Волчий билет. Пир во время чумы - Николай Леонов

– Тимоша, а у тебя нет желания встретиться со мной еще раз?

– Как это? – растерялась девчонка. – Как женщина с мужчиной?

– Как человек с человеком. – Гуров подавил улыбку. – Поговорим, может, моя помощь понадобится? Арестуем мы Зуева, нет ли, пока неизвестно, но сборища ваши прекратим. Куда ты денешься?

– Не пропаду, а увидеться можно, мужчина вы интересный, на мента совсем не похожи.

– Позвони. – Он оторвал от лежавшей на столе газеты кусочек, записал четыре цифры. – А первые три – двойки, о разговоре со мной рассказывать особо не следует, но и специально скрывать не надо. Брали вас из дома, люди любопытные, начнут расспрашивать. Скажи, интересовались наркотиками, Аленой и Антоном.

Гуров подписал ей пропуск на выход, зашел к Верочке, поставил печать, на лестничной площадке передал девушку Котову и Нестеренко, которые изнывали от безделья, и прошел в кабинет, где Станислав беседовал с Нонной Семеновой.

Станислав и девушка сидели за разными столами, друг против друга, и смеялись. Нонна, глядя в зеркальце, стирала платком потекшую тушь.

Крячко, увидев Гурова, вскочил, как делал всегда, когда хотел показать присутствующему, что вошел начальник.

– Здравствуйте, – сказал Гуров. – У вас серьезный разговор или репетиция «Клуба веселых и находчивых»?

– Виноват, Лев Иванович. – Станислав вытянулся. – Смешинка в рот попала.

– Ты с этой смешинкой родился. Что девушка рассказывает о джипе и братве?

– «Быки» обыкновенные, – ответила Нонна. – Таких в Москве двенадцать на дюжину.

– А парень в длинном темном пальто с фасонной стрижкой? – Гуров понимал, что эти вопросы Станислав уже обсудил, изображал ретивого начальника.

– Игорь. Бизнесмен из новых, я его знаю. Игорь в казино несколько раз заходил. – Нонна отвечала легко, с некоторым злорадством в голосе. – Барина изображает, имеет интерес к Тихону. Но тот Игоря не боится, держится с ним даже нахально.

– О нахальстве ты мне не говорила, – осуждающе произнес Станислав. – В принципе мы беседу закончили, Лев Иванович.

– Прекрасно. – Гуров кивнул. – Я беседовал с Тимошей, забыл у нее спросить, почему вы к ней переехали?

– Почему? – Нонна пожала плечами. – Вдвоем жить веселее.

– Вам сказали, что вас скоро пригласят в прокуратуру, где допросят официально? Мы вас не задерживаем. Так что и вы нас не подводите, по вызову явитесь сразу. Следователь в прокуратуре человек отличный, я его предупрежу, он вас особо мучить не станет. Договорились? Вот и хорошо. Полковник, проводите девушку.

– Слушаюсь, господин полковник, – не удержался ввернуть Станислав.

Минут через пятнадцать группа собралась в кабинете Гурова и Станислава. Котов и Нестеренко заняли свои места, и, нарушая субординацию, Григорий сказал:

– В стране правительство беспредел творит, а мы хотим, чтобы люди с нестойкой психикой вели себя нормально. Лев Иванович, прикажите, отправлюсь выполнять, но мое личное мнение – имело место самоубийство, и ничего другого из такой беды не вытащишь.

– Согласен, – поддержал Станислав. – Но «Додж» и его хозяина придется устанавливать. И обязательно выявить дамочку, которая в шабаше участия вроде не принимала, однако имеет тесную связь с Тихоном. Лев Иванович, не успел тебе доложить, дамочку вроде бы зовут Линда, но не это главное. Нонна слышала, как Линда успокаивала Антона по поводу коллективного изнасилования его невесты. Успокаивала. А мое мнение – стерва просто парня информировала, что факт имел место. А зачем, спрашивается? Она с Тихоном решила молодых добить. С какой целью? Хотя доказать и невозможно, но у Линды и Тихона косвенное соучастие в изнасиловании.

– Станислав, кончай, и так в глазах темно от всей этой истории, – оборвал друга Гуров.

– А что рубль завалился и у нас с Григорием пенсия на треть сократилась, так в глазах яркий свет? – спросил Нестеренко.

– Валентин! Не вали все дерьмо в одну кучу, – повысил голос Гуров. – Извольте, господа офицеры, Линду установить, джип и Игоря установить.

– Ну, если джип принадлежит этому Игорю, то достаточно снять телефонную трубку, – заметил Станислав.

– Вот и кончайте маевку, товарищи большевики! Звоните, бегайте, землю ройте, мне срочно нужны все данные на машину, женщину, Игоря, Тихона. Где родился, крестился, учился и все прочее. А с голода мы пока не пухнем и по сравнению с большинством россиян живем отлично! – Гуров, чувствуя свою беспомощность, злился все больше.

– Сделаем. А в Индии смертность от голода неизмеримо выше, – заявил Станислав.

– Уйдите все тихо, без скандала, – сказал Гуров и отвернулся к окну.

Как и предполагал Станислав, владельца «Доджа», чей городской знак был известен, установили мгновенно, позвонив в ГАИ. Игорь Павлович Касаткин был владельцем пяти современно оборудованных палаток в районе Тишинского рынка.

Котов и Нестеренко утром выехали по Дмитровскому шоссе и без труда отыскали строительный участок, дом, в котором происходила оргия, административный центр, где застройщики были зарегистрированы, и бригадира, руководившего отделочными работами дома.

Оперативники не вели дотошных расспросов о застройщиках, не называли фамилию Касаткина, сообщили по секрету бригадиру, что разыскивают группу особо опасных преступников, скрывающихся якобы в районе новостроек.

Бригадир, мужик средних лет, не по возрасту плешивый, выслушал оперативников довольно равнодушно и рассудительно ответил:

– Насчет преступников, да еще опасных, сильно сомневаюсь, а вот что баб стадами возят и бордели здесь устраивают без стыда и совести, так оно точно. Только нас такое не касаемо, хозяин платит исправно, мужики у меня собрались работящие, употребляют в меру, в основном порядок. А ваши милицейские дела мне до… и даже еще дальше.

– И правильно, – согласился Нестеренко, – каждый человек своим делом занят.

Бригадир сразу подобрел, предложил самогону, но Нестеренко, сославшись на то, что за рулем, отказался, а Котов в разговоре не участвовал, облазил дом, искал следы крови, но не нашел.

Вернувшись в Москву, Котов из машины доложил Гурову, который буркнул в ответ:

– Молодцы, ищите Линду, или как ее там.

Гуров позвонил начальнику районного отделения милиции, на территории которого был прописан Касаткин. Начальника отдела не оказалось на месте, и Гурова соединили с замом по оперативной части. Гуров представился и не успел сообщить о цели своего звонка, как услышал радостный голос:

– Здравия желаю, господин полковник! Лев Иванович, здравствуйте, Каюров говорит, бывший опер второго отдела МУРа, вы наверняка меня не помните, а я вас очень даже хорошо знаю. Вы были начальником первого отдела, когда я только в МУР пришел. А потом вы с Крячко ушли в министерство к генералу Орлову, а я вскоре в район перебрался с повышением.