Не доставайся никому! - Галина Владимировна Романова

– О, боже! – снова простонал Максим, закатив глаза, и решительно полез из-за стола.

Никто его и не держал, между прочим. Сами попросили о помощи, теперь не обижайтесь.

– Она могла… – осторожно начала Алиса, похоже, она даже не заметила, что ее жених ушел на кухню. – Она могла нанести визит в ту квартиру, за которой наблюдала, и…

– Правильно! Умница! – Владимир тут же схватил ее руку и припал губами к тому месту, где билась синяя жилка под нежной кожей. – Она могла попереться туда с настырной своей головы и нарваться на неприятности. И ее – что? Правильно, ее устраняют, как помеху, как угрозу. Идем дальше…

Максим, до того чрезвычайно активно громыхавший в кухне посудой, вдруг затих и через минуту появился в дверном проеме. На плече у него висело полотенце, в одной руке он держал чашку, в другой сахарницу.

– А дальше у нас проявляет нетерпение кто? Правильно, Алисочка. Кто начинает сворачивать кровь преступникам и заставляет их нервничать? Снова она! Она ходит в полицию с жалобами, в прокуратуру. Толку от ее жалоб никакого нет, мер никаких никто не принимает, но ведь преступникам об этом не известно, так?.. – он вдруг запнулся и скомкал речь, побледнев так, что Алиса заволновалась. – Так, стоп! Стоп, господа!

Мысль, внезапно тюкнувшая Володю в темечко, была не нелепой, нет. Она была неожиданной. Кажется, до этого никто еще не додумался до него. Никто из этих троих.

– Откуда преступники могли об этом знать, а? Они не ведали ничего про Алису. Не знали о ее суете и о том, что никто не реагирует на ее жалобы. Им не могло быть известно о том, как работают правоохранительные органы с жалобами граждан. Не могло, но, выходит, они знали?!

На последних словах голос ему изменил, и Новиков дал такого петуха, что бледность на лице мгновенно сменилась пурпуром. Он страшно смутился. Тут же начал теребить край бархатной скатерти и совсем забыл, о чем пытался только что сказать, а мысль-то была верной, очень верной.

На помощь неожиданно пришел красавчик. От кого не ожидали!

– А вот тут я с вами, Владимир, не могу не согласиться, – до того момента слушавший его речь в дверях кухни, Максим снова шагнул к столу, сел на свое место. Чашку и сахарницу поставил перед собой. – Откуда эти гады могли что-то разузнать про Алису?! Живет себе человек и живет. Мало ли куда она идет: в библиотеку или в прокуратуру, так ведь? Она же это не афиширует. Кстати, ты подруге своей рассказывала про это?

– Тайке?

– Ну да?

– Говорила что-то. О чем-то умолчала. В принципе она была немного в курсе. Но это же не значит, что она… Она не могла, Максим! И Сашка знал, и Тайка, и…

– Так, стоп! – Володя, справившись со смущением, снова решил взять инициативу в свои руки. Он тут музыку заказывает, между прочим. – Мы сейчас об одном и том же говорим, правильно я понял?

– А что ты понял? – Андрей с хрустом откусил от яблока, обвел всех недоумевающим взглядом. – Я что-то вообще не догоняю, когда мы до дяди Пети дойдем?

– Будет и на его улице праздник, пацан, – пообещал Володя. – Мы сейчас с вами плавно ведем какую линию? Правильно! Линию участия в этом преступном деле представителей правоохранительных структур!

– Не понял! – открыл рот Андрюшка. – Попроще нельзя?

– Можно и проще… – Все, он снова заделался авторитетным, смущение долой. – Короче, я не исключаю того, что этих бандитов крышует полиция.

– Да вы что?! – ахнула Алиса. – Этого не может быть!

– Может, и еще как, – снова неожиданно поддержал Новикова Максим. – И я согласен с журналистом. Александра эта могла, конечно, нанести бандитам визит, но могла туда и не ходить вовсе. Они и так знали, что тетка воду мутит. И про тебя, Алис, потом опять же как они узнали? А? Кто-то им информацию сливал о твоих похождениях с жалобами. А кто был в курсе? Только твоя подруга и кто-то из органов. Кстати, подругу я бы тоже со счетов не сбрасывал. Очень уж она…

Максим брезгливо сморщился и помотал головой, вспомнив всевозможные уловки и вранье, к которым прибегала некрасивая девушка Тая.

– Одним словом, в ее поведении много странного.

– В ее поведении странность одна, – мягко возразила Алиса, неуверенно дернув плечом. – Она просто хотела тебя заполучить, и все.

Максим попытался что-то возразить и рот даже открыл, но Володя не позволил увести себя от животрепещущей темы.

– Прекратите отвлекаться, – тоном своего теперешнего начальника велел он и чуть не ляпнул про бомбу, которой он взорвет затхлое болото редакции. – Давайте доведем линию рассуждений до конца, а потом уже будем определяться с подозреваемыми… Итак, я не одинок во мнении, что банда преступников, промышляющих в городе убийствами и грабежами, имеет поддержку в силовых структурах. Так ведь?

Максим молча, но согласно покивал.

– Если это учесть, то станет понятна и осведомленность, и неуязвимость бандитов. В местном отделе могли, к примеру, отреагировать на сигнал от полоумной, пардон, ну… этой вашей Александры. Могли сходить и проверить квартиру?

– Так проверяли! – воскликнула Алиса. – Сашка сам ходил, он же участковый! Живет, говорит, там приличная семья. Муж, жена, двое взрослых сыновей. Работают, никого не тревожат. Жалоб от соседей нет. А что вещи на стульях были разбросаны, так это их соседи сверху затопили, и они будто бы шкаф освобождали и шубы сушили.

– Вот именно! – погрозил пальцем Новиков, взревев, как полоумный. – Вот именно, что будто бы! А топили ли их соседи на самом деле? Кто проверял?

– Дядя Петя! Он проверял! – вскинулся Андрюшка.

Он маетно вертел в руках огрызок, не зная, куда его подевать. На скатерть класть неудобно, может пятно остаться. В руках держать надоело. В кухню нести – пропустит все самое интересное. Вот слово за словом, а до дяди Пети все же добрались. Думал, думал, да и швырнул огрызок в пустую чашку. И, кажется, никто не заметил и не осудил.

– Ну? И проверил, и что? Топили или нет? – глянул на него Новиков строго. – Что он сказал?

– Ничего, – мальчик опустил голову. – Не успел он. Взяли его. Но по квартирам он ходил, откомандированный начальством из ЖЭКа. И вопросы задавал и про ремонт, и про всякие неполадки. Если ту квартиру в самом деле затопили соседи, то он должен был знать.

– Алиса, пиши, – скомандовал тут же Новиков и ткнул пальцем в большой пустующий пока квадрат с фамилией Аристов. – Спросить у него, был потоп или нет?

Алиса неуверенно вертела в руках авторучку, впервые усомнившись в здравости рассудка журналиста. Чего несет-то? Петр Иванович в застенках, как у него спросишь?! Да и смысла особого она в этом вопросе не видела, если все и так понятно: как только кто-то сокращает расстояние между собой и той страшной квартирой, так тут же попадает в беду.

Александра погибла.

На Алису саму покушались.