Собачий вальс Мендельсона - Маргарита Южина

Сашка сразу успокоилась. Ефим был здесь! А он разбирался во всех этих выставках не хуже Козлятиной. Он прекрасно знал, где лучше затихнуть, а когда позвать собаку.

Жора теперь стоял как влитой, показывая отличную линию спинки.

– Жора, а я тут! – крикнул вдруг откуда-то со стороны хвоста Павел.

Крики Соколовского слышал не только Жорка, но и Астуров. И реакцию хозяйки на эти крики тоже заметил. И немедленно решил внести свои корректировки – он тоже умеет кричать!

– Паша! – нервно обернулась к нему Сашка. – Замолчи! Жорка сейчас вертеться начнет!

Ну как за несколько секунд объяснить человеку, что с хвоста кричать не надо: собака начнет не вперед вытягиваться, показывая все преимущества, а как раз наоборот! Некогда объяснять, просто не время и не место сейчас беседы разводить.

Но Павел решил по-другому.

– Саша, меня вот, например, обижает, что…

Собаки снова побежали по рингу, и Сашке не посчастливилось узнать, что конкретно обидело ее молодого человека.

Они все же заняли это долгожданное первое место! Радость была еще больше от того, что и Супер, и Джеймс получили призовые места! Судьи даже отметили, что было «очень трудно выбрать», но «такой радостный настрой собаки и хозяина»…

Сашка вылетела с ринга с Жориком на руках и не переставала его целовать.

– Жорка, мы сделали это! Жорик! Ты – победитель!

– Погоди, Саша, – тут же подошел Павел. – Вот вам цветы, но…

– Сашка! – подлетела Оксана. – Ну вы наха-алы! В следующий раз я тоже буду скалиться во всю физиономию! Молодцы! Жорик, не смей кусать Супера, он в печали!

– Саш-ка! – подбежала Татьяна. – Ну, класс! Джеймс, фу! Только чтобы на следующую выставку куда-нибудь за границу вместе с Ариной и Арни!

– Да погодите вы, – насупился Павел. – Саша, пойдем отойдем, а то…

– Та-ак, – точно ледокол, пробиралась через окружение заводчица Ершова. – Ну и чего? Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты Жорку выставляла?! Вот чего парня держала? Давно бы уже чемпиона получили. Все, сейчас в Москву.

– Вы, конечно, простите, – обратился к ней Павел. – Но у нас другие планы!

Ершова даже не посмотрела на него, только рукой махнула:

– Ваши планы мне фиолетовы. Саш, а вы к Москве готовьтесь. Да, и груммера я тебе другого дам. Все хорошо, но хризантему у Жорки надо интереснее сделать, она у него богатая.

– Мы с Александрой вообще-то в Америку уезжаем, – снова пытался прояснить обстановку Павел.

– Рановато, – качнула головой Ершова. – Вы еще здесь не все показали. Саш, я тебе позвоню.

Сашка кивала, что-то отвечала, смеялась, целовала Жорика, а глаза сами собой искали Соколовского. Ну надо же! Какой верный, замечательный друг!

– Саша… а кого это ты выглядываешь? – сразу все понял Астуров. – Этого крикуна?

– Да, Ефима. Ты его не видел?

– Зачем?

– Ну, мне же надо договориться с ним. Я же Жорика ему оставляю, – еще раз, но уже не так радостно посмотрела на Жорку Саша, и на ее глазах выступили слезы. – И твоего кота тоже.

– Саша, это не мой кот. Это похожий.

– Паша, – прильнула к нему Сашка. – Ну, не злись. Но с ним же надо договориться.

– Пойдем, – решительно взял под руку Сашку Павел. – Вон он, пойдем к нему.

Соколовский стоял уже возле выхода.

– Поздравляю, – улыбнулся он, когда Сашка с Павлом к нему подошли. – Жорик, ты молодчина. А чего сначала такой кислый был? Саш, я тебе говорил, чтобы ты его утром не перекармливала перед выставкой. Он тогда вялый.

– Ой, Ефим, – щебетала Сашка. – Я думала, мы «хорька» схватим! Так боялась! А Жорка…

– Вы возьмете собаку? – прервал ее Павел. – А то мы с Сашей в Америку летим.

– Да, я в курсе.

– Ефим, только на время, – сразу же затараторила Сашка. – Мы только обустроимся, и я сразу же заберу Жорика. Не могу я его в багажном отделении, я уж все передумала…

– Я?! Жорика?! – растерялся Соколовский. – Я, конечно, возьму, но… Он же с ума сойдет без тебя, Саш!

– Саша тоже без него с ума сходит, – проговорил Павел. – Поэтому мы заберем Жору в самое ближайшее время.

– Только Жору? – удивился Ефим. – Но там же еще Бакс. Кот.

– Да, – кивнул Павел и криво усмехнулся. – Но это же ваш кот.

– Ефим, ну так ты возьмешь? – умоляюще смотрела на него Сашка. – Я больше… Жорка ни с кем больше не сможет.

– Да не вопрос, – дернул плечом Соколовский и вышел.

Только после выставки Сашка смогла всерь-ез заняться свадьбой.

– Девочки, – говорила она перед свадьбой на вечерней прогулке, – только ничего не перепутайте. Хотя вы все знаете, вам только повторить… Оля, ты с Орионом пойдешь вместо нас с Жориком, только, наверное, Джеймсу лучше идти первым, как думаете?

– Поставим вперед Джеймса, – кивнула Татьяна. – Он спокойно пройдет без Жорика.

– А Жора где будет? – спросила Юлиана.

– А Жора со мной, я его на ручках держать буду, – пояснила Сашка. – Да, девчонки, деньгу я вам уже отдала, да?

– Ты уже рассчиталась, – кивнула Кира. – Но, если хочешь, можешь еще раз.

– Кира! – стыдливо вскинулась Юлиана. – Саша и так…

– Юлиана, а ты не знаешь, что невестам ни в чем нельзя отказывать? – строго посмотрела на нее Кира. – И если уж она захочет!

– Ну, вроде все готово, – вздохнула Сашка. – Вроде бы все учла, а я так волнуюсь.

– И она еще удивляется!

А после прогулки пришел Павел.

– Саша, девочка моя, у тебя все готово? – заботливо спрашивал он. – Мы ничего не забыли?

– У меня все готово, – кивала Сашка. – Я ж по списку все делала, а то бы непременно запуталась.

– Все будет хорошо, – ласково улыбался он и тыкался ей в макушку.

У Дворца бракосочетания было, как обычно, шумно и радостно. Невесты, в белых и пышных, точно облака, платьях, радовались искренне, на полную катушку, женихи показушно – уверенные, эдакие мачо, гости то и дело щелкали фотоаппаратами…

Когда из белого лимузина вышла очередная невеста, на нее сначала даже никто особенно не обратил внимания – вон сколько тут невест! Но, когда по краям ее длинной фаты встали маленькие беленькие собачки в черных галстуках-бабочках, все присутствующие расступились.

В шаге от собачонок бежали их хозяйки и отдавали последние команды:

– Супер, не смотри по сторонам, так и шагай. Блин! Мы же за Виской! Супер, Виска – девочка стерильная, нечего ей в хвост смотреть!

– Джеймс, мальчик мой… Сейчас вот так и шагай. Не сейчас, а когда эта тетенька пойдет. В общем, сидеть.