самая простая: отец работал на фабрике «Рот Фронт», мать портниха.

После замужества тяга к знаниям у нее так и не проснулось. Учиться она не стала, хотя Юра предлагал и даже уговаривал. Ему было неловко — ее беспросветная дремучесть слишком бросается в глаза. Лариса нигде не работает, чем занимается целыми днями — понятия не имею. Сын ходит в детский сад. Юра часто в разъездах. Финал был неизбежен.

Что ж, логично.

— Вы можете назвать любовника Ларисы Евгеньевны?

— Павел Бурко, аспирант кафедры композиции. Юра был его научным руководителем, но потом отказался по причине полной бездарности ученика. Это было около года назад. Понимаете, у Юрия Николаевича был огромный вес в музыкальных кругах. Его отказ всерьез повредил этому бездарю, закрыл карьерные перспективы. — Наталья перешла на доверительный шепот. — У мальчика были неплохие связи, но в мире музыки Юрин голос значил чрезвычайно много. Не говоря уже о том, что он никого не боялся, на него невозможно было повлиять никаким звонком сверху. Словом, мальчик, закрутив с Ларисой, хотел просто нагадить Юре, а в итоге оказал услугу. Юра просто захлебывался от восторга, когда рассказывал мне о Ларисиной измене.

— Но если жена была ему столь не мила, почему он просто не мог с ней развестись?

— Юрий был глубоко порядочным человеком. Бросить без всякой причины жену с ребенком, да еще столь не приспособленную к жизни, совесть не позволяла. — Она тряхнула своей роскошной гривой. — Ведь и меня он не бросал, я сама ушла.

— Ясно. Кто еще из знакомых покойного мог знать о его намерении развестись с женой?

— Да тот же Симановский, не зря же они пили вместе. Наверняка поделился.