Жаба с кошельком - Дарья Донцова

– Почему? – ласково улыбнулась я, великолепно знаяответ.

– Есть такое понятие, как тайна вклада, – не дрогнулуправляющий, – примерьте ситуацию на себя. Как бы вам понравилось, начнимы рассказывать всем о движении денег на вашем счету!

– Меня не интересует его финансовое состояние, только адресили место работы.

– Это абсолютно закрытая информация.

– Даже для меня?

– При всем моем глубоком уважении к вам да!

– Я не собираюсь использовать эти сведения в преступныхцелях, просто хочу знать: есть ли такой клиент и где он живет. Это все!

– Дарья Ивановна, – без улыбки ответил ОлегСеменович, – в случае выдачи вам этих сведений я рискую рабочим местом.

Я секунду смотрела на него. Делать нечего, придется«ломать» управляющего, интеллигентного человека, всегда приветливо встречающегоменя в своем кабинете. Очень не хочется начинать разговор в подобном ключе, ноальтернативы нет.

Я схватила со стола бумажку, нацарапала на ней цифру ипоказала Олегу Семеновичу.

– Это сумма, которая лежит сейчас во Франции, так сказать,мой основной капитал. Вы, думается, не очень правильно представляете ееразмеры. Мы исправно платим налоги, поэтому ничего не скрываем.

Глаза Олега Семеновича слегка расширились.

– Но это не все, чем обладает семья, – тихо продолжилая, – еще есть много чего: земля, завод, квартиры, дом, коллекция картин…На данном этапе дети хотят основную часть капитала перевести в Россию.

Управляющий порозовел, я приободрилась, еще немного, и онсделает все, о чем я попрошу.

– И мы, естественно, остановимся на том банке, которыйпокажется нам лучшим. Вы же управляющий, да? Не председатель совета директоров?

– Нет, – вымолвил Олег Семенович, – конечно, нет,просто наемный служащий, а не хозяин.

– И как поступит с вами владелец ОМО-банка, милейшийМихаил Андреевич, когда на какой-нибудь тусовке подойду я к нему и скажу:«Знаешь, Миша, хотела разместить наши средства у тебя, но потом передумала.Олег Семенович был со мной не слишком любезен!»

Раздался сухой треск. Управляющий отбросил в сторонусломанный карандаш.

– Дарья Ивановна! Вы принуждаете меня нарушить закон.

– Упаси бог, при чем тут Конституция?

– Я имею в виду наш, внутренний, банковский.

– Никто не узнает.

– Но…

– Хорошо, завтра же поеду на день рождения к ЛеонидуПенкину, повстречаю там Михаила… Только не говорите потом, что я не предупреждалавас! Как вы со мной, так и я с вами.

Пару секунд мы с Олегом Семеновичем, словно две собаки передначалом драки, молча смотрели друг другу в глаза. Потом управляющий тяжеловздохнул и повернулся к компьютеру.

– Винтусов? Андрей?

– Да, – кивнула я, – он самый.

Олег Семенович пощелкал мышкой.

– Ну есть такой. Проживает на Профсоюзной улице, пишитеадрес, телефон. Андрей Валерьевич Винтусов, москвич, прописка постоянная.Однако странно.

– Что?

– Ну… он пришел к нам пятнадцатого мая и попросил пластиковуюкарточку. После недельной проверки мы оформили необходимые бумаги. АндрейВалерьевич благонадежный, по нашим сведениям, гражданин.

– Пока ничего необычного.

– Двадцать восьмого мая он внес десять тысяч долларов,тридцатого снял, и все, счет закрыл.

– Но люди иногда пользуются банком для разовых операций!

– Да, конечно, случается, – кивнул ОлегСеменович, – но тогда не открывают карточку, есть другие способы. Кредиткапредполагает, что вы используете счет более или менее постоянно.

– Вот это мне уже неинтересно, – ухмыльнулась я, –спасибо.

– Рад был помочь, – ответил заученной фразой ОлегСеменович.

Потом он встал, проводил меня до двери и тихо попросил:

– Дарья Ивановна, очень надеюсь на то, что никто…

– …никогда ничего не узнает, – закончила я, – ужезабыла, где получила сведения об Андрее Винтусове.

Плюхнувшись в «Пежо», я схватилась за мобильник, но «Нокиа»разрядился. Тяжело вздохнув, я покатила в Ложкино, позвоню из дома, да и часыуже подбежали к половине девятого, ничего до завтра не случится. Значит, АндрейВинтусов приобрел сервиз, а потом некая блондинка с красными губами,предположительно по имени Алла, отвезла его к бабе Рае. Старушка женезамедлительно, чуть ли не на следующий день после того, как сталаобладательницей раритета, понеслась на рынок продавать чашку. Почему она такторопилась?

Ну это как раз хорошо объяснимо! Небось Раису нуждазамучила, вот и решила денег добыть. Отчего отдала Вике сервиз всего за тристадолларов? Да не понимала его истинной стоимости, для деревенской старухи десятьтысяч долларов совершенно запредельная сумма, астрономическая! Так чтоповедение бабы Раи вполне объяснимо, неясно другое, отчего Андрей Винтусоврешил отдать недешевую вещь Раисе, а? Вот это задача!

Я въехала во двор, бросила машину у гаража, прошла паруметров по выложенной плиткой дорожке и заколебалась: может, загнать «Пежо» наместо? Ой, лень!

– Девочка, – послышался голос Аркадия, – тыкого-то ищешь?

Долговязая фигура сына вынырнула из-за кустов. Сзади маячилисобаки. Я усмехнулась, так, Кеша не узнал меня, что ж, разыграю его.

– Дяденька, – запищала я, – ой, ой, ой, уберитесобак, боюсь, а-а-а…

– Не плачь, – завопила появившаяся мигом Машка, –они не кусаются! Ты потерялась?

– Да, – еле сдерживая смех, сообщила я, –заплутала в лесу, шла к бабушке, несла пирожки и попала неизвестно куда.

Аркадий с подозрением уставился на меня, очевидно, последняяфраза его насторожила, но Машка, святая простота, принялась меня утешать:

– Не бойся, пошли в дом, сейчас позвоним твоим родителям,телефон помнишь?

Я чуть не зарыдала от смеха:

– Нет.

– Ерунда, Дегтярев поможет, он найдет, ну, чего стоишь!

Внезапно Кеша протянул руку и сдернул с меня очки.

– Мусечка, – заорала Маня, – во прикол! Что это натебе за наряд?

– То, что ей подошло по размеру, – рявкнулАркадий, – следующий этап: ползунки и распашонка! Мать, почему мобильникотключила?

– Батарейка села.