Дама со злой собачкой - Дарья Калинина

– Если вздумаете орать, вам же хуже будет! – сообщил девушкам самый крупный из них, заметив, что Инна уже открыла рот.

После этого Иннин рот поспешно захлопнулся, так как в руках мужчины тускло блеснуло что-то, удивительно похожее на дуло пистолета.

– Хорошая девочка, – похвалил ее тот же самый бандит, видимо, главный среди этой троицы. – А сейчас вы будете совсем паиньками и поедете с нами в одно уютное место. И учтите, если вы вздумаете бежать, то хоть нам и поручено обращаться с вами вежливо, но мы также имеем инструкции – стрелять по ногам.

– И не думайте, что это шутка! – оскалил зубы второй бандит.

И в качестве подтверждения своих слов он схватил онемевшую Ленку за шиворот и поволок к выходу.

– Эй! Ее отпустите! Она тут вообще ни при чем. Мы с ней познакомились буквально час назад! – воззвала к голосу разума бандитов Мариша.

– Ничего не поделаешь, не повезло девочке, – сообщил им главарь. – Она тоже поедет с нами, и кончен базар!

И, развернув к себе лицом перепуганную Ленку, внимательно вгляделся в ее лицо.

– Ты поняла? – спросил он.

Ленка молча затрясла головой, показывая, что и не думала сопротивляться такому сильному человеку. Кажется, ее поведение несколько успокоило бандита. Он слегка ослабил хватку и даже обнял Ленку за талию, когда все выходили из дома. Там во дворе их уже ждала машина. Трех подруг усадили во внушительных размеров «Ниссан-Патруль», и вся компания двинулась в неизвестном направлении.

Из разговоров похитителей подруги поняли, что имеют дело вовсе не с бандитами, а с работниками частной охраны какого-то большого человека. Хотя, если честно, рожи у этих охранников были самые что ни на есть бандитские, как, видимо, и их прошлое. К тому же у всех троих были в свое время переломаны носы, а морды и руки украшали многочисленные шрамы, количество же родных зубов у всех троих было существенно меньше положенного природой.

За разговорами джип вылетел на Приморское шоссе и помчался в сторону элитного пригородного поселка – Лисий Нос. Располагался он на берегу залива, своей формой напоминающего данный орган животного, от которого и получил свое название. До перестройки тут был обычный дачный поселок, уже в то время пользующийся доброй славой благодаря близости к городу, удобному авто– и железнодорожному сообщению, а также из-за отличного песчаного берега Финского залива, до которого было рукой подать. После перестройки нувориши начали быстро скупать дачные участки. И на месте неуклюжих деревянных строений выросли современные коттеджи с горячей водой, выделенной линией Интернета и спутниковым телевидением. Возле одного из таких симпатичных коттеджей и затормозила машина с подругами.

За ажурной чугунной оградой росла густая живая изгородь, даже зимой деликатно загораживающая от любопытных глаз его обитателей. Наверное, летом тут был просто рай земной, устроенный умелыми руками декораторов. И даже сейчас под снегом просматривались очертания ландшафта. Там несколько сосенок, здесь под снегом выгибается изящный мостик над одетым в лед ручейком. Все это подруги разглядели в мягком свете нескольких фонарей, расставленных по периметру дома.

– Выходите! – велел один из парней подругам. – Приехали!

Девушки послушно выбрались из машины. «Ниссан» неторопливо покатил к поднимающимся воротам гаража, а возле девушек появились еще двое крепких молодых людей и симпатичный стаф, весело скалящийся на подруг. Впрочем, приветливость пса и улыбки парней не ввели подруг в заблуждение. Улыбки в любой момент могли смениться звериным оскалом, а пес, все так же весело скалясь, вцепился бы в них. Поэтому подруги и не думали расслабляться. Тем не менее они не могли отрицать, что пока обращались с ними очень вежливо.

В доме девушкам предложили раздеться и пройти в гостиную, где их уже дожидался хозяин дома. К этому времени любопытство подруг уже достигло апогея, поэтому, быстро раздевшись, они помчались в указанном направлении.

Гостиная была обставлена в стиле воинствующего минимализма. Все чрезвычайно дорого, холодно и неуютно. Голые светлые стены с несколькими картинами и полочками со стеклянными штучками причудливой формы. Темный ковер на плиточном полу. Угловатая мебель, обилие тусклого никеля, стали и стекла. Даже огонь в камине был ненастоящий. Языки холодного огня лизали какие-то химические гранулы, совершенно не давая тепла.

Хозяин комнаты оказался под стать дизайну. Мужчина лет шестидесяти пяти в строгих темных брюках и плотно облегающей куртке из какого-то странного материала, напоминающего резину для костюмов аквалангистов. Его седые волосы тщательно уложены, а на ногах – ботинки. И это вечером, у себя дома и при том, что других гостей, кроме подруг, сегодня явно не ожидалось! Да и глаза у хозяина дома оказались неприятные. Серые, холодные, без намека на душевность.

– Меня зовут Архимед Иванович, – быстро представился он подругам. – И я сразу же приношу вам свои извинения, что из-за желания побеседовать с вами я мог нарушить ваши собственные планы на этот вечер.

– Ничего страшного, – так же вежливо заверила его Инна. – Никаких особых планов у нас и не было.

После этого обмена любезностями в комнате повисло молчание. Подруги ждали, когда же Архимед приступит к разговору, ради которого их сюда и притащили. Наконец хозяин заговорил:

– Я пригласил вас к себе, желая поговорить о кольце с синим камнем, которое попало к вам в руки.

– О кольце? – эхом откликнулись Инна с Маришей, удивленные до предела.

Они уже успели вообразить себе целую кучу причин, по которым этот странный холодный старик пригласил их к себе. И злосчастное кольцо среди этих причин не фигурировало.

– Ну да, о нем, – с некоторым раздражением кивнул Архимед. – Я знаю, что у вас имеется старинное кольцо с синим брильянтом и двенадцатью довольно крупными брильянтами вокруг него. Так вот, я хочу знать, откуда оно у вас?

Подруги переглянулись. Интерес этого человека к кольцу, которого у них к тому же больше не было, сильно им не понравился. А еще больше им не понравился прямо-таки маниакальный блеск, которым загорелись глаза Архимеда.

– Но о каком именно кольце идет речь? – деловито спросила Мариша с таким видом, словно через ее руки за неделю проходило как минимум десятка полтора колец и все с синими брильянтами и старинной работы.