Семь чудес преступления - Поль Альтер

На следующий день, сразу после полудня, мы застали Уэдекинда в Скотленд-Ярде. Небо, такое же серое, как и накануне, а также угроза надвигающегося события не предвещали ничего хорошего первым дням июля. Не успели мы войти в здание знаменитой лондонской полиции, как разразился сильный ливень.

– Сегодня второе, завтра будет третье июля, – объявил инспектор тоном, не допускающим сомнений. – И у нас остается чуть больше суток, чтобы подготовить план действий. Впрочем, времени почти не осталось. С самого утра я собрал моих подчиненных и дал им точные указания. Первое среди них – найти всех моих людей с именем Анагис Карл. Пресса тоже была проинформирована, и специальный выпуск с предупреждением можно будет прочитать в послеобеденном издании. Второе – это постоянное наблюдение за Хайгейтским кладбищем. Здесь ничего не будет предоставлено случаю, поверьте мне. Теперь то, что связано с наблюдением за подозреваемыми. Сегодня и завтра полицейские поставят усиленную охрану перед усадьбой Северн-Лодж, имея приказ следовать без прикрытия за любым подозреваемым, вышедшим из дома. Установим также наблюдение за домом мисс Долл, пока она будет находиться внутри здания. Что касается завтрашнего вечера, указания примут еще более строгую форму. Это будет большая семейная, если можно так выразиться, встреча, так как мы все соберемся в Северн-Лодже – и полицейские, и подозреваемые. Незадолго до полуночи все отправятся на предполагаемое место преступления, на Хайгейтское кладбище, которое тоже будет под самым надежным наблюдением.

На лице инспектора промелькнула горькая улыбка удовлетворения:

– И теперь, говорю я вам, наш убийца должен быть очень плохо осведомлен, чтобы решиться на «седьмое чудо преступления»! Так как, с одной стороны, у нас будет под наблюдением почти все, а с другой – некто с именем Анагис Карл, равно как и никто иной, тоже не сможет проникнуть за ограду этого кладбища!

– Значит, вы думаете, что убийца не исполнит своего обещания? – задумчиво спросил Оуэн.

– Если это один из подозреваемых и если он уважает сроки, указанные в сообщении, это невозможно!

– Вопрос состоит в том, чтобы знать, – вмешался я, – будет ли он буквально соблюдать сроки, указанные в сообщении!

– Прежде час преступления конкретно не указывался, – заметил инспектор, – но дата соблюдалась точно, так же, как и имя будущей жертвы, и способ, которым она будет умерщвлена!

– Совершенно верно, – подтвердил Оуэн, доставая кисет с табаком. – Можно было бы добавить, что убийца точно отмерял степень загадочности, содержащейся в сообщении, в зависимости от опасности, которой сам подвергался, но нашего «живописца» невозможно было застать врасплох именно благодаря его честности, если можно так сказать.

– Значит, – вмешался я, – вы действительно думаете, что он попытается убить человека по имени Анагис Карл?

– Да, этого следует опасаться.

– Именно в объявленную дату?

– Учитывая все предыдущие представления, а также безошибочные поступки, по-моему, не стоит не доверять слову этого мастера. Он дорожит своей репутацией художника-преступника. И, следовательно, попытается успешно воплотить вызов в жизнь, что произойдет завтра вечером в указанное время!

– А место?

– Там, вероятно, он использует какой-нибудь хитрый прием, – сказал Оуэн, поворачиваясь к инспектору. – Но я полагаю, Уэдекинд, что вы тщательно изучили карту района и даже страны?

– Конечно, – ответил инспектор, пожав плечами. – И даже обратился к людям, более сведущим, чем я. Так что теперь мы точно знаем, что в Англии существует только одна деревня с названием Хейрвуд. Она расположена неподалеку от тех мест, где живет семейство Брук. Точнее, в трех милях. И, следовательно, не может быть ни малейшей ошибки в толковании. Впрочем, в Хейрвуде есть только одна церковь, находящаяся по соседству с кладбищем. Я сейчас отправлюсь туда, но у меня уже есть описание этой местности. Там нет ничего особенного, кроме того, что это кладбище довольно большое по сравнению с размерами церкви, и формой напоминает большую букву «L», оно изрядно заросло травой и почти слилось с лесом.

– Довольно большое? – удивился Оуэн. – Но какого черта? А что-нибудь вам еще известно?

– Ну что ж, я сейчас вас удивлю, господин детектив: да! – лукаво произнес Уэдекинд. – Представьте, полицейские Скотленд-Ярда, те самые тугодумы, которыми нас так любят изображать в газетах, обнаружили нечто любопытное! Это меня тоже заинтересовало, и я навел справки. Во времена Карла Первого эта деревня стала местом жаркой схватки между «кавалерами» и «круглоголовыми»^[5]. Фанатичные банды Кромвеля в этот день одержали победу. Кроме своих противников, они истребили много местных жителей, которых подозревали – справедливо или нет, неизвестно – в содействии «кавалерам». В общей сложности за одну ночь погибло более сотни человек. Однако, боюсь, данные воспоминания не сильно помогут в деле, которое нас интересует.

Оуэн, поглощенный набиванием трубки, ничего не ответил. Но, начав раскуривать ее, произнес с преувеличенной медлительностью:

– Самое срочное, что надо сделать, по моему мнению, это найти человека по имени Анагис Карл, и как можно быстрее. Кстати, вы расшифровали последнюю анаграмму убийцы?

Лицо инспектора расплылось в широкой улыбке:

– Конечно, дорогой Бернс. Вы, разумеется, принимаете меня за ничего не понимающего служаку, не умеющего считать до десяти!

– Почему вы так думаете?

– Потому что из семи чудес света остается одно, не использованное до сего времени. А значит, речь идет о гробнице царя Мавзола, знаменитом Мавзолее в Галикарнасе, воздвигнутом для погребения царя его супругой Артемисией Третьей, которая потребовала, чтобы размеры сооружения соответствовали ее горю и любви к усопшему. И тогда самые талантливые скульпторы и строители той эпохи воздвигли на берегу Эгейского моря грандиозный монумент с перистилем из тридцати шести ионических колонн, подпирающих пирамидальную крышу, украшенную статуями львов и увенчанную огромной квадригой…