Свидание на небесах - Галина Владимировна Романова

Он почему-то был уверен в обратном ответе. Лагутин не разочаровал.

– Один комплект ключей у меня с собой, вторые всегда оставляю старшему охраннику. Как не оставлять? Мало ли что? Вдруг пожар или срочная эвакуация, меня в стране нет. Машина либо сгорит, либо утонет – и все. У моего друга так случилось однажды.

И Лагутин принялся рассказывать, как у его друга на одной из платных стоянок под гипермаркетом ночью затопило машину нечистотами из прорвавшейся канализации. Машину, конечно, потом вытащили, отмыли, но вонь стояла такая, что он в нее больше не сел.

– Считаете, что во время пожара кто-то кинется не себя, а вашу машину спасать? – продолжал язвить Сева.

– Не стопроцентный, но шанс есть. Они ведь все прикормлены у меня. Что бы им о моем имуществе не беспокоиться?

– И много беспокойных?

Воинов все же достал блокнот, решив записать адрес стоянки и имена работающих там. Но вместо этого получил из рук Сергея Ивановича рекламный буклет, в котором почерпнул полную информацию и о сотрудниках, и о месте расположения.

Сотрудников было восемь человек, девятым был начальник. Эти восемь делились на две двенадцатичасовые смены. Один – старший смены – должен был впускать и выпускать машины. Остальные трое объезжали на служебном транспорте ряды машин. Если верить словам Лагутина, в буклете это прописано не было, патрулирование осуществлялось раз в полчаса. Плюс неожиданное срабатывание сигнализации. Выезжать также приходилось, если в поле зрения камеры не попадала машина, на которой эта сигнализация срабатывала часто и по техническим причинам.

– Я сильно сомневаюсь, что именно мою машину видели в тот день, когда пропала ваша девушка, – усомнился в очередной раз Лагутин, провожая их к порогу. – Но… Тем не менее проведу внутреннюю проверку. Если что-то обнаружится, непременно позвоню…

– Можем рассчитывать на вашу помощь?

Воинов дружелюбно улыбнулся, пожимая руку хозяину.

Он и копейки бы гнутой не поставил на то, что этот высоко взлетевший дядя станет ставить в известность их – простых копов. Разберется по-тихому среди доверенных лиц. Пошерстит, пошарит, почистит ряды.

– Непременно! Непременно, уважаемые!

Он выдавил их на крыльцо под ледяные порывы декабрьского ветра. Провожать до калитки не стал. Кожа ног в прорехах джинсов сделалась синей и покрылась крупными мурашками.

– И на черта ему эти дырки, Саня? – недоумевал всю дорогу до собственного дома Сева. – Неудобно, должно быть, носить такие штаны?

– Чего же не спросил?

– Не до того было, – Сева мечтательно прищурился, причмокнул, вспоминая вкус дорогого виски. – Угощалися мы, Саня!

– Да уж! Я заметил! Как думаешь, станет жаловаться нашему начальству на наше самоуправство?

– С какой стати? Мы без наездов, как частные лица с частным лицом. Что такого-то? Никакого криминала!..

Криминал обнаружился утром, стоило им обоим явиться на службу. Их тут же вызвали на ковер к руководству и там сообщили такое!..

– Не может быть!!! – первое, что выскочило у Воинова.

– Ни хрена себе!!! – послал вдогонку Сева.

Они стояли перед начальством навытяжку и, не успев договориться с вечера, усиленно пытались сообразить, что именно надо говорить, если станут задавать вопросы. А вопросы посыпались, и отвечать пришлось правду и только правду, поскольку генерал с багровым от подскочившего давления лицом пообещал снять с них погоны и отдать под следствие, если они ему…

Дальше шли слова только непечатные.

Они и рассказали все-все. Начали с пропавшей Верочки, перешли к грузчику из магазина, потом переключились на тетку в красной косынке, ведущую зрительный обстрел вверенной ей кем-то свыше территории. Ну и закончили Лагутиным.

Что характерно, про Воронова они не вставили ни слова. И тот долго потом благодарно тряс им руки, в тоскливой маете прождав у их двери кабинетной почти час.

– Ребята, век не забуду! – сипел расчувствовавшийся участковый. – Мне эта Кристина всегда симпатична была. Нормальная баба, делом хорошим занимается.

– Твой-то какой там интерес? – не удержался, поддел его Сева. – Откат, что ли, получаешь?

– Нет… – Воронов засмущался до румянца. – Она моего племянника женила даром почти на хорошей девушке с капиталом. И мне… Мне одну встречу устроила. И я… И я пропал, ребятки…

– Влюбился, что ли? – ахнул Саша.

Воинов благоразумно помалкивал. Он был человек в отделе новый, мало что о ком знал.

– Не влюбился, пропал!!! – трагическим шепотом повторил Воронов. – Не могу без нее, и все! И жена есть, хорошая, умная и все такое, но… Ничего не могу с собой поделать!

– И по этой причине закрываешь глаза на чудачества старой сводницы?

– Да чего она такого сделала? Этому упырю три лишние встречи организовала? Так не платил он за них, там девочки платили. Я даже ведомость видел. И девочки к ней без претензий, поскольку были предупреждены насчет него. Он просто индюк, этот Лагутин.

Воинов и Сева переглянулись и, как по команде, печально вздохнули.

– Был индюк, да весь вышел, – изрек Сева, Воинов по-прежнему хранил молчание.

– Как вышел? Разорился, что ли?

Лицо участкового озарилось неподдельным счастьем. Вот истину изрекают про некоторых особей человеческого рода: у соседа корова сдохла, а тебе уже радость.

– Убили его, кажется, Лагутина-то. Только не наш он, получается, Григорий. А скорее ваш! – с нажимом произнес Воинов, впервые нарушив молчание.

Он включил чайник, достал чашку, подаренную ему Евой из домашних запасов, и насыпал туда столовую ложку растворимого кофе. Сева от кофе отказался. Он пил воду из полторашки, отдуваясь и отфыркиваясь.

– Как убили?! Когда?!

В полные щеки Воронова будто кто ткнул чем-то острым, с такой стремительностью поменялся овал его лица.

– Ночью. А как? – Воинов пожал плечами, жадно глотнул из чашки. – По сводкам, его сбила машина. Сбила и скрылась с места ДТП.

– Ну вот! – Воинов обрадовался. – Машина же… ДТП! А вы сразу убили, убили! Уф…

Григорий заворочался на скрипучем служебном стуле, щечки порозовели, набухли от улыбки.

– Ты, Гриша, погодил бы радоваться, – укорил его Сева, вылил себе в пригоршню минералки и плеснул в лицо, зажмурившись от удовольствия и временного облегчения. – На ДТП это мало похоже, поскольку в том месте, где сбили Лагутина, движения нет вообще! Тупик там. И чтобы сбить человека, надо было очень сильно постараться.

– И кто же так постарался? – скис мгновенно Воронов, напрягая колени, пытаясь их свести вместе. – Известно?

– Нет, неизвестно. Слышали люди из близлежащих домов визг тормозов, удар, но мало кому в голову придет в два часа ночи в окно смотреть. Да и тупик там, не видно ни черта.