Богат и немного женат - Маргарита Южина

Ответить матушка не успела – в дверях нарисовался жених.

– Простите, как то есть бомж? Что это за неуважение к отцу? Липушка, объясни мальчику, что по субботам я буду сечь его ремнем, он у тебя избалован!

– Ой, Дусик! Ленечка тебя уже принял за родного сына! – обрадованно захлопала в пухлые ладошки Олимпиада Петровна.

Дуся от такого предательства только крепко сжал зубы, демонстративно наплевав на присутствующих, достал свой телефон и набрал номер Раечки.

– Раиса! Немедленно приезжай за мной и забирай к себе!.. Да, случилось! Я переезжаю к тебе. А потом... потом я, пожалуй, на тебе женюсь. Уж лучше ты, чем невеста – бабушка!.. Нет, она не моя невеста! Неважно! И вообще... у меня есть дочь, Машка, ты должна ее полюбить... ах, ты ее уже полюбила? Это ты правильно сделала. Все, я тебя жду!

И Дуся закинул ногу на ногу и отвернулся к окну.

Олимпиаду Петровну такое поведение сына взволновало.

– Дуся... Дуся! Ты не можешь вот так сейчас взять и жениться! – испуганно воскликнула она.

– Почему? – повернулся к ней сын. – Мы уедем в коттедж, который достался мне от отца и который ты уже столько времени сдаешь! И, между прочим, я совсем не вижу тех денег, а коттедж-то мой! И счета в банках... они на мое имя, я теперь буду распоряжаться ими сам! А не так – «Дуся, сбегай, сними с книжки сотенку, мне не хватает на шубку»!

– Липушка, я, пожалуй, не стану ждать субботы, я его сегодня высеку! – вставил свое веское словцо Леонид Семенович.

– Во! – вздернул брови Дуся. – Слышала?! Папочка!

– Нет, погоди, погоди, – перебила его Олимпиада Петровна. – Это что же получается, я буду жить только на одну пенсию?

– Липушка, нам не хватит! – снова влез женишок. – У нас были большие планы!

– Ну ты себе и нашла кавалера! – покачал головой Дуся. – А по поводу пенсии... У тебя теперь муженек есть! Пусть он тебя и содержит!

Старичок на такое предложение отреагировал весьма однозначно – содержать будущую жену он не желал. Мало того, он рассчитывал, что это именно она станет снабжать его деньгами.

– Липушка, – зудел он возле уха возлюбленной, – а ты скажи ему, что у твоего мужа совсем не то здоровье, чтобы содержать черт-те кого.

– Мам, не черт-те кого, а тебя. Себя я сам прокормлю...

– Еще бы! С такими-то деньжищами! – не утерпел Леонид Семенович и завистливо заскрипел зубами.

В это время за окном раздался знакомый сигнал Раечкиной машины.

– Все, я пошел, – поднялся Дуся. – Разбирайтесь сами со своими чувствами, с финансами, и вообще – не буду мешать строить вам планы на жизнь.

– Я тебя никуда не пущу! – Олимпиада Петровна загородила дверь спиной.

– Липушка, ты не его не выпускай, ты его документы спрячь! – назойливой мухой зудел Леонид Семенович.

– Дуся... ага, сейчас, документы... – Олимпиада Петровна кинулась к серванту. – Дуся! Евдоким! Куда ты подевал свои документы, паразит?!

– С некоторых пор я ношу все с собой, во всяком случае, деньги и документы, – важно сообщил Дуся, не вспоминая, однако, что носить их стал сразу после того, как его обобрали раскрашенные «сестренки».

– Ух ты боже ж мой! Не прошло и месяца, а ты так поумнел, – покачала головой Олимпиада Петровна.

В это время раздался звонок в дверь. Олимпиада Петровна открыла и нос к носу оказалась с Раечкой.

– И что это такое? – спросил она у сына, кивнув на незнакомую девицу. – Ты можешь мне объяснить – ЭТО что?

– ЭТО моя жена! – гордо дернулся Дуся, но потом все же добавил: – Будущая.

– Же-е-ена-а-а-а?!! – завопили матушка и Раечка в один голос.

– Да я сейчас эту твою жену!.. – первая очнулась от ступора Олимпиада Петровна.

– Спокойно! – выставила вперед руки Раечка. – Я думаю, у нас еще будет время познакомиться... Дуся, где наш ребенок?

– Ребенок! – позвал Дуся.

Из детской вышла Маша с одним бантом на кудрявой головенке.

– Девочка моя, – сразу по-свойски подошла к ней Раечка. – И кто тебе завязал этот ужасный бант? И почему он один? Сейчас так уже никто не носит. Ребенок... Кто-нибудь мне скажет, как зовут мою дочь?

– Маса, – отчетливо проговорила девочка.

– Пойдем, Мария, я сделаю тебе прическу... – Раечка повела девочку в комнату.

– Мария! Не доверяй свою голову никому! – безнадежно крикнула Олимпиада Петровна, всхлипнула и повернулась к Евдокиму. – Ну не забирай хоть Машку сейчас, ирод! Вам же надо коттедж в порядок привести! Чего ж ребенок будет пылью там дышать?

– А ты, Липушка, не лезь! Родители сказали – поехали, значит, пусть ребенок едет! – влез в разговор Леонид Семенович.

Его-то как раз отсутствие маленькой Маши очень даже устраивало. Он еще в отпуске натерпелся – Олимпиада только возле внучки порхала, и это в то время, как на нее обратил внимание самый настоящий мужчина!

– Пусть забирают девочку, – добавил он, вспомнив все обиды. – Чего ты за нее уцепилась?

– Да пошел бы ты! – рявкнула на женишка Липушка так, что тот присел. – Дуся... давайте сейчас устроим небольшой обед, чтобы все вместе, а?

– А я предлагаю не сегодня. – Раечка появилась с Машей за руку. – Я вас завтра приглашаю в ресторан, чтобы отметить наше знакомство. В «Новгород».

Олимпиада Петровна крякнула, всхлипнула и растерянно заморгала.

– Мы согласны! – напыщенно пробасил Леонид Семенович. – Ни на какой другой ресторан я б не согласился, но «Новгород»...

– И главное, никому ничего не надо готовить, – хитро посмотрела на Олимпиаду Раечка.

– Ах, делайте что хотите, – отмахнулась та. – Но Марию я сегодня не отдам, девочка слишком устала, ей нужен отдых в собственной кровати. А ты, Дуся... Евдоким... ты можешь идти. Можете идти, но завтра... завтра обязательно приди домой, я тебя переодену, чтобы ты в ресторане не выглядел чучелом.

– Поверьте, ему есть что надеть, но он отчего-то все эти вещи бережет, – мило улыбнулась Раечка.

– Так а зачем ему новые-то? – забылась на минутку матушка. – У него костюмчик еще целенький, когда я его покупала... а, аккурат на выпускной! И еще рубашечка фланелевая!

– Мама, у меня их уже нет, Раечка их выбросила.

Олимпиада Петровна так сверкнула глазами, что казалось, шторы вспыхнут от такого накала. Но Раечка вынесла это спокойно.

– Ну конечно, а чего ж такого видного мужчину позорить... хотя, я теперь подумала... вашему жениху на свадьбу бы сгодился.

Жених думал иначе. Он задергал кадыком, стал вытягивать шею и даже что-то такое пискнул.

– Ну выкинула и выкинула, – махнула рукой Олимпиада Петровна. – А женишку... да на кой черт ему костюмчик? Мы ж не будем устраивать шумное торжество! Слава богу, не он первый. Мне никаких денег на эти свадьбы не хватит.