Голое платье звезды - Дарья Донцова

– У Насти лишний вес? – спросила я.

– Она раз в пять шире тебя, – хмыкнул Кудрин, – вечно без толку на диетах сидит.

– Ей надо щитовидку проверить, – посоветовала я. – У нас есть постоянная клиентка, хирург-эндокринолог Оксана Степановна с очень смешной фамилией Глод. Милая женщина, все ей всегда рады – веселая, приветливая. Ну да, покупки делает небольшие, ведь у докторов, которые в муниципальных больницах служат, деньги в кармане не шуршат, а звенят. Но, несмотря на то, что Оксана Степановна нам кассу мощно не подпитывает, ее после того, что нам Нина Баркина рассказала, в вип-клиенты перевели. У этой продавщицы вес зашкаливал, она множество диет перепробовала, но только толще становилась. А потом к ней Глод подошла и тихо сказала: «Простите за бестактность, думаю, вам надо похудеть. Проблема у вас со щитовидной железой. Вот моя визитка, позвоните». Через год Нина стала стройной, как тростинка. Потом Глод прооперировала одну нашу кассиршу, причем шрам у нее на шее почти не виден. Теперь весь «Бак» чуть что к Оксане Степановне бегает. Она всегда помогает. Даже если не по ее части у человека проблема, отправит к другому хорошему врачу. Я тебе дам телефон эндокринолога, а ты его Насте перешли. Если диеты ей не помогают, значит, дело не в еде.

– Как раз в жрачке, – отмахнулся Алексей. – Почему эклер не ешь? Он свежий.

Я смутилась.

– Не сочти меня за снобку, но в Москве выпечка невкусная. Вот в Милане или Париже я не откажусь от пирожного. А у нас крем вечно не заварной, а сливочный. Кроме того, российские кондитеры охотно используют растительные сливки. Но ведь молоко не растет на деревьях! Взбитая белая масса на торте приготовлена обычно на основе кокосового или пальмового масла. Первое вполне себе ничего, а вот второе не самое полезное. Или того хуже – мастера на кухне взяли сухую смесь, а в ней ну очень много сахара, загустителей. И вкус у растительных сливок – фу-у. Поэтому я, несмотря на то, что очень хочу съесть эклерчик, не прикоснусь к нему. В Париже оторвусь, схожу в булочную Муло.

– Ты можешь не сожрать что-то, даже если хочешь этого, – подвел итог Кудрин. – То есть хочешь пирожное, но в рот его не суешь. А Настя бы на твоем месте вмиг эклер схомячила. У нее стоп-сигнал отсутствует. Диета Барбоси просто смех: утром слопает обезжиренный творог, полчаса смотрит на чайник, вздыхает и начинает безостановочно пить кофе. Без сахара – она же на диете. Зато наливает в него сливочки и лопает горстями сухофрукты, орешки. Мол, они очень полезны и вовсе не еда.

– Ничего себе! – воскликнула я. – Курага, финики и иже с ними очень калорийны, про орехи вообще молчу.

– Потом у нее диетический обед, первый полдник, второй полдник… пятый, десятый, – засмеялся Алексей, – ну и так далее. Эндокринолог, даже очень хороший, в ее случае не поможет. Необходим портной.

– Зачем? – не поняла я.

– Рот зашить, – объяснил Кудрин. – Смотри, тебе сообщение пришло, экран мигает.

Я открыла Ватсапп и увидела фото мужчины, лицо которого показалось мне смутно знакомым. Наверное, это один из вип-клиентов фирмы «Бак», из тех, у кого есть мой мобильный номер. Под снимком было написано: «Как тебе моя новая стрижка?»

«Прекрасно, – совершенно не покривив душой, ответила я. – Ты был у Стефано?»

Через секунду мне прилетело:

«Кто такой Стефано?»

Я задумалась. Мужчина не знает нашего вице-президента, члена Совета директоров француза Стефано, который родился с ножницами в руках? Стефано – волшебник, способный так постричь Бабу-Ягу, что та станет похожей на фею. Значит, мой абонент не наш вип-клиент. А кто? Надо попытаться это выяснить.

«Где тебя стригли? – задала я свой вопрос. – В салоне Альтосенсо?»

«В «Баке» по твоей рекомендации», – ответил незнакомец.

Я удивилась.

«Кто стриг?»

«Угадай».

– У тебя такой озабоченный вид. Что-то случилось? – напрягся Алексей.

Я отложила телефон.

– Мне звонит странный человек. Не знаю его, но определенно где-то видела. Шлет фото, общается так, словно мы друзья. Кто же он такой, а? Нет бы ему подписаться…

– Если он в Ватсаппе, то у тебя его номер определился, – подсказал Алексей.

Я схватила трубку, пробормотав:

– Ну, Степа, ты коза, не догадалась на контакт посмотреть…

И тут же, едва глянув на номер, воскликнула:

– Ой, это же Гаврюша! Врач-психиатр!

– У тебя личный доктор в сумасшедшем доме? – с самым серьезным видом осведомился Кудрин.

– Просто знакомый, – поспешила уточнить я, – я не являюсь его пациенткой.

– А-а-а-а, – протянул следователь, – а то я уж подумал…

Я не отреагировала на слова Кудрина, нажала на экран и спросила:

– Так кто тебя стриг?

– Нравится? – обрадовался доктор.

– Очень. Без идиотской челочки ты совершенно другой человек. Сразу изменился внешне в лучшую сторону. Я даже не узнала тебя.

Гаврюша ухмыльнулся.

– Твоя помощница – супер. Она вокруг меня ножницами щелкала и дудела: «Я всего лишь подмастерье, вот Степанида – гений».

– Твоя стрижка – работа Кристины? – не поверила я своим ушам.

– Фантастическая девушка! – восторгался Гаврюша. – Правда, я моложе стал? Спасибо тебе! Как насчет поужинать вместе?

– Сегодня я занята, – живо отказалась я, – в другой раз.

– Хорошо, – не обиделся Гаврюша.

Мне почему-то захотелось придумать причину, по которой я не смогу посидеть с доктором в кафе.

– С радостью пошла бы с тобой куда угодно, но вечером мне предстоит причесывать одну даму. К ней гости придут.

– Так это ж работы на час всего, – воспрянул духом Гаврюша, – могу подождать, пока ты освободишься.

– У нее еще четыре дочери, три внучки и две собачки, – в порыве вдохновения врала я, – раньше полуночи я не управлюсь.

– Ты и с животными работаешь? – с недоверием спросил Гаврюша.

– Напомни, чтобы рассказала тебе, как мы со Стефано кошачью свадьбу обслуживали, – захихикала я. – Прости, уношусь, на совещание опаздываю.

– Ясно. Ну тогда до завтра, – попрощался доктор.

Я положила телефон на стол.

– Врушка, – улыбнулся Кудрин.