Горький шоколад после любви - Мария Жукова-Гладкова

Оба не показывали ничего особенного. Но народ явно болел за «папика», да тут еще и супруга визжала, сжимала кулаки, прыгала на сцене так, что народ больше смотрел на нее, чем на сражающихся. Потом блондинка забегала кругами вокруг ринга, выскакивала в зал, ее пытались успокоить мальчики из секьюрити. Народ орал им, чтобы оставили девку в покое. У Ани не создалось впечатления, что хотя бы один из двух соперников когда-то занимался каким-то видом борьбы. Хотя… И она же чувствовала стальные мышцы Олега… Блондинка запрыгала вокруг ринга, теперь уже рефери попытался ее отогнать. Блондинка хотела залезть под веревки, рефери ее оттуда выгонял. Секьюрити на нее плюнули и демонстративно стояли спиной к сцене. Вместо них подключились помощники с обеих сторон, народ умилялся, улюлюкал. Целая группа людей носилась по рингу, мешая друг другу. Потом случилась какая-то свалка. Подбежали сотрудники клуба, стали разводить дерущихся по углам. Кто теперь с кем сражается, стало непонятно, но публике нравилось. Народ неистовствовал. Смирнова предложила поаплодировать жене участника, и блондинка (в несколько растрепанном виде) сорвала бурные аплодисменты. Она раскланялась, потом стала поднимать своего благоверного, которого немного качало из стороны в сторону. Да, на него же куча народу навалилась. Вроде бы он оказался в самом низу этой куча-мала?

Победительницей Смирнова предложила объявить блондинку, народ инициативу поддержал. Олег поцеловал ей руку и отошел к своим секундантам, муженек привалился к костлявому боку жены. «А ему вроде бы не очень хорошо, – подумала Аня. – Хотя – человек немолодой, а тут такая свистопляска… Но ведь никто же его не принуждал? Или жена заставила? Сама хотела покрасоваться?»

Откуда-то возник Астахов с букетом роз, поднялся на сцену, тоже склонился над рукой блондинки, поцеловал. Ее супруга помощники уводили за кулисы, поддерживая с двух сторон. Олег с секундантами просто спокойно прошествовал туда же, не привлекая ничьего внимания. Народ смотрел на блондинку и кричал что-то про шампунь.

Вакханалия скоро закончилась, народ, правда, остался пить и есть в клубе. Астахов попросил покинуть зал на полчаса и перекусывать в фойе, чтобы за эти полчаса обслуга клуба расчистила центр зала для проведения традиционной субботней дискотеки. Он приглашал на нее всех желающих.

Потом часть народа ушла, но большая осталась и на дискотеку. Аня решила задержаться: она на машине, то есть ни с каким общественным транспортом не связана. А вдруг удастся с кем-то познакомиться? Или что-то выяснить? Сегодня ее интерес к Смирновой и владельцу клуба будет вполне оправдан. По крайней мере, ни у кого не должен вызвать удивления.

Как заметила Аня, значительная часть сражавшихся на ринге бизнесменов и их помощников тоже осталась. Они общались с народом, но по большей части надирались, сидя у барных стоек. Может, в самом деле с каким-то бизнесменом познакомиться? Ей же надо мужа нового искать! Аня стала приглядываться.

И первым высмотрела не участника турнира, а мужика из следственной бригады, приезжавшего на труп, который они с Ольгой нашли на пустыре. Мужик пил водку в компании трех каких-то типов.

Аня осмотрелась. Представители городской администрации и милицейское начальство, которых Аня знала в лицо (благодаря средствам массовой информации), на дискотеку не остались. Смирнова, похоже, тоже, как и ее оператор. Другие операторы тоже свернули технику, и сейчас в зале не работала ни одна камера. И общий свет погасили. Освещение оставалось у главной стойки бара внизу, у стоек наверху, а центр зала освещался цветомузыкой. Народ уже поплясывал.

