Чернильные ночи – янтарные дни - Ольга Баскова

– Знаете, – нарушил Андрей затянувшееся молчание, – я почти уверен, что наезд на постового – никакой не наезд, а самое настоящее убийство.

Девушку прошиб холодный пот.

– Почему вы так думаете?

– А вы думаете иначе? – иронично поинтересовался адвокат. – Возможно, Никитенко тоже одолела жадность, и он потребовал увеличения своей доли, потому что одно дело – руководить операцией, а другое – выполнять грязную работу. Кстати, Саша не говорил, куда, по его мнению, девались трупы?

Глухова покачала головой.

– Нет. Он сказал, что докопается до этого позже.

Они уже поравнялись с отелем.

– Есть предложение, – заметил Андрей. – На машине стоять напротив гостиницы, согласитесь, подозрительно. Что, если мы изобразим с вами отдыхающих и расположимся на пляже неподалеку? Выберем место, где все будет великолепно просматриваться.

Лада кивнула.

– Не возражаю. К тому же у меня в сумочке всегда лежит купальник, так, на всякий случай.

– Вот и отлично.

Он притормозил и заехал на обочину.

– Остановимся здесь. По-моему, лучше не придумаешь.

Девушка вышла из автомобиля и кинула взгляд на отель. Он действительно был виден как на ладони. Маратов открыл багажник и вытащил покрывало.

– Я тоже все свое ношу с собой, как говорит латинская пословица. Давайте помогайте.

Глухова взялась за концы покрывала, и они расстелили его на песке.

– Выпивка и закуска тоже найдется, – усмехнулся адвокат. – А сейчас переодевайтесь. Пойдем поплаваем хотя бы несколько минут.

Журналистка отозвалась:

– Хорошо.

Переодевшись, они взялись за руки и побежали к воде. Лада несколько раз оглядывалась на гостиницу, но не заметила ничего подозрительного. Андрей сразу нырнул с головой, а девушка робко оттолкнулась и поплыла. Вода показалась ей очень теплой.

– Море – блеск, хотя я не люблю песчаные пляжи, – признался ей Маратов, когда она догнала его. – Здесь всегда мутная вода. То ли дело мыс Виноградный.

– После дневного сидения в редакции любой пляж кажется райским, – не согласилась с ним Глухова. – Иногда я смотрю в окно и думаю, а не сбегать ли мне на городской пляж в бухте.

Маратов поморщился.

– Купаться в этой луже? Да ты знаешь, что однажды я искупал своего пса на городском пляже, а на следующий день он начал сильно чесаться. Я повез его к ветеринару, и доктор спросил меня: «В чем вы купали собаку?» Я перечислил шампуни, однако он все качал головой, пока я не выпалил про купание в море. «И вы рискнули окунуть собаку в такую воду? – возмутился врач. – Вот вам и результат. А вообще, если вы еще когда-нибудь захотите, чтобы она поплескалась на городском пляже, лучше вылейте в ванну два литра мочи, капните немного йода и высыпьте две пачки соли. Получится аналогичный раствор».

Лада скривилась:

– Ну вы и рассказываете…

– Как было, – ответил адвокат. – Слушай, а чего мы друг другу выкаем? Давай перейдем на «ты».

– Давай, – согласилась Глухова и еще раз взглянула на гостиницу. – Смотри, вон какой-то черный джип припарковался у дверей.

Маратов перехватил ее взгляд:

– Точно. Гони к берегу. Начинаем работать. Развлечения закончились.

Они быстро поплыли к берегу. На их счастье, водитель еще повозился в салоне автомобиля и только потом открыл дверцу и вышел. Оба, увидев его, вскрикнули. Саша не ошибся. Это был полковник Ванагас. Мужчина немного замешкался возле двери, что их удивило, но потом открыл ее и вошел в холл гостиницы.

– Жаль, что мы не можем проследовать за ним, – прошептала Лада. – Придется ждать.

Впрочем, ждать им долго не пришлось. Через десять минут из гостиницы вышли Ванагас вместе с Ириной. Девушка что-то взволнованно говорила ему, полковник слушал и кивал. Потом он потрепал ее по плечу и сел в джип. Машина тронулась с места, а Ирина еще долго стояла и смотрела вдаль.

– Значит, они вместе, – процедил адвокат. – Нужно звонить Сашке.

Маратов застал Пименова за ужином. Аппетита у журналиста не было, но он заставил себя съесть два бутерброда с сыром и выпить чаю.

– Ну что? – крикнул Саша в трубку.

– Ты прав, – констатировал Андрей. – Они действительно вместе – Ванагас и Ирина.

Журналист стукнул кулаком по столу.

– Я так и знал.

– Что теперь намереваешься делать? – полюбопытствовал Маратов.

– Теперь я сообщу своему другу, следователю Истомину, – ответил Саша. – Он найдет способ заставить его заговорить.

– Что ж, удачи, – пожелал ему адвокат. – Тогда позвони мне, если будет что-нибудь новенькое. А за Ладу не волнуйся. Я ее заброшу домой.

Окончив разговор с Андреем, Пименов набрал номер Истомина. Тот взял трубку не сразу и недовольно буркнул:

– Застал ты меня за едой. Только решил немного перекусить, как ты объявился. Впрочем, молодец, что позвонил. Я тут сам собирался звонить тебе.

– Ваня, можно приехать в отделение? – спросил журналист.

– Я хотел попросить тебя об этом, – усмехнулся Истомин. – Жду.

Саша быстро вымыл руки, надел то, что попалось на глаза, и помчался к машине. Дорога до отделения заняла не более пятнадцати минут. В кабинете Иван был один. Он пил чай и закусывал такими же бутербродами, какие недавно жевал Пименов, – хлеб с сыром. Мужчины пожали друг другу руки.

– Есть новости? – поинтересовался майор.

– Сколько угодно, – кивнул журналист и принялся рассказывать. Иван слушал его внимательно.

– Значит, ты предполагаешь, что мы вышли на преступную группировку, – проговорил он.

Саша кивнул.

– Все ведет к этому.

Истомин опустил глаза и начал размешивать в кружке сахар.

– Саша, ты сможешь откровенно ответить на мой вопрос? Только откровенно, потому что мы друзья.

Пименов вздрогнул. Никогда еще майор не задавал ему подобные вопросы.

– Конечно, отвечу. Но почему ты спрашиваешь?

– Твой новый загородный дом на Виноградном мысу, – начал Иван, не ответив. – Верно?

– Да, но почему…

Майор перебил его:

– Эта дорога от тебя находится недалеко.

– К-к-какая дорога? – Журналист стал заикаться. Он все прекрасно понял.

– Дорога, на которой стоял Никитенко и на которой его задавили, – терпеливо объяснил Иван.

Саша пожал плечами.

– Ну, допустим. И при чем здесь это?

– А машина у тебя – серебристая «Ауди»?