Русская мышеловка - Марина Серова

Доплеру совершенно не нужен бунт на корабле. Тем более что заложники не требуют ничего экстраординарного. Подумаешь, вода, немного еды и лекарства! Пусть заложники получат все это. Пусть сидят тихо.

Интересно, почему торговец оружием до сих пор не перебил постояльцев отеля? Зачем их как овец гоняют под дулами автоматов из одного помещения в другое? Могу только предположить ответ. Первый таков — если спецназ Интерпола штурмом будет брать «Шварцберг», заложники нужны Доплеру живыми — чтобы было чем торговаться. Убить нас он всегда успеет. Скорее всего, преступник рассчитывает сделать это перед тем, как покинуть отель.

А как Доплер собирается спасать свою шкуру? Видимо, у него предусмотрен вариант отхода, причем основательный. Ведь свита у него большая — жена, дочь-подросток, маленький мальчик. Даже если это не настоящая его семья, вряд ли он прикажет перерезать им глотки. Каким бы он ни был, это уже перебор.

А сейчас мне нужно заманить одного из охранников в уединенное место, обезоружить и допросить. Поэтому я немного пошуровала в сейфе у Гримальди, готовя задел на будущее, затем выбралась из укрытия и повторно вырубила свет. На этот раз шаги Хромого были быстрыми и раздраженными. Охранник включил электричество и уселся в неудобное кресло в холле — видимо, с намерением не подпускать меня к распределительному щиту.

Но у меня и в мыслях не было повторять этот трюк в третий раз. К тому же меня уже и след простыл — и близко не было возле конторы хозяина. Мои шаги раздавались со второго этажа. Я скрипела и хлопала дверями, передвигала нетяжелую мебель — в общем, создавала видимость, будто что-то ищу в пустых номерах. Перед этим я спрятала один очень полезный предмет за растением в деревянной кадушке.

Хромой не устоял перед искушением найти и прикончить меня. Амбал поднялся и двинулся к лестнице. Отлично! Игра началась.

Экскурсия, которую я сама себе устроила в первый день в «Шварцберге», была затеяна мной неспроста. У меня привычка — прибыв на новое место, первым делом изучить пути отхода в случае опасности, укрытия и потенциально опасные места. Это не потому, что у меня хроническая паранойя. Дело в том, что мои поездки чаще всего связаны с работой. И моя задача — обеспечить безопасность охраняемого объекта. А если форс-мажорная ситуация все-таки возникнет, я должна быть к ней готова, и никакая неучтенная запертая дверь или стена на месте, где предполагается проход, не должна мне помешать.

Так что «Шварцберг» я знала отлично — может быть, кроме третьего этажа, где проживал Кабанов со своей семейкой. Но второй я изучила до последней скрипящей половицы и собиралась закончить игру с Хромым именно здесь.

Спасибо Леодегрансу — набор отмычек, который я получила в подарок, может спасти мне жизнь.

Проблема в том, что у Хромого есть автомат, а у меня нет. Непросто взять в плен хорошо экипированного, тренированного, вдобавок вооруженного до зубов профессионала. Я должна заставить его потерять самообладание, забыть обо всей его профессиональной выучке и немалом, судя по сплющенным ушам и жутковатой роже, жизненном опыте. Мне было нужно, чтобы цель — во что бы то ни стало поймать Женю Охотникову — стала для него предельно важной, чтобы она — эта цель — заслонила в его невеликом уме истинное положение вещей.

Настоящий расклад был для Хромого таким: у него имелся босс, авторитарный, неприятный и чрезвычайно жестокий тип. От босса Хромому и его напарнику было дано задание — держать под контролем отель и не спускать глаз с заложников. Казалось бы, оба задания Резвый и Хромой с блеском выполнили. Но тут одна девушка в термобелье испортила им всю игру. Поганка не только ускользнула от двух вооруженных мужчин, но и принялась вдобавок — как будто мало было проблем — хозяйничать в отеле, то и дело вырубая электричество. А если она решит вывести из строя отопление или освещение? А если она помощь приведет?

Поведение девицы в термобелье выглядело пугающе нелогичным. Что делает заложник, чудом вырвавшись из капкана? Первым делом старается оказаться как можно дальше от опасного места. То есть, рассуждая здраво, я сейчас должна на всех парах нестись на лыжах в сторону Брокенхерца, крича при этом во все горло: «Хелп! Хелп!»

А я что делаю? Мало того, что не спешу покидать отель, да еще затеяла какую-то партизанскую войну. Нет, я слишком опасна, и в живых меня оставлять нельзя! Так что нужно как можно скорее найти меня и прикончить. Вряд ли это будет трудно — я почти голая, на мне даже ботинок нет. Из оружия у меня только столовый ножик, хотя я и с ним неплохо управляюсь.

Вдобавок, если предъявить боссу мое бездыханное тело, тот не станет слишком уж усердствовать и спускать стружку за то, что амбалы упустили заложницу…

Примерно таким должен был быть ход мыслей Хромого. То есть я всячески старалась навести его на подобные идеи. Ради этого я даже показалась ему на секунду в проеме лестницы — достаточно для того, чтобы он увидел полураздетую стройную девушку, и недостаточно для того, чтобы успел высадить в нее полрожка.

Хромой оказался поразительно предсказуемым — попался в мою несложную ловушку. Я перекатилась по полу, и автоматная очередь ушла в пустоту. Точнее, изрядно попортила лестницу и деревянные стены. Ничего, если мы останемся живы, Гримальди мне еще спасибо скажет…

Я услышала тяжелые шаги по лестнице. Ступени под Хромым попискивали и прогибались. За то время, что охранник поднимался, я успела подготовить себе пути отхода — отмычка Леодегранса открыла мне дорогу в номер седьмой. В ожидании Хромого я оставила дверь полуоткрытой — чтобы амбал ни в коем случае не ошибся, раздумывая, куда я подевалась. Пусть проходит стадии моего собственного квеста, а не затевает что-то свое.

Номера второго этажа были самыми дешевыми. Потолки низковаты, комнаты маловаты и кажутся просторными из-за почти полного отсутствия мебели. В моем, кроме кровати, тяжелого шкафа и прикроватной тумбочки, — только ковер на полу да занавески на окнах. Между номерами второго этажа расположены ванные комнаты, из которых два выхода в соседние номера. Думаю, это сделано из экономии — лыжники люди непритязательные, одна ванная на двоих вполне их устроит. А кто мечтает о комфорте, пусть снимет номер подороже.

В соседнем с моим, шестым, номере семь никто не жил. Восьмой и девятый занимала троица деятелей порнобизнеса. Так что я проскользнула в седьмой номер и открыла двери ванных — еще раз «мерси» Леодегрансу! Теперь перед Хромым вставал нелегкий выбор — догадаться, за какой из дверей я прячусь.

Охранник вошел в седьмой и остановился, поводя головой, как Терминатор в моем любимом кино. Подумал — и двинулся в сторону моего собственного, шестого номера. Видимо, прикинул своим невеликим умишком, что я тоже знаю старую поговорку «дома и стены помогают». Может быть, у меня в номере оружие. Может, я там спрятаться хочу.

Хромой протопал в мой номер, внимательно его оглядел, даже под кровать заглянул. Когда он начал открывать дверцу шкафа, я вышла из номера восемь и заперла амбала у себя в шестом. Дверь он вышибал долго — минут пять. Когда Хромой вывалился в коридор, он тяжело дышал, а глаза его были налиты кровью.