Внезапно Аня заметила Тихонова. Его тут же окружил народ. Сволочь! И почему Астахов не нашел ему достойного соперника? Замочили бы этого гада прямо на ринге! Аня еще спросит у Астахова! Кстати, а почему бы ей не пройти за кулисы? Она же там уже немного ориентируется. Что ей может сделать Астахов? Она вошла официально, по билету. И вообще, она хочет знать! Они же вроде бы договорились? Астахов разве не желает получить свои пятьдесят процентов? Отрабатывать их надо, Вячеслав Николаевич, а не в потолок плевать.

А вообще… Как мужик, Астахов очень неплох. Аня, несмотря на довольно унизительное положение, испытала с ним оргазм в обоих случаях. Даже несмотря на вторжение Смирновой.

И Аня проскользнула за кулисы.

Ее никто не остановил. Ей встречались люди из обслуги, но они не обращали на нее никакого внимания. Наверное, сегодня тут нарушен обычный порядок, и никто не знает, где кто должен быть и кому где быть разрешается.

Может, заглянуть в кабинет Астахова? Если его нет, спрятаться в душе и послушать…

Оглянувшись по сторонам, Аня проскользнула в знакомую дверь. Кабинет оказался не заперт и пуст. Свет выключен. Как и собиралась, Аня проскользнула в душевую. Ну не будет же Астахов тут еще раз мыться? Если и зайдет, то в туалет. Аня же притаится за второй дверью – душ закрывался.

Хотя Астахов может и не прийти…

Но он пришел. С Олегом. Аня не видела их из своего укрытия. Правда, она слышала голос Олега на ринге. Значит, все-таки он участвовал в боях? Какой еще может быть Олег? Имя, конечно, распространенное, но в кабинете Астахова Аня встречала только одного Олега. Значит, он. У самого Астахова вообще специфический тембр голоса – низкий, с хрипотцой.

– Возьми, Олег, – сказал Астахов. – Здесь десять тысяч.

Олег ничего не ответил. Так он или не он был сегодня на ринге? Аня опять засомневалась. Нет, пожалуй все-таки он. Но за что ему платит Астахов? За выступление на шоу? Десять тысяч? Хотя если рублей… Интересно, а Смирновой он сколько отвалит?

– Я нужен до следующей субботы? – уточнил Олег.

– Если потребуешься – позвоню. Только очень хорошо измени внешность! Чтоб никому и в голову не пришло связать тебя с ними!

– Вы уничтожите записи?

– Да. У меня есть человек в их холдинге. А оператор Смирновой в зале ничего не снимал.

– Если дело в одном операторе…

– Нет! – резко ответил Астахов. – Если что-то случится с Юлькиным оператором, она землю носом рыть будет. И кого только не подключит… И у него самого полно собутыльников в органах. Они же с Юлькой регулярно на трупы выезжают. Юлька за рулем, а оператор контакт со следственной бригадой устанавливает. Нет, не хочу связываться.

Астахов помолчал немного и добавил:

– Ты просто никогда не сталкивался по жизни с Юлькой. Ее очень хорошо иметь на своей стороне. И очень выгодно. Так пусть работает на меня, а не против. Я уже имел несчастье убедиться, что бывает, когда она против… Ты не представляешь, как у нее мозги работают… Этого ни один нормальный человек представить себе не может, – Ящер хмыкнул. – Но с Юлькой можно договориться. У нее мужской склад ума в сочетании с редкостной женской стервозностью.

– Это правда, что она помогла тебе бежать из «Крестов»? – спросил Олег.

– Правда. И ночью приходила. Ни одна другая из моих баб этого сделать не смогла. Но не надо будить в ней зверя… и вообще ее оператор – это тихий безобидный алкоголик. Классический подкаблучник. Он делает то, что она скажет. И сегодняшние кассеты – те, которые снимал он, скорее всего поедут к ней домой. Но в зале он ничего не снимал! Я специально смотрел. Он сидел рядом с ней и хлестал пиво. Мои люди по моему приказу специально ему подносили. Так что он, я уверен, вообще плохо помнит происходящее.