Блондинка в Монпелье - Наталия Левитина

* * *

Жан-Поль свернул с шоссе на боковую дорогу, и вскоре мы остановились у маленькой заправки. Фасад магазинчика и навес над колонками были раскрашены в яркие цвета. Я сразу отправилась в здание. Прошла сквозь стеклянную дверь, миновала ряды полок с разнообразным товаром и достигла цели — крошечного, но сверкающего зеркалами и опрысканного освежителем туалета.

Вернувшись обратно, я увидела, что наша красотка «Ауди» стоит поодаль, но Жан-Поля за рулём нет. Наверное, в этот момент он тоже избавлял организм от лишних запасов жидкости.

К заправке тем временем подъехала, вздымая пыль колёсами, «Тойота», битая и ржавая. Вместе с ней нёсся ураган диких звуков — из открытых окон машины рвалась музыка, воздух вибрировал, земля содрогалась от бешеного ритма. Из замызганной тачки вывалились один за другим три парня лет двадцати устрашающих габаритов. Это были негры в мешковатых спортивных костюмах и сморщенных гармошкой шапках-«презервативах». Их чёрные лица лоснились на солнце. Наверное, с шапками они переборщили, как-никак июнь в самом разгаре. В июне тепло даже у нас, в нашем суровом климате, а что уж говорить о Провансе.

Я скользнула по утеплённым парням равнодушным взглядом и направилась к «Ауди». Пришлось продираться сквозь плотную завесу зубодробительных звуков. Басы заколачивали в землю гвозди, солист визжал, словно кошка, попавшая в вентилятор. Юноши озабоченно переглянулись и заорали что-то друг другу. Они возбуждённо сверкали белоснежными белка́ми и зубами, оттопыривали губищи…

Один бугай бросился ко мне, протянул в мою сторону огромные лапы.

Я испуганно шарахнулась от него:

— Отвали! Чего надо?

Парень с шапкой на бровях улыбался и что-то голосил, стараясь перекричать музыку. Одного из юношей вдруг осенило — он сунулся в салон и убавил громкость. И вот уже ко мне приблизились все трое. Они явно чего-то от меня хотели, куда-то показывали, что-то объясняли.

— Да идите вы на фиг! — возмутилась я. — Брысь! С дороги!

Путь к машине был отрезан, бока автомобиля призывно серебрились на солнце, лобовое стекло пылало золотом… Но добраться до убежища я не могла, дорогу перекрывали три туши.

Я беспомощно оглянулась. Кроме нас на площадке у колонок не было ни души. Вдали шумело шоссе. Хозяин заправки если и видел происходящее сквозь стеклянную стену магазина, то не спешил на помощь.

Где Жан-Поль? Где его носит? Мы не так много выпили кофе на завтрак, чтобы радовать своим обществом унитаз целых пятнадцать минут!

Парни продолжали теснить меня к пыльной «Тойоте», я не знала, что они замыслили. В их разгорячённой скороговорке понятным было лишь одно слово — «мадам».

Вдруг мне стало очень страшно.

— Что вы … привязались, … уроды! — заорала я им, сочно приправляя фразу ядрёными ругательствами. — Говорите, мать вашу, по-английски! Я вас не понимаю!

Один из парней схватил меня за локоть, его рожа исказилась скабрезной ухмылочкой. Двое других тоже тянули мерзкие ручонки к моему божественному телу.

Безумная ярость накрыла меня белым покрывалом. Я на миг оглохла и ослепла, а когда вернулась к действительности, от страха не осталось и следа. Наверное, удар ногой в интимное сплетение нервных окончаний получился довольно сильным, так как через мгновение один обидчик валялся на земле, подтянув колени к животу и матерясь, а двое других замерли от неожиданности.

Хорошо я ему заехала!

Вот почему Володя называл меня Джиной Карано!

Минутную передышку — прежде чем публика опомнилась — я использовала эффективно: рванула с места со скоростью шаттла, выходящего на околоземную орбиту. На бегу увидела, как из магазина появился с пакетом в руках совершенно спокойный и умиротворённый Жан-Поль.

— Уезжаем! Быстрее! — крикнула я ему на ходу. — Я тут одному придурку по яйцам зафиндилила! Сейчас нас будут убивать.

Жан-Поль мгновенно оценил ситуацию. Он не стал читать нотацию о толерантности и хороших манерах, а просто сиганул к нашему автомобилю быстрее зайца. Мы вскочили в машину и рванули с места, визжа покрышками.

Бугаи тем временем затащили в машину скрюченного братана, и «Тойота» ринулась за нами в погоню.

— Чего они от вас хотели? — воскликнул Жан-Поль, посматривая в зеркало заднего вида.

— Наверное, спросить сколько времени, — предположила я.

— Но вы не стали разбираться, а уложили одного из них на землю.

— Между нами возник непреодолимый диссонанс с примесью расовой и гендерной неприязни.

— Всего-то? Наверное, вы всё же погорячились. Что же вы, голубушка, сразу по яйцам лупите?

— Давайте остановимся, и я попрошу у него прощения.

— Нет уж. Лучше я прибавлю газу.

Так как с заправки Жан-Поль свернул в сторону, противоположную от шоссе, сейчас мы пылили по какой-то просёлочной дороге среди полей. Преследователи не отставали. Я вертелась на сиденье, наблюдая за «Тойотой», подпрыгивающей сзади в клубах пыли. Наверняка в багажнике у обиженных парнишек найдётся пара-тройка бейсбольных бит… Дети! Куда им до меня. Я гораздо круче: недавно в моём багажнике полиция нашла труп.

— Жан-Поль, поднажмите! У вас хороший автомобиль — мощный, резвый! Дайте же ему волю!

— Неужели я дождался хоть какого-то комплимента? — обрадовался француз.

— Где тут комплимент? Вы едва плетётесь. А нам надо удирать изо всех сил! Эта загорелая троица настроена очень воинственно.

— Вы их немножко разозлили.

Внезапно я увидела, что «Тойота» притормозила, а потом и вовсе остановилась. Из-под капота пошёл сизый дым, преследователи вылезли из машины и бессильно смотрели нам вслед, размахивая руками и посылая проклятия.

— Ура! — воскликнула я. — Мы выиграли эту гонку! Но только потому, что у них сломалась машина.

— Да ладно! — самоуверенно ухмыльнулся Жан-Поль. — Я бы обязательно оторвался.

Наше путешествие продолжалось ещё полчаса, прежде чем мы поняли, что заблудились. Мы плутали по лугам, неслись по дороге в совершенно безлюдной местности, ныряли в тенистые рощи оливковых деревьев с шелковистыми листьями и выбирались из зарослей, чтобы вновь окунуться в простор расстилающихся вокруг полей.

Жан-Поль жадно шарил глазами в поисках указателей, но мы, очевидно, заехали в глушь, поэтому мой водитель выглядел всё более обескураженным.

— Я немного запутался, — наконец признался он. — Совсем не понимаю, где мы сейчас находимся.

— Без навигатора заблудиться — раз плюнуть, — укоризненно заметила я. — Вот что бывает, когда пренебрегаешь достижениями научно-технического прогресса. Вот скажите, почему у вас нет навигатора?

— Ленусик, — мягко сказал Жан-Поль. — Хватит на меня наезжать, ладно?

— Ладно, — вздохнула я. — Не буду. Но если бы